Призраки Марта - Татьяна Солодкова

– Что вы. Вот моя сестра готовила – это да. Мир ее праху.

– Соболезную, – отозвался Март, не слишком рассчитывая на продолжение.

Однако кухарке сегодня неожиданно захотелось не только отвесить ему комплименты, но и поговорить.

– Вот для нее готовка была призванием. Из-под ее рук выходили настоящие кулинарные шедевры. – Глаза Мирты подернулись дымкой воспоминаний, а улыбка на губах стала немного грустной. – Знаете, Мартин, за нее боролись самые знатные лорды столицы, пытаясь перекупить контракт, предлагали большие деньги…

У Марта по спине пробежал холодок.

Не может быть. Он думал, что детские воспоминания сыграли с ним злую шутку, но что, если…

– А она что же? – спросил с живым интересом.

– А она… – Мирта перевела печальный взгляд на окно, за которым вечерний ветер колыхал ветви деревьев. – Она была влюблена в тот дом, в котором работала. И в ту семью. Знаете… – Кухарка резко повернулась к нему. – Они ведь тоже были черными магами! Я только сейчас вспомнила. Случаются же совпадения.

Это уж точно. Случаются…

Доедал Март уже без аппетита. Перед глазами всплывали воспоминания из детства, которым давно не было места в настоящем: их дом, родители, Эльза, встречающая их с сестрой с прогулки целым подносом пирожков с вареньем из яблок, выращенных в саду имения Викандеров, старый Кермит, то и дело ругающий юных лорда и леди за то, что те бегали по газону, няня Агата, самый добрый человек в мире…

– Эльза души в них не чаяла, – словно издеваясь, продолжала Мирта. – Своих деток ей боги не дали, но хозяйских непосед она любила как родных. У них были близнецы. Викандеры… Вы ведь наверняка слышали эту историю. – Март сдержанно кивнул. – Такое несчастье…. Целая семья…

Официальная версия – пожар. Пламя и дым якобы унесли жизни лорда и леди Викандеров и их малолетних наследников, прихватив с собой несколько зазевавшихся (теперь Март понимал: наоборот, проснувшихся и увидевших больше, чем следовало) слуг.

У Виттории и младшего Виттора Викандеров тоже были свои могилы на родовом кладбище близ поместья. Однако Март никогда там не появлялся и не знал, пустые ли они, или каким-то детям не повезло занять их с сестрой место.

Одно знал: кухарки среди погибших не было.

– Что с ней стало? – спросил глухо. – С Эльзой.

Мирта тяжело вздохнула.

– Она очень переживала. Работу нашла быстро, вот только уже не по душе. Стала болеть и умерла. Уже десять лет как минуло.

– Спасибо. – Мартин отодвинул от себя тарелку.

– Ой, да что же это я? – Кухарка всплеснула руками и вскочила. – Весь аппетит вам испортила своими похоронными разговорами.

Март рассмеялся. Нервно.

– Я же черный маг. Похороны, склепы, трупы – это мое. – Мирта нахмурилась. – Правда, все нормально. Пойду прогуляюсь.

Он быстро встал и направился к выходу.

– Мартин, вы сюртук забыли! Уже прохладно! – крикнула вслед добрая женщина, так похожая на свою старшую сестру.

Март отмахнулся не оборачиваясь.

– Ничего. Проветрюсь.

Март вылетел на улицу, гонимый застарелым чувством одиночества и невозможности изменить то, что произошло слишком давно. Мирта хотела поделиться своими воспоминаниями, а вместо этого разворошила все, что он годами пытался преодолеть.

Эти чувства неправильные, неверные. Потому что, если потакать им и подпитывать, закончится тем, что он отправится слепо мстить королю.

Месть не воскрешает мертвых.

Месть не исправляет ошибки прошлого.

Он здесь и сейчас. И серьги в ушах черных магов тоже здесь, в настоящем. Вот что нужно решать. Вот о чем нужно думать – здраво, без эмоций.

Читать древнюю книгу, так вовремя попавшую к нему по случайному стечению обстоятельств. А он… То возится с Пьетро, то снимает проклятие с брата того самого короля, который отдал приказ об убийстве его семьи, то бросается на выручку незнакомому белому магу, то не может отказать Брэнигану в поездке с ним в сувенирную лавку…

Прохладный вечерний воздух охладил разгоряченную голову. Дышать стало легче.

Март просто стоял посреди двора, смотря перед собой и сжимая кулаки.

Боковым зрением заметил, как Пьетро воровато пробрался на крыльцо, а затем в дом – понял, что что-то не так, и побоялся помешать.

Загорался закат; небо окрасилось в апельсиновый цвет.

В этот момент распахнулись ворота и в щель просунулась сначала голова Брэнигана, а затем и он сам с двумя бутылками из темного стекла в одной руке и двумя – в другой.

Мартин шумно выдохнул.

– Я не вовремя? – изогнул бровь лорд, замерев у ограды и ожидая приглашения.

– В самое время, – искренне ответил маг.

Если от «призраков» в своей голове невозможно избавиться, то иногда их можно заставить замолчать.

Они расположились в гостиной на диване. Придвинули к нему столик и оба вытянули ноги. Пьетро заперся у себя. Мирта пожелала доброй ночи и ушла домой. Себ тоже закончил работу.

В доме стало совсем тихо. В гостиной царил полумрак.

– Ты сдержал слово, – бросил Брэниган, пригубив из своего бокала.

Март покосился в его сторону.

– Следил за мной?

– Присматривал.

– Старикан Глу больше не доставит хлопот, – пообещал маг. Эмоции или долг, но этого типа он без присмотра не оставит – теперь свобода старика-торговца на его совести и его ответственности. – Ну а ты? – повернул к гостю голову. – С чего вдруг решил напиться, да еще и в такой сомнительной компании?

Брэниган отпил еще немного янтарной жидкости, поморщился.

– Паршиво что-то, – сообщил коротко.

Мартин усмехнулся.

– Ты выражаешься не как высокородный лорд, а как сыскарь средней руки.

– Я и есть сыскарь, – огрызнулся Брэниган.

– Ну-ну. – Глава подразделения с высшим уровнем доступа и кучей людей в подчинении – так себе должность, сущие мелочи.

– А если серьезно, мой отец с детства учил меня быть ближе к народу.

На этот раз Март рассмеялся.

– У тебя получается. Только не пробовал хоть на минуту ослабить свой шейный платок? Ты бы еще белые перчатки нацепил, как на балу.

– И правда, – согласился Брэниган; сорвал платок с шеи, смял и убрал в карман.

Он все еще оставался при полном параде, разве что теперь без платка. Мартин же валялся на диване все в той же рубахе с закатанными рукавами.

– У моего отца был когда-то друг, – вновь заговорил Брэниган. – Лорд Викандер. Ты, наверное, слышал?