Заря над Араксом - Андрей Ливадный

Узко сфокусированный луч света скользнул по склону возвышенности и остановился на мощных, но эстетичных механических формах Отшельника.

Он давно не использовал синтезатор речи, и сейчас настороженную тишину прорезал сиплый звук тестового сигнала.

Сопровождавший человека сервоид остановился.

Два механизма обменялись опознавательными кодами.

Сервоид, как и предполагал Отшельник, принадлежал обитающей в горах воинствующей группировке машин. Тем более странно, что он пришел сюда вместе с человеком. Для этого должен найтись достаточно веский повод, какой-то взаимный интерес, намного более сильный, чем укоренившиеся фобии, порожденные тысячелетием вражды.

Первым глухую тишину нарушил человек:

— Приветствую тебя, Отшельник.

Синтезаторы аудиосистемы работали исправно, но голос, пророкотавший из скрытых под толщей брони устройств, прозвучал глухо:

— Ты нарушил мое уединение. Надеюсь, у тебя есть достаточное основание для этого?

— Думаю, да. Меня зовут Грег. Я отвечаю за безопасность города. Ты, наверное, слышал обо мне?

— Нет. Будем знакомы, Грег. Ваши поколения меняются так быстро, что мне нет смысла следить за иерархией власти в городе.

Грег снизу вверх посмотрел на Отшельника. Машина по сравнению с ним была огромна, в то время как сопровождающий его сервоид выглядел лишь чуть крупнее человека.

— Мы пришли говорить с тобой.

Отшельник несколько секунд обдумывал ответ, а затем примирительно согнул ступоходы, чтобы не возвышаться как гора над двумя негаданными посетителями.

— Хорошо, я буду говорить. Предлагаю общаться на языке людей. Так мы будем понимать все сказанное, вне зависимости от источника.

— Согласен, — сервоид также подключил синтезатор речи.

Обнадеживающее начало, — подумал Грег, которому вид огромной машины внушал оторопь.

— Говори ты, К16БМ.

— У меня есть имя, Отшельник.

— Назови.

— Я Сингл.

— Зачем тебе имя?

— Чтобы отличаться от других. Разве это непонятно?

— Хорошо, я слушаю, Сингл. Какое дело привело вас ко мне?

— Я прибыл по указанию аналитической системы.

— Ты не назвал причину.

— Голоса. С некоторых пор расположенные в горах сенсорные комплексы фиксируют голоса на частотах гиперсферной связи. Аналитическая система пришла к выводу, что их источник расположен вне пределов нашей звездной системы.

— Да, я знаю об этом, — согласился Отшельник. — Но это всего лишь локальные возмущения аномального пространства. Они несут обрывочную информацию, от которой нет ни пользы, ни угрозы.

— Ты ошибаешься. Аналитическая система сделала два вывода из самого факта их появления.

Отшельник промолчал. Ни к чему задавать лишние вопросы, тревожа воздух. Если Сингл и Грег сумели о чем-то договориться и пришли сюда, значит, они изложат все, не скрывая подробностей.

Сервоид оценил молчаливое ожидание Отшельника.

— Век людей короток, но у них есть понятие «история», — продолжил он. — Передача информации от поколения к поколению позволяет им помнить события далекого прошлого. Для нас (он имел в виду машины) цепь причин и следствий не прерывается никогда.

Отшельник выслушал его с чувством, которое человек назвал бы досадой.

Он уже понял, какие выводы сделала аналитическая система, оценив факт появления голосов с точки зрения непрерывности исторического потока событий. Как всегда, ответы на трудные вопросы просты, они в буквальном смысле лежат на поверхности, нужно лишь взглянуть на проблему под правильным углом, чтобы сделать единственный, непогрешимый логический вывод.

Что ж, как говорят люди: нельзя объять необъятное. Аналитическая система, руководящая анклавом боевых механизмов, обладала узкой специализацией, и потому ей не составило труда найти истину. Отшельник же относился к совершенно иному типу машин — сменив несколько механических оболочек, он, несмотря на свои увеличившиеся размеры и грозный вид, по-прежнему сохранил программно-аппаратное ядро серийной модели «Хьюго-БД12».

— Вернемся к голосам. Какую практическую пользу можно извлечь из их появления?

— Это двоякая проблема, Отшельник. С одной стороны, мы действительно могли бы извлечь пользу из данного явления, но с другой — факт появления голосов несет угрозу, противостоять которой мы не готовы.

— С этого момента подробнее, Сингл.

Грег, устав стоять, присел на поржавевший остов древнего кибермеханизма.

— Давай восстановим события в хронологической последовательности, — пробасил Сингл. — Всем, в том числе и людям, известно, что данная планета не является нашей родиной. Я специально оперирую человеческой терминологией, чтобы Грег мог еще раз проследить за логикой причин и следствий.

— Да, если применять термин «родина» к планете, на которой тебя создали, то я готов признать, что Земля, да и сама Солнечная система, недостижима для нас. Мы утратили ее, совершив слепой рывок через аномалию космоса.

— Верно. Полтора тысячелетия назад колониальный транспорт «Аракс» после неуправляемого дрейфа через аномальную область пространственно-временного континуума сумел вернуться в трехмерный космос и совершил вынужденную посадку на эту планету. Ты входил в состав бортовых кибернетических механизмов «Аракса», верно?

— Да, — ответил Отшельник.

— Теперь вспомни, когда появились мы?

— Четыре столетия спустя.

— Правильно. Там, за пределами аномалии, шла война между людьми. Я принадлежу к классу боевых кибермеханизмов, созданных специально для этой войны. Моя родина Земля.

Сервоид выдержал небольшую паузу, чтобы Грег мог проследить за ходом рассуждений.

— Базовый корабль, на борту которого дислоцировалась моя мобильная группа, так же, как и «Аракс», совершил неуправляемый рывок через аномальную область, — продолжил он. — Пройдя через гиперсферу, мы вернулись в трехмерное пространство в пределах планетарной атмосферы, что привело к катастрофе.

— Да, я хорошо помню момент крушения, после которого началась ничем не обоснованная война. Вы принялись истреблять людей и добились бы полного успеха, не встань на сторону биологической формы часть кибернетических механизмов с борта колониального транспорта. Здесь, под этими дюнами, погребены десятки механизмов, подобных тебе или мне. Мы истребляли друг друга в бессмысленной бойне.

— Аналитическая система признает иррациональность того противостояния. Но не забывай, Отшельник, тысячу лет назад большинство из нас являлись послушными исполнителями программ. В тебя заложили одни программы, в нас — иные…

— Хорошо, оставим эту тему. Сейчас мы сосуществуем в относительном мире, где каждый развивается сам по себе.