У входа нет выхода - Дмитрий Емец

Яра отодвинула в сторону раздавленную коробку.

– Ботинок.

– Опять Сашкин?

Рина кивнула. Последние сомнения отпали. Сашка сидит в Горшене и всеми силами пытается сообщить им, где он. Вот только как он там оказался? Неужели пытался освободить Горшеню и вместо этого попал ему в брюхо? На сердце у Рины потеплело. Глупый милый Сашка!

Яра толкнула звякнувшую дверь и спрыгнула на траву.

– Эй! Никто не хочет объяснить мне это? – звонко крикнула она.

Ул подбежал к ней. Наверху, где один из стальных стержней входил в паз, был вырван хороший кусок металла.

– Ого! – воскликнул Ул радостно. – Есть надежда, что наш великанчик улизнул!

– С чего ты решил? – усомнился Вовчик.

– Ну смотри… Они стали открывать дверцы – и тут Горшеня ударил изнутри. Основной замок они сняли, а эти запоры не смогли его сдержать. Там, где истоптана трава, произошла схватка. Горшеня всех разметал и рванул к лесу.

– Почему именно к лесу?

– Потому что берики чешут лес!.. Иногда полезно смотреть не только под ноги, но и над головой! – спокойно сообщил Ул.

Вдали над лесом, едва различимая, повисла двойка гиел. Изредка то одна, то другая взмывала вверх и, делая круг, возвращалась на прежнее место.

– Где-то там они его потеряли. Видишь, один отмечает точку, а другой пытается искать? В лесу Горшеню фиг найдешь. Он в двух соснах спрячется, как мы в тайге.

– А куда может пойти Горшеня?

– А куда еще? Только в ШНыр.

– А далеко до ШНыра?

Ул посмотрел на Макса.

– К-километров пятьдесят, – заикнулся тот.

– Меньше, – Ул вспомнил вывороченный столбик. – Двадцать… ну пусть двадцать пять! Теперь все решает, кто перехватит Горшеню раньше: мы или ведьмари.

– Зачем ведьмарям Горшеня? – спросила Яра.

– Понятия не имею. Но, видно, нужен, если они решили напасть на нейтрала.

– Водитель б-бывший ш-шныр! – возразил Макс.

Афанасий согласно закивал травинкой.

– Всякий бывший становится нейтралом. Прежде это правило никогда не нарушалось… Если его нарушить, поднимется такая буча… – Ул покосился на шоссе, на котором выстроилась целая цепочка автомобилей. – Поехали, Макс! Смотри, сколько машин собралось, и все глазеют!

Макс забрался в кабину трейлера. Ключи оставались в замке зажигания. Взревел двигатель. Тяжелая машина, переваливаясь, выползла на шоссе и повернула к ШНыру.

* * *

Гай тревожно ходил по комнате, резко поворачивая у стен. Секретарь Арно следил за ним глазами, не отпуская ни на секунду, как пес. Головой он при этом не двигал. Белдо, по-старушечьи ахая, мирно раскладывал пасьянс. Когда что-то не сходилось, он, тревожно косясь на Арно, спешно мухлевал, перекладывая карты и снова ахал.

Наверху, в клетках, суетились, хрипло кричали и хлопали крыльями гиелы. Было время вечерней кормежки.

Охрана раздвинулась. В комнату, отдуваясь и промокая платком лоб, втиснулся Тилль. В руке у него был черный мусорный пакет, который он предусмотрительно поставил с краю от коврика.

– Что там? – спросил Гай.

– Головы, – с добродушной, немного виноватой улыбкой, ответил Тилль. – Я велел казнить по одному из каждой участвовавшей четверки. Надо было просто отогнать фургон, а они полезли проверять, на месте ли Горшеня!.. Потом, конечно, стреляли, да где там…

Впечатлительный старичок Белдо достал влажные салфетки и промокнул носик.

– До каких пор ты будешь извиняться головами, Ингвар?.. – хмуро спросил Гай. – Надоело! Найди мне Горшеню!

Тилль покорно повернулся и вышел, сохраняя на лице всю ту же мятную, чуть запыхавшуюся улыбку.

– Пакетик забыли! – крикнул ему вслед Арно.

Тилль послушно вернулся за пакетом.

– У нас остались считаные часы, – вспомнил Гай, следя в окно, как Тилль косолапит к машине.

Белдо аккуратно свернул салфеточку и двумя пальчиками деликатно положил ее на самый краешек стола.

– Это у них остались считаные часы, – сладко поправил он.