Ликвидатор - Александр Афанасьев

ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ

Документ подлинный

Раньше основной целью для исламистов из Чечни и Дагестана была Россия. Но случай с бостонскими террористами продемонстрировал, что сегодня северокавказские экстремисты все чаще сотрудничают с международным движением джихада, пишет немецкое издание Augsburger Allgemeine.

«Среди мусульманских регионов России Северный Кавказ является центром исламистского восстания», – говорится в исследовании эксперта по Кавказу Уве Хальбаха. Крайне неспокойным регионом считается Дагестан. Согласно опросу 2011 года 12 % дагестанских школьников и студентов признают джихад законным и, как минимум, 20 % симпатизируют радикальным утверждениям исламистов.

«Как в любой северокавказской республике, в Дагестане есть собственный Центр по борьбе с экстремизмом», – пишет Augsburger Allgemeine. Задача оперативников, работающих в этом центре, – противодействие исламистским группировкам. Особое внимание при этом уделяется «иностранцам» или русским, недавно принявшим ислам. По словам сотрудника центра, «они крайне идейны и психологически уязвимее, их проще склонить к чему угодно, даже к самоподрыву».

По мнению автора статьи, Тамерлан Царнаев относится как раз к этой категории людей. В 2012 году молодой человек отправился в Дагестан, чтобы навестить отца и получить новый российский паспорт – такова была официальная причина его визита, отмечает немецкое издание. В апреле 2012-го он попал в поле зрения российских спецслужб. Оперативники неоднократно «фиксировали» его вместе с неким Махмудом Нидалем, которого считали связным подполья, занимающимся вербовкой новых членов.

Как выяснилось, это был не первый раз, когда Царнаев заинтересовал силовиков, пишет Augsburger Allgemeine. В начале 2011 года его фамилия всплыла в ходе задержания на территории Дагестана канадского гражданина Вильяма Плотникова, подозреваемого в связях с экстремистами. После того как 21-летний молодой человек обратился в ислам, он приехал в Дагестан, чтобы продолжить там свое религиозное обучение. Во время допроса Плотников предоставил спецслужбам список имен проживающих в Европе и Америке выходцев с Северного Кавказа, с которыми он общался по Интернету. Среди них фигурировал и некий Тамерлан Царнаев.

В мае 2012 года в ходе спецоперации Махмуд Нидаль погиб. В июле того же года во время другой спецоперации был уничтожен Вильям Плотников. Спустя два дня после его смерти Тамерлан внезапно покинул Махачкалу и отправился в США.

15 апреля братья Царнаевы совершили в Бостоне теракт. На днях стало известно, что изначально они планировали осуществить самоподрыв во время празднования Дня независимости США 4 июля. Об этом американской полиции сообщил младший брат Джохар Царнаев, сообщает Augsburger Allgemeine.

inotv.rt.com

25 июня 2015 года. Россия, Москва. Казанский вокзал

Сафар Мирзаев был человеком не простым. А очень простым…

Порождение бурных девяностых, он приехал в Москву тогда, когда масть пиковая была еще в силе, а потом вовремя, одним из первых сообразив, что власти углов

Углы– уголовники. Масть пиковая – уголовники с Кавказа и Закавказья, особенно из Грузии.

приходит конец. В девяносто восьмом мало кто вообще мог ставить на государство… государство тогда валялось в углу, подобно отжатой половой тряпке, которой только что вытерли пол в коридоре поликлиники, никто в те годы не мог ставить на государство. А он поставил. Одним из первых он сообразил, что есть то, что важнее денег, что важнее силы, что важнее даже правды. И это что-то – власть. Власть – универсальная валюта, которая никогда не обесценится, меч-кладенец и золотой ключик, палочка-выручалочка и ковер-самолет разом. Власть дает возможность легально носить оружие или отдавать приказы тем, кто носит. Власть дает возможность устанавливать правила игры – а не играть по установленным сверху. Власть – когда в глупой и шебутной Москве все стояли у обменников, питая глупые, лоховские надежды обыграть в игре под названием «жизнь» саму систему – он привозил в Москву родственников, свойственников, знакомых. Устраивал учиться – юридические, экономические факультеты, факультеты государственного управления. Ему не надо было помнить и знать, что в далекой Америке невозможна карьера без юридического образования; он помнил другое. Когда в Азербайджане Гейдар Алиев, генерал госбезопасности, ставший первым секретарем республиканского обкома, брался за мафию – первым делом он запретил детям и внукам юристов учиться на юридическом факультете. Здесь же, в Москве – за пару бумажек с портретом Бенджамина Франклина – люди с потными ладонями пускали во власть чужаков. Здесь не знали клановости, здесь не было порядка, как на Востоке, когда та или иная должность закреплена за тем или иным родом, и ее занятие другими чревато вооруженным мятежом – здесь все решала пара бумажек с портретами Бенджамина Франклина. И еще Сафар Мирзаев знал другое. Совершенно не обязательно быть депутатом, министром или кем-то еще таким. Достаточно подавать министру чай, лечить зубы, спать с ним, подкладывать на стол нужные бумажки – и ты будешь влиятельнее министра. Министра снимут – а с тобой ничего не сделают. Именно такие – безликие, на все согласные, умеющие улаживать дела люди – нужны людям, которые во власти, которые, можно сказать, «на коне». Потому что русские, при всех их достоинствах и недостатках – все-таки не пронырливы. А эти – пронырливы. И потому – нет им цены…

Так что Сафар Мирзаев стал кем-то вроде «папы» в азербайджанской общине. Уникальным было то, что «папой» он стал не через уголовщину, не поднявшись по вершинам криминальной иерархии, не став «вором в законе». Наибольшее благоприятствование общине он обеспечивал не за счет взяток – а за счет своих людей в нужных местах, заранее внедренных и выпестованных, и потому был практически непотопляем. Это было что-то вроде лоббизма в Штатах, только с местной беспредельной спецификой. Как там…

товаров золотых и серебряных, и камней драгоценных и жемчуга, и виссона и порфиры, и шелка и багряницы, и всякого благовонного дерева, и всяких изделий из слоновой кости, и всяких изделий из дорогих дерев, из меди и железа и мрамора, корицы и фимиама, и мира и ладана, и вина и елея, и муки и пшеницы, и скота и овец, и коней и колесниц, и тел и душ человеческих

Откровение Иоанна Богослова. Апокалипсис.

…

Одним из бизнесов, который принадлежал лично ему, пусть через «номиналов»

Номинальных директоров.

, но лично ему, была вот эта вот похоронная контора. Бизнес, если вдуматься, просто замечательный. Любой человек все равно умирает, и с этим ничего не поделаешь, будь то кризисы или потрясения – люди умирали, умирают и будут умирать. Азербайджанцы – самая многочисленная и влиятельная община в Москве, и более-менее состоятельных людей здесь не хоронят, оплачивают транспортировку и захоронение на родине, на родовых кладбищах. Как я понял – все это стоит неплохих денег, и считается большой ошибкой заказать такие услуги не у Мирзаева, у кого-то другого. К тому же для азербайджанцев, как и для всех восточных людей, похороны – еще один способ показать себя, так что на дорогой гроб и все прочее они не скупятся. И на всем на этом зарабатывает лично Мирзаев, «папа» азербайджанской общины в Москве. Который должен обнаглеть настолько, что даже после случившегося он остается на виду.