Кардонийская петля - Вадим Панов

– Отличная работа!

Настроение у Крачина великолепное: рисковая операция прошла без сучка и задоринки, они угнали четыре самолёта, перебили кучу землероек и отправили Помпилио за линию фронта. Превосходное приключение, невозможное в обычной армейской действительности.

Крачин чувствует себя героем авантюрного романа и громко хохочет.

– Диверсанты? – глухо переспросил Селтих.

– Эрсийские наёмники, – подтвердил начальник охраны. – Мои люди уверены, что видели именно их: кирасы и маски трудно спутать с обычным снаряжением.

– Наверное, прятались в лесу, – предположил полковник Сличер. – А потом решили воспользоваться аэропланами. Они знают, что наёмников мы вешаем.

– Да, – согласился Ере. – Вешаем.

Он не отрываясь смотрит на тело юного Аллена, на чёрные кудри, перепачканные спекшейся кровью, на бледное лицо и на губы, которые никогда больше не сложатся в очаровательную улыбку.

Штаб-лейтенант Гох оказался на линии огня, получил от волосатиков пулю в голову и теперь лежит на земле. Всё ещё красивый, но уже мёртвый.

«Ненавижу», – безразлично подумал Ере.

И удивился своему безразличию. Он впервые почувствовал настоящую ненависть к островитянам, но не яркую, насыщенную, заставляющую колотиться сердце, а какую-то обыденную, повседневную и тем необычайно страшную. Не ненависть даже, а ощущение неправильности их существования.

Островитян не должно быть. Вот, что почувствовал Ере.

Селтих снял с груди роскошную галанитскую звезду «Твердое сердце», склонился, прикрепил орден к мундиру несчастного Аллена, выпрямился и бесцветным голосом позвал:

– Полковник Сличер.

– Да, господин командующий?

– У нас есть менсалийцы?

– Два батальона прибудут в Фадикур к шести вечера.

«Ненавижу».

Ере знал, что делает. И ещё знал, что ни за что не сделал бы этого, не увидев спёкшуюся кровь на затылке Аллена, не прикоснувшись к его холодной руке, к его мёртвым пальцам…

– Подготовьте приказ: поручить менсалийцам охрану пленных.

– Слушаюсь, господин командующий.

А умный галанит потёр подбородок, скрывая появившуюся на губах усмешку, и подумал, что Абедалоф Арбедалочик будет очень доволен.

* * *

– Вы меня знаете, господин директор, я не склонен к эмоциям и преувеличениям, но даже при этом описываю происходящее одним словосочетанием: грандиозный успех.

– Неожиданный, – заметил Арбедалочик.

– На юге волосатики пытались организовать сопротивление, наносили опасные контрудары и отступали, если можно так выразиться, по объективным причинам: потому что приотцев больше и потому что Селтих разработал блестящую наступательную операцию. Что же касается Межозёрья… – Милле Тайчик покачал головой. – У меня есть одно объяснение: паника. Удары были не очень сильными, но они наносились повсюду, не хаотично, но продуманно. Все удары достигли цели и сломили дух ущерцев, заставили их побежать, невзирая на численное преимущество. И это объяснение вновь подводит нас к признанию выдающегося таланта Ере Селтиха.

Советник Тайчик консультировал оперативный отдел приотского Генерального штаба. Был он старым, желчным, в меру неприятным в общении ветераном двух с лишним десятков выигранных Компанией войн, обладал богатейшим опытом, и Арбедалочик доверял его мнению абсолютно.

– Команда Селтиха наполовину состоит из наших офицеров, – улыбнулся Абедалоф, подливая старику чаю – ничего другого Милле не употреблял. – Его успех – ваша заслуга.

– Вям! – подтвердил обосновавшийся на коленях Арбедалочика Эбни.

Тайчик задумчиво посмотрел на саптера, выдавил из себя улыбочку – всё-таки любимец директора-распорядителя – и покачал головой:

– Мы сделали обеспечение, объяснили, как нужно снабжать армию, помогли рассчитать силы, но сам план: дерзкий, авантюрный и гениальный, разработал Ере. Я всегда был честен с вами, господин директор, мне чужие заслуги не нужны.

– Как Селтих? – после короткой паузы осведомился Абедалоф. – Возгордился? Задрал нос? Отрастил себе крылья?

– Вям?

Тайчик не видел командующего с тех пор, как Ере отправился в Межозёрье, однако ежедневно получал доклады от приставленных соглядатаев. Аналогичные донесения строчил Арбедалочику начальник личной охраны генерала, но Абедалоф никогда не полагался на сведения из одного источника.

– Если верить отчётам, Ере ведёт себя в прежнем ключе. – Старик помолчал. – Позволите личное мнение?

– Конечно, Милле, могли бы не спрашивать.

– Благодарю. – Тайчик поставил чашку на блюдце и, глядя Абедалофу в глаза, очень серьёзно произнес: – Я считаю Ере Селтиха предельно здравомыслящим человеком. В отличие от Махима Селтиху плевать на приотское быдло, и он никогда не рискнёт карьерой ради «народного счастья». Каждый новый кусок мяса, который он получает, разжигает его жадность, но не туманит разум. Ере прекрасно понимает, что в наших силах сбросить его с вершины, но подобное понимание не заставляет его бояться. Это очень важно, потому что разум Ере ничего не сдерживает, он ощущает себя свободным, возможно – счастливым, и это помогает ему творить.

Примерно в том же ключе характеризовал командующего начальник охраны, поэтому Абедалоф кивнул:

– Спасибо, Милле, я понял. – И тут же поинтересовался: – А теперь расскажите, чего добился наш гениальный ребёнок?

– С удовольствием.

Эту часть совещания Тайчик ждал давно, сразу же поднялся и расстелил на столе карту.

– Вям!

– Нет, Эбни, я не разрешу тебе побегать по Приоте, – улыбнулся Арбедалочик. – Иди, погуляй.

Он опустил собачку на пол и раскурил сигару.

– Итак?

Ароматный дым стал прологом к докладу.

– Южная группировка нанесла двойной удар: на Банигарт, освободив порт от волосатиков, и на Карлонар, который ушерцам удалось удержать. Собственно, второй удар стал возможным благодаря разгрому в Межозёрье.

– Там действительно разгром?

– Действительно, – подтвердил старый вояка. – Чтобы сохранить инициативу, Ере ввёл в бой всё, что у него было, даже местных вооружал и отправлял поддерживать наступающие войска. В результате освобождено всё Межозёрье, приотцы соединились к востоку от Бранисора, и теперь условная линия противостояния проходит от Аласора до Карлонара.

– Что делают волосатики?

– Вкапываются в землю, – усмехнулся Тайчик. – Взяли на вооружение опыт приотцев.

– Ваш прогноз, Милле? К чему мы придём?

– Роли поменялись, господин директор, теперь защищаться будут ушерцы, – немедленно ответил офицер. – Учитывая, что море принадлежит волосатикам – флот Приоты перестал существовать, – они способны удержать Карлонар и вообще закрепиться на указанной линии.