Последняя Арена 7 - Сергей Греков

— Неля, ты как? — я, удерживая Лику, подошел к Мегере. Женщина выглядела ужасно: впалые щеки, потерянный взгляд, а вместо копны черных волос раскрасневшийся череп. Фигурой она теперь напоминала субтильного подростка.

— Никак не могу наесться и написаться. И постоянная слабость.

— В общем, есть новости, — сказал я, бросая мимолетный взгляд на карту.

Сознание тут же начало сбоить. На двухмерной плоскости высвечивались тысячи точек, соединенных разноцветными отрезками, означающими портальную сетку. Всё бы ничего, но я почему-то видел всё так, будто рассматривал голограмму. С легкостью получалось определить все ответвления, где верх и где низ, а где отдельные аллоды.

Особо выделялись три полоски. Первая — зеленая, вела вниз к пучине. Не знаю, как я понял, что это место и есть выход, но данный факт не вызывал ни малейшего сомнения. Она пролегала через сотню аллодов. Группа без меня решила, что этим путём идти нельзя: не хватит еды.

Вторая — оранжевая. Данное направление было значительно меньше — семь или восемь островов. При этом, если я правильно разобрался, начало бралось через тот портал, который Пушистая хрень сразу же забраковала.

Третья же светилась алым блеском. Маршрут пролегал через наш лагерь, затем проходил через пустыню, потом устремлялся в ещё одну точку, а оттуда уже можно было вернуться на Землю. Крайне короткий путь… Подозрительно… И если брать все вводные — единственный.

Я рассказал про учителя и его задание. Думал, что Мегера начнет возмущаться, но, к моему удивлению, она лишь кивнула. Нет, саму женщину я тащить не стану — хватит и кадавра. Преподнесу учителю тело и скажу, что, дабы засвидетельствовать своё почтение, лично уничтожил воровку. Если монстр начнет возмущаться, то как-нибудь выкручусь. Почему-то кажется, что скорпион способен обнулить игрока, а рисковать участником похода крайне нежелательно.

Не обошлось и без сложностей. Со смертью Мегеры карта растворится, так что нужно запомнить всё до мельчайших деталей. На всякий случай. Так-то, вроде, всё просто, но никто не отменял сюрпризов.

И следующая проблема:

— Фрол, ты понимаешь, что твои слова — полнейший бред, — категорично заявил Херкулес. — Какая разница, сколько в наших характеристиках?

— Если бы это было так, то мы бы уже обнулились, — со злобой в голосе дополнила Графиня.

— Рекомендую отойти от него, — сказала Лика. Я вопросительно посмотрел на хаоситку. — Мало того, что у него кукуха поехала, так ещё и выхлебал столько, что его через пол-литра разорвет к чертовой бабушке. Вдруг и нас зацепит? У меня маны нет — очиститься не смогу.

Я вздохнул и поднял глаза к небу: заноза опять невовремя изволила шутить. Пить мне особо не хотелось, но, когда вспоминаю испытываемую жажду, то руки так и тянутся к кружке.

— Повторяю: провал устроен так, что вы забываете об этом… — сказал я в десятый раз.

Предоставленную информацию группа почему-то воспринимала в штыки. На меня лились тонны грязи и куча насмешек. Даже Мегера, которая из-за слабости и говорить-то нормально не могла, и та назвала меня конченным параноиком. Никакие доводы или аргументы не могли переубедить их. Я приводил примеры, напоминал Лике, что она сама советовала держать разрыв хотя бы в восемь единиц, даже опирался на то, что являюсь протеже Кейры, а она не ошибается — всё впустую.

При этом больше всего распалялся Херкулес, у которого по характеристикам всё оказалось в полном порядке:

— Фрол, ты слишком много на себя берешь! И что с того, что ты трахаешь нашего военачальника? Думаешь, Слава, Неля и Белла не спали с Огюстом? Да как бы не так! Это тебе не дает никакого права указывать…

— Всё-всё, — я примирительно поднял руки, хотя захотелось отвесить парню подзатыльник. Или два. Первый для профилактики, а второй для души. Видимо, в левитирующей бездне это запретная тема, которая будет коверкать мозги даже таким игрокам, как ученики Огюста. Эх, а ведь как минимум та же Мегера уже рассказала о чём-то, о чëм не следовало говорить.

— Нам пора, — произнесла женщина, когда отпущенное скорпионом время перевалило за половину. — Кому передать остатки маны?

— Фролу! — сказал Херкулес, у которого тоже была унбэшка от её класса и который восполнил резерв посредством смерти. Ни в какие порталы после ухода из пустыни группа не совалась, так что его мана была на максимуме.

— Хорошо. Отойдем… — она поднялась и, еле перебирая ногами, засеменила к краю платформы.

За силовым барьером сейчас бушевал ураган, но мы определились, каким образом попадем в пещеру с порталами — нас телепортирует Графиня.

Я подхватил женщину под локоть, будто показывая, что хочу поддержать её, а сам в этот момент разбирался с суггестией.

Ментализм — опасная школа. Еще администратор говорил, что с помощью данного направления можно заставить игрока сообщить то, о чем рассказывать не следует. Выведал тайны — вот тебе и обнуленный человек.

В моем же случае всё сложнее: сейчас оставлю закладку для женщины, чтобы она внушила остальному отряду, что мои слова про характеристики не бред, и чтобы они сразу распределили баллы по минимальным параметрам.

Эх, а вдруг и разные диктаторы, которые подавляли волю народа посредством репрессий и расстрелов, тоже думали, что совершают это во имя общего блага? Хотя мне до всяких тоталитарных вождей далеко — я всё же на светлой стороне силы.

Глава 26

Мне очень повезло, что в самом начале игрового пути я узнал про сильнейшие магические направления. Естественно, та же энтропия или призывание — это не панацея, а только подспорье на пути силы. Всё же я видел, на что способны, например, школы полярилизма или гравиокинеза: мощь и эффективность заклинаний такая, что многое современное оружие просто отдыхает. Вспомнить хотя бы, как товарищ Котов умудрился продержаться дольше всех в расколе, хотя ченнелинг не относится ни к боевым, ни к защитным веткам.

Ещё повезло, что мне подходит элементализм, которым меня одарил администратор. Кейра говорила, что система не позволит взять класс, который не соответствует психотипу игрока. Проморозить и уничтожить заледеневшего моба, сжечь врага или аннигилировать тварь — это по мне. Но после использования суггестии возникло чувство, будто вляпался во что-то противное и дурнопахнущее. Подавление воли любым путём — хоть магическим, хоть насильственным — ощущается как что-то неправильное. Но, стоит отдать должное, в качестве инструмента — опаснейшая вещь.

Я активировал умение. Новая способность оказалась подобна мечу с пассивным навыком владения: информация по применению сама оказалась у меня в голове. Я чувствовал семиметровый предел воздействия, в который попадали все участники похода,