Единственная для Дракона - Виктория Лошкарёва

Немного отстранившись, Даррен заглянул в моё лицо.

- Тебе понравится, Лия. Вот увидишь.

А я... измученная и опустошённая, я просто кивнула.

Так полетели дни.

В это время я не то, чтобы жила - просто существовала, послушно исполняя всё то, что от меня требовали Анника - жена Саммира, Элионора - наша новая экономка, ну и, конечно же, Даррен. Обе драконницы, кстати, оказались на удивление добрыми и понимающими - очень осторожно, они знакомили меня с традициями драконов, с этикетом и однажды даже пытались начать учить своему языку.

Врать старшим подругам, которые потратили бессчетное количество часов, сопровождая меня на примерки к швеям, я не могла - а потому, опустив голову, просто сообщила драконницам, что с языком у меня проблем нет -каким - то странным образом, но я стала понимать их язык ещё по дороге в замок. И что лишь иногда у меня возникают проблемы в понимании.

Повторив для них пару слов, которые Даррен частенько бурчал себе под нос. когда сжимал меня ночью в своих объятиях

- я, честно говоря, совсем не удивилась реакции драконниц - покраснев и отведя взгляд, обе женщины сообщили, что выражения эти крайне ...гм... грубые, и, конечно же, не для ушек первой леди замка.

О да, Даррен всё ещё продолжал говорить об этом, как о решённом деле, не принимая в расчет ни одно из моих возражений. Я и раньше хорошо представляла себе разницу между его и своим положением - это только в лесу, на несколько коротких дней забылась в своей страсти и его нежности. Но реальность каждое мгновение била по воспоминаниям, заставляя меня стискивать зубы и не отвечать на тепло ночных объятий дракона. - Да - да, спали мы, как и распорядился Дракон, в одной комнате, на одной кровати...

Мне бы тогда возмутиться, настоять на своём - глядишь, и открылось бы всё быстрее. Да только, видать, каждому овощу своё время. Потерялась я тогда, запуталась. Умом понимала, что в замке, рядом с Дарреном, мне не место -но сопротивляться ему я не могла, продолжая существовать в тех условиях, что создал Дракон.

Переживала я тогда - переживала, и волновалась, и страх испытывала - да только все чувства эти были как будто... забвением припорошены: пожалею я себя немного, потоскую - и иду на урок к Аннике, не забыв кинуть последний взгляд на себя в зеркало - проверить, хорошо ли сидит наряд, аккуратно ли убраны волосы... Чудеса.

И если дни мои все были монотонными и однообразными, то ночи, принадлежавшие Даррену, и вовсе лишали воли.

После ужина в главном зале, где мы непременно восседали за главным столом в окружении младшего брата Даррена, Саммира с супругой, а также ещё нескольких самых родовитых драконов - после долгого, утомительного и церемониального ужина с регалиями, объявлениями титулов и несметным количеством столовых приборов, я шла помогать местному целителю разбирать травы - и возилась с этим до самой ночи.

Обычно, нескольких часов мне как раз хватало, чтобы успокоиться, придти в себя после трапезы в зале - и снова задрать подбородок кверху, не давая возможности драконам порадоваться ещё одной моей слабости.

Благодаря вмешательству Даррена, каждый дракон, каждая драконница клана в уважении приклоняли предо мной голову... Да только взгляды, наполненные призрением, говорили об обратном.

Однажды, заметив меня плачущую возле окна, целитель и мудрец, протянув мне тонкий шёлковый платок, произнес:

- Никто не может измениться мгновенно, Лия - ни люди, ни даже Драконы.

- Что это значит? - прорыдала я сквозь дорогую ткань.

Фарретдин мягко улыбнулся.

- Дай им время. Давай себе время. Всё наладится - надо только подождать.

Я тогда кивнула, нисколько не поверив словам целителя. Неужели драконы -эти надменные Высшие, когда нибудь примут меня как равную? Сказки всё это... сказки для дурочек деревенских.

И всё же что - то внутри меня заставляло не сдаваться, не показывать свою слабину - и не обращать внимания на тех, кто с усмешкой поглядывал на мои потуги казаться Даррену ровней.

Выждав долгий день, я каждый вечер спешила в башню Фарретдина - туда, где лекарь хранил травы да коренья и уже в башне успокаивалась за привычным делом.

Когда же становилось совсем поздно, целитель сам провожал меня до покоев лаэрда - никогда не заходя внутрь, откланиваясь у самого порога.

И я шагала через порог всегда одна - в заранее подготовленную расторопными слугами комнату лаэрда. Всюду горели свечи, в камине весело полыхал огонь, лакомясь сухими ароматными поленьями, за ширмой, возле камина, меня дожидалась горячая ванна с ароматными травами.

Но прежде всегда открывалась дверь, пропуская внутрь лаэрда черных Драконов, с неизменным подносом свежеприготовленного, ещё дымящегося мяса.

Один неуловимый жест Даррена - и тяжелая дверь в покои захлопывается сама, надёжно отрезая нас двоих от остального мира.

Даррен сам сервировал стол - по - простому: две вилки, два ножа, два блюда на нас двоих; прося - нет, требуя составить ему компанию за ночным перекусом.

Как я не отнекивалась вначале, как не убеждала Дракона, что и одного ужина мне вполне достаточно, но Даррен всё - равно стоял на своём, раскладывая ароматные кусочки мяса по тарелкам.

Странно ли это, что уже через две недели все новые наряды оказались мне немного тесны, а через три - пришлось заказывать новые платья.

При этом наряды, которые мне шили мастерицы замка, Даррен тоже внимательно оценивал. Каждый вечер, после второго, «домашнего», ужина, лаэрд, предварительно отослав тарелки с помощью магии на кухню, садился в глубокое кресло возле камина и просил меня продемонстрировать новые наряды.

Казалось, для Даррена это было лишь простым развлечением, но постепенно я стала замечать и сжатые в кулаки ладони на подлокотниках кресла, и играющие на скулах, в отсвете свечей, желваки на его лице..

А ведь после этого я должна была раздеваться и принимать ванну - находясь всего лишь за одной ширмой от Даррен а. Слишком хлипкая это была преграда - и мы оба это понимали.

- Привыкай, - резко ответил Дракон, когда я в самом начале робко попросила его приказать устраивать для меня ванну в другой комнате. - У нас муж и жена всегда делят общую спальню... общую купальню.

И с усмешкой посмотрел на меня.

- Надеюсь, до драконьей купальни и мы когда нибудь доберемся. А сейчас иди принимать ванну - а я буду тебя охранять.

Это моё право.

И то, с каким тоном рыкнул это Даррен, заставило меня прикусить язык и молча отправиться за ширму. Сам же Дракон принимал ванну где - то ещё, до прихода в свою опочивальню.

А после купания наступало время расчесывания волос. Даррен, как будто услышав мои тоскливые воспоминания, снова принялся каждый вечер заниматься моими волосами - расчесывая их сандаловым, украшенным драгоценными камнями, гребнем. Да только делал он это тоже с выдумкой - по драконьи.