Сердце академии магии - Наталья Владимирова

– Что? – растерялась я, мигом сдуваясь.

– Прислушайся к себе. Ведь ты теперь его слышишь, верно?

Я постаралась отрешиться от внешнего мира и заглянуть в себя. И действительно ощутила нечто новое, до того незнакомое, но при этом невероятно родное. Мой дар?

– Да-а… – Я широко улыбнулась, не до конца веря собственному счастью. Неужели дождалась? Он существует! Мой дар!

– Ну, если этот вопрос мы решили и ты успокоилась, – Эрай демонстративно потер щеку, – то можем теперь поговорить, как и собирались. Садись. – Он похлопал по дивану рядом с собой.

– Я тебя еще не простила, – спохватилась я, безуспешно пытаясь стереть улыбку с лица и придать строгое выражение. Но все-таки присела в соседнее кресло.

– Вот уж чего не собирался делать, так это просить прощения, – фыркнул Эрай. – Так что этот нюанс мы минуем как несущественный. По-другому проявить твой дар ни у кого не получалось, сама же знаешь.

– А ты, выходит, самый умный? – Я подалась вперед, надеясь на подробное объяснение.

– А я, выходит, самый догадливый. Дело в том, что почти вся магия строится на положительных энергиях, поэтому и способы пробудить дар к тебе применяли исключительно деликатные: медитация, расслабление, радостные переживания. Редкий случай, когда у мага имеется темный дар разрушения…

– У меня дар разрушения? – перебила я с недоверием, холодея при одной мысли, что способна причинять вред окружающим.

– Не совсем, но твой тоже проявляется страхом или гневом. Никому в голову не могло прийти, что у тебя не созидание, поэтому и подход был неверный. Ошибиться немудрено. Я повторю: разрушительные способности – большая редкость. Маг разрушения с неподконтрольной силой сеет вокруг себя хаос, такой дар ни с чем не спутаешь. Вот никто ничего и не заподозрил. Правда, ты тоже навела шороху в академии, но с легкой руки мэдью Евании все решили, что магия обнуляется из-за глушилки. Искали неизвестного шутника. На проявляющийся дар магоразрушения даже не подумали.

– Выходит, у меня дар разрушения магии?

– Или обнуления, это кому как больше нравится. Ты способна влиять на магические потоки, причем быстро, без сложных ритуалов и привязки к артефактам.

А ведь Шейлана заметила, до чего мои неприятности похожи на проявление темного дара. Только мы дружно решили, что подобного не может быть, зациклившись на моей явной безобидности.

– Это полезный дар?

– Как и любой другой, его можно обернуть и на всеобщее благо, и во вред.

– Хорошо. Но смогу ли я найти работу с применением своего дара? Или мне придется выбрать одну из общемагических профессий, где личные способности не важны, главное хоть искорка магии?

– Твой дар очень редкий, а потому в работе недостатка не будет, не переживай. Но я вынужден тебя огорчить: его нелегко развить. Если обычно студенты осваивают магические науки по верхам и упор делают лишь на причастные к собственному дару, то тебе придется знать все. В буквальном смысле.

– Зачем?

– Чтобы намеренно разрушать потоки энергии, нужно в них разбираться, ты так не считаешь?

– Наверное, – уныло проговорила я. Права была Шейлана: нужно радоваться передышке, как объявится дар – пощады не будет. Знала бы она, с какой точностью выдала предсказание. Может, соседка не бытовик, а провидица?

– Но как ты догадался про мой дар? Все-таки преподаватели и ректор поболее тебя знают, да и опыт у них немаленький.

– В отличие от преподавателей и ректора у меня была возможность наблюдать за тобой в естественных условиях. Нашу первую встречу помнишь?

Я густо покраснела. Еще бы не помнить! Никогда не чувствовала себя так неловко, как тогда.

– Теперь я верю, что кухня открылась сама. Ловушки и замки, навешанные стряпухой, стерлись благодаря твоему волнению. Небось тряслась зайчонком, когда шла на продуктовое ограбление? – Эрай захохотал.

И если вначале я растрогалась его чуткостью и пониманием, то, услышав последние слова, в возмущении схватила думку с кресла и запустила в наглого типа. Жаль, не попала.

– Подозреваю также, проклятие с аховского дитяти ты все-таки сняла. Если уж сущности вызывают в тебе жалость, то человеческому ребенку не посочувствовать ты не могла. Могу поспорить, что либо испугалась из-за своего бессилия в практической магии, либо разозлилась.

Я задумалась. А ведь и вправду, ребенок очухался после моих рыданий над ним.

– Опять-таки по замку ты ходила в тот вечер беспрепятственно. Хотя магических преград установлено между крыльями больше, чем требуется.

Верно, и разговоры преподавателей слышала, не предназначенные для моих ушей. Видать, волнением стерла их ментальные щиты, нечаянно проделав для себя лазейку в магическом заборе. Странностей с моего появления на Гзоне произошло хоть отбавляй. Выходит, таким образом давал о себе знать проявляющийся дар?

– Но почему ты не сказал о своих догадках?

– Они появились только сегодня, поэтому ты здесь. А до этого я наблюдал да удивлялся. Меня интриговала загадка, которую ты в себе таила и, как мне казалось, даже сама о ней не подозревала.

Мне стало горько от осознания, что внимание Эрая, как выяснилось, я привлекала лишь в качестве ходячей головоломки. Наивная! Вообразила, что им двигал личный интерес, поэтому и оказывался рядом, когда мне требовалась помощь. А оно вон как все. Эх, размечталась! Сын хранителя власти и вдруг обратил внимание на иномирянку? Три раза ха-ха. Нашла в кого влюбляться!

Стоп-стоп-стоп! Я сказала «влюбляться»! Ни за что! Тем более в Эрая. Сдался мне этот Сноб!

Я сжала кулаки посильнее, ногти больно впились в ладони. Очнись, Дашка! Не время расклеиваться! Пусть и с целью удовлетворения любопытства, но Эрай помогает. Моя же цель сейчас – выжить в этом мире любой ценой. Стану профессиональным магом, подчиню себе дар, тогда и можно будет расслабиться. А пока эмоции в сторону, а внимание – на свой дар.

– Что же тебя сегодня натолкнуло на мысль о моих разрушительных способностях? – задала я наводящий вопрос, пытаясь разговорить парня и получить как можно больше информации. Как-никак меня это напрямую касалось. – Кажется, ничего особенного не случилось. Ну, кроме того, что меня саму чуть не разрушили! – Я со смехом указала на прожженную дыру в одежде.

Эрай глянул на пострадавшую мантию и нахмурился.

– На самом деле первые подозрения у меня возникли на уроке бытовой магии. Ты в тот день сидела вся напряженная, сжатая в комочек. И тут начались странности. Сперва одна студентка не смогла выполнить простейшее задание, затем другие провалили практику. Глушилка – очень дорогой артефакт, но состоятельные студенты казались такими же растерянными, как и остальные. Понятия не имею, почему мэдью Евании не пришло в голову заподозрить проявление дара.

– Наверное, преподаватели со старшими курсами расслабляются, концентрируясь исключительно на новоприбывших. Непроявленный дар на втором году обучения не так уж часто встречается.