Время, вперед! Гвардия будущего - Алексей Махров

На фуршете в честь годовщины издания в Нью-Йорке малобюджетного русскоязычного журнала «Эхо Америки» все разговоры вертелись вокруг темы недавнего разгрома американского флота в Персидском заливе[42]. Елену Старостину – молодую, но уже подающую большие надежды корреспондентку из известного московского издания, пребывающую в Нью-Йорке в командировке, – затащили на эту вечеринку недавние знакомые. Затащили и почти сразу бросили в одиночестве.

Мрачно выпив теплого выдохшегося вина, по недоразумению устроителей фуршета именующегося «шампанским», Старостина краем уха прислушивалась к основной теме беседы и уже подумывала об уходе. Но тут к порядком заскучавшей корреспондентке подошел шапочно знакомый дипломат из Российского консульства, который, будучи навеселе, пребывал в игривом настроении.

– Леночка! Со мной вчера произошел забавный случай, как раз по вашей части!

– И что же с вами случилось? – без интереса спросила Елена, отворачивая лицо в сторону, так как от дипломата несло перегаром.

– Звонят мне вчера из департамента полиции и просят подъехать в 26-й участок для освидетельствования личности якобы гражданина России. Ну, приезжаю я в участок. Их детектив тащит меня в местную больницу, и там молодой человек в гипсе, ну оч-чень героической наружности, – тут дипломат икнул, – объявляет мне, что он гражданин Российской Империи, и требует немедленно вызвать посла. Называет какое-то кодовое слово. Полный псих!!! Я так детективу из участка и сказал!

– Не вижу в вашем случае ничего интересного! – сухо сказала Лена.

– Обстоятельства появления этого героя довольно загадочны, автомашина у него какая-то странная, я видел ее во дворе, ни на одну модель не похожа и сильно покорежена. Да и по-русски он говорит чисто, но с каким-то непонятным акцентом! – дипломат сделал отчаянную попытку заинтересовать собеседницу.

– Спасибо за ценную, но бесполезную информацию, – сказала Лена и демонстративно отвернулась.

На следующий день Лене повезло – интервью с героем очередного очерка прошло, на удивление, быстро и конструктивно. До конца дня осталась целая куча времени, и Лена уже совсем было собралась лишний раз прогуляться по магазинам, но тут ее словно кольнуло. Интуиция подсказывала сенсацию.

– А что вчера плел этот пьяный идиот о каком-то загадочном русском? Надо разузнать об этом деле поподробней! – подумала журналистка и, достав телефонную книгу, принялась искать номер департамента полиции.

Войдя в здание 26-го полицейского участка, Лена поняла, что попала в филиал сумасшедшего дома. Мимо нее с папками в руках пробегали небритые мужики в пропотевших насквозь белых рубашках, увешанные кобурами со всевозможной стреляющей техникой.

То и дело во входную дверь вваливались еще более потные, красномордые, толстопузые патрульные, тащившие упиравшихся нарушителей правопорядка.

Во всем этом бедламе Лена с большим трудом нашла говорившего с ней по телефону детектива, который, узнав, что она русская журналистка из самой настоящей Москвы, согласился ей помочь и выдал разрешение на посещение задержанного.

На просьбу Елены посмотреть на загадочный автомобиль детектив ответил отказом, объяснив, что его сейчас изучают эксперты.

– Что вообще произошло? – в упор спросила Елена.

– Граждане, живущие в том квартале, услышали громкий звук, напоминающий взрыв. Приехавший патруль обнаружил на проезжей части искореженный мини-вэн. Но кроме этого, других следов взрыва обнаружить не удалось, – нехотя ответил детектив.

– Так в чем обвиняется арестованный вами человек? – продолжала напирать Елена.

– Он не арестован, а задержан до выяснения обстоятельств. А максимальное обвинение, которое мы можем ему инкриминировать, – нарушение общественного порядка, – устало пояснил детектив, уже явно жалея, что согласился помочь журналистке.

– А почему ваши эксперты так заинтересовались этим микроавтобусом?

– Он оказался бронированным электромобилем совершенно неизвестной нам конструкции. Набитым сложнейшей электронной техникой непонятного назначения. И устройствами, по-видимому, являющимися оружием, хотя совершенно на него не похожими, – детектив оживился, как будто эта тема его сильно интересовала.

Эта информация сильно подкрепила интерес Елены. Ей уже не терпелось увидеть этого «Гражданина Российской Империи».

Войдя в больничную палату и увидев искомую личность, журналистка не разочаровалась.

С ногами, закованными в гипс, полуприкрытый белой простыней, на больничной кровати, скрывающей его высокий рост, лежал мускулистый молодой мужчина, похожий на Шона Коннори в молодости.

Раненый, казалось, спал, но при появлении Старостиной открыл глаза.

– Добрый день, меня зовут Елена Старостина, я журналист, представляю газету «МК». Я хотела бы задать вам несколько вопросов по поводу вчерашнего происшествия! – сразу взяла быка за рога журналистка.

– Добрый день, мадемуазель, приношу свои извинения за то, что не могу встать, – учтиво ответил раненый. – Разрешите представиться: Владислав Аскольдович Косарев. Ваш визит для меня приятная неожиданность. А я опрометчиво считал, что знаю всех членов русской общины. Каким ветром занесло столь прелестное создание в этот богом забытый городок?

«Однако! – подумала Лена. – И это он о Нью-Йорке!» А вслух сказала:

– Я в командировке, а сейчас хотела бы узнать, что с вами произошло! – напористо, как учили опытные коллеги, продолжила Старостина.

– Извините, мадемуазель, но на эту тему я могу разговаривать только с представителями посольства, – с легкой извиняющейся улыбкой сказал Косарев.

– Из посольства никто не появится. Ведь оно находится в столице – городе Вашингтоне, – усмехнулась Лена. – а здесь, в Нью-Йорке, есть только консульство. Тот человек, который приходил вчера, как раз оттуда. Так вот, этот дипломат почти официально объявил вас сумасшедшим.

– Что-что? – удивленно переспросил Косарев и замолчал почти на целую минуту. На его лице лежала маска невозмутимости, но он явно напряженно обдумывал слова корреспондентки. Наконец он принял какое-то решение.

– Он тоже показался мне несколько странным, ну да бог с ним! – небрежно махнув рукой, сказал Владислав. – Ваше присутствие здесь для меня гораздо интереснее. А что означает название вашей газеты – «МК»?

– Это аббревиатура – «Московский комсомолец», – пояснила Лена.

– А что означает «комсомолец»? – продолжал расспрос Владислав.

Старостина почти не заметила момента, когда они с собеседником поменялись ролями – теперь интервью брал Косарев.

– Это член организации под названием «Коммунистический Союз Молодежи», – терпеливо разъяснила Лена.