Инферно: Осквернитель - Владимир Поляков

было. Только Дух, он куда сильнее и важнее Плоти. — Понимание этого — вот первый действительно важный шаг по той дороге, которую ты упомянула, пусть и представив лестницей. Это неважно, лишь форма представления, никак не суть. Ведь боги — не все, но немалая часть — раньше были смертными, просто добравшимися до немыслимых вершин силы. Мало кто любит такие воспоминания, большинство скрывают даже смутные обрывки знания. Однако… У нас, Скользящих, огромное преимущество. Нас сложнее обмануть — тех, кто сам не захочет обмануться и при этом достаточно умён — мы не скованы изначально наложенными на живущих в этом мире ограничениями. Вот и пользуемся преимуществами, зная концепцию про богов, что от людей, хотя многие на подобные мысли и там, на Земле, шипели, аки сотня кобр сразу.

— Ты часто стал говорить о Путях.

Правильно Элен выделила слово «Путь», которое именно с заглавной буквы следует произносить. А уж сколько раз мы с ней говорили о Повелителе Перемен и Поводыре Обречённых — так это уж и не перечислить.

— Так уж карты раз за разом ложатся, что приходится сталкиваться с проявлениями силы Поводыря. Я же тебе сбрасывал инфу о том сете, который хоть и частично, но собран и уже действует. Печать, тебе известная, в основе, остальное к ней дополнениями идёт. Да и Путь Пути рознь. Я прокладываю его сам, а вовсе не следую по тому, на который некто пытается обречь. Фиг им, а не Обречённость! Зато Путь и боги — это очень интересная тема. Не Путь, но тайная тропа, которую сперва следует нащупать, а уже потом делать по ней осторожные шаги. Тут и далёкое прошлое, и эхо, отбрасываемое из минувшего в настоящее, подсказывающее, как можно поступать в будущем. Сложно? Бесспорно. Так оно и понятно, эти знания и даже намёки на них скрывают во избежание понятно чего. Божественные сущности в большинстве своём очень не любят, когда покушаются на их положение, которое они стараются представить незыблемой глыбой.

— А на деле нужно только подобрать правильную точку опоры и крепкий рычаг!

— Понима-аешь, — радостно оскалился я.

— Ещё тогда начала понимать, когда вместе с Кайларном столкнулась в том странном храме с эмиссаром Поводыря. Жаль, что не я его убила! Я не смогла. Зато сумел ты.

— Не эмиссара.

— Не его, — согласилась подруга. — Более «жирную» дичь — Утробу. И тебе это понравилось, не спорь! Потому и роешься в самых глубинах этой Печати, потому и ищешь среди множества Путей те несколько, которые способны привести к желаемому. Не просто к силе, а…

— А вот тут лучше даже воздух не сотрясать лишними его колебаниями. Я может и слишком осторожен, но по понятной причине.

Кивает Огнёвка, зная, что я имею в виду. Такие пограничные фразы и впрямь пусть «звучат» лишь в нашем «чате на четверых», куда никому постороннему доступа нет, да к тому же особо жареная инфа почти сразу затирается, во избежание вроде невероятного, но в теории не исключаемого варианта любопытства. Чьего? Тех, кто в состоянии будет проломить даже ту броню, которой защищены осколки Системы. Может пока это практически нереально, но неизвестно, что будет потом. Вон, ещё недавно считалось, что Скользящего невозможно пленить, заточить душу в специальный кристалл. Ан нет, можно, пусть и используя артефакты божественного уровня, вдобавок крайне специфические. Следовательно…

— Хельги, а твои красавицы, похоже, просыпаются, — мило, от души улыбнулась Огнёвка, сделавшись похожей ещё на ту Лену, с которой я познакомился в подростковом возрасте. — Пойдём обратно. Ты о своих любимых позаботишься, а я просто на вашу пока ещё не семейную, но вполне себе идиллию посмотрю. Может чуточку и позавидую.

И впрямь просыпаются. А Элен… Пусть смотрит на названное ей идиллией, хотя в этих словах не было ни издёвки, ни даже иронии. Подруга, пусть была более чем независимой и самодостаточной личностью, но искренне, от всей души тянуласьк тому, что могла назвать близкими отношениями. Семья и дети — это ей пока что явно не требовалось. А вот нечто иное… Потому и в нашей четвёрке «неразлучников» была кем-то особенным. Ай, ладно, не о том сейчас. О чём тогда? Да просто жизнь более чем хороша, вот и все дела.

Глава 14

Глава 14

Домен Новый Кадаф

«Пыточные камеры», они же Палаты Боли. Место особенное, специфическое, но зачастую необходимое и почти всегда полезное, особенно в демоническом замке. Хотя о чём это я? Если взять тех же «мудрых и величественных Перворожденных», каковыми многие, в том числе и из бывших игроков, на полном серьёзе считают или считали до поры эльфийскую братию, есть так называемые «Палаты новой травы». В них не только новые виды растений выводят, но и используют определённый их набор для уникальных по своей изощрённости пыток и казней. У других народов и рас наблюдается та же самая картина. Потому не надо «ля-ля», этот мир является магическим феодализмом, а потому здесь всё относительно честно и открыто, особенно если сравнивать с родной Землёй. Даже заплечных дел мастера, палачи, приносят пользу, причём немалую. И я вовсе не о такой откровенно вредной хрени, как публичные казни, использующиеся для массового устрашения, на потеху не рассуждающей толпе и за ради чисто религиозных целей.

О нет, по крайней мере, у нас, детей Инферно, есть и другие цели. Или только другие, как в моём случае. Я, как ни крути, искренне презираю разного рода публичные пытки и казни, да и получать от подобного удовольствие… чур меня тридцать три с половиной раза!

Камни душ! Вот главное, что должны производить Палаты Боли на высоких этапах своего развития. И исключительно из того, хм, материала, который иной участи просто не заслуживает. Инсекты, оркоиды-каннибалы, того же розлива любители «длинной свиньи» из «чёрной ветви» Золотого Каганата, каганатовцы просто, по уши замазанные даже не в обычной работорговле, а в наиболее мерзейших её разновидностях. Это из основных «клиентов» сего заведения, в то время как есть и иные, просто более редкие, уже тут побывавшие, равно как и те, с которыми здешний персонал покамест не встречался.

А ещё именно в Палатах Боли оказалось проще всего устроить лабораторию, необходимую для обучению пути Создателя Демонов. Не создания как такового, а подготовительных к оному работ. Ещё в давние — относительно, конечно, ведь весь мой срок пребывания тут приближался к каким-то двум месяцам — времена я