Восход ночи - Крис Мари Грин

— Тебя зовут Доун Мэдисон, — сказала ничего не заметившая старлетка. — Мне Дипак сказал. Он частенько тобой хвастается.

— Старина Дипак.

— А меня зовут Жаклин Эшли. Можно просто Жак. — Она мелодично рассмеялась, щекотнув подбородок Доун своим дыханием.

Опять она слишком близко. И чего она липнет? А может?…

— Послушай, давай я предупрежу тебя сразу: розовый в число моих любимых цветов не входит.

Старлетка недоумевающе нахмурилась, словно не поняла намека. С такого расстояния Доун волей-неволей пришлось разглядеть лицо девицы: нежный подбородок, пухлые губки как у французских актрис, изящно очерченные высокие скулы, молочно-белая кожа, которую бейсболка ревностно защищала от солнца.

Да, в Жаклин Эшли действительно было неуловимое «нечто», отличающее кинозвезд от простых смертных — то ли серебристый смех, то ли идеальная улыбка, — необъяснимое, недостижимое волшебство тех, о ком говорят: «Ее любит камера».

Доун ненавидела таких всей душой.

Через несколько секунд до старлетки наконец дошло. Ее наивность была столь очевидной, что Доун невольно пожалела девицу: слишком часто приходилось видеть, что делает этот город с милыми девчушками прямиком с конкурса красоты.

И зачем только их тянет сюда, этих девочек — избалованных, незакаленных? Уже через год эту рыжеволосую красотку, как пить дать, уболтают сняться в какой-нибудь порнухе — и пошло-поехало. Золотые мечты рухнут одна за другой, сгорят в горниле шоу-бизнеса.

— Попробую догадаться, — сказала Доун. — Два месяца назад ты приехала на автобусе из какой-нибудь деревушки в Техасе?

— В Неваде. — Она покраснела. — Я никого тут не знаю. Пытаюсь с кем-нибудь познакомиться. Извини, если я дала тебе повод думать, будто… ну, сама знаешь. Дома у меня есть парень, так что я к тебе не клеилась. Боже, какой ужас.

Жаклин так расстроилась, что Доун поняла: ее коэффициент стервозности только что взлетел до небес.

— Это он внес мое имя в список участниц конкурса моделей, — продолжила старл… то есть Жаклин. Доун решила, что в состоянии хотя бы запомнить имя человека, которого только что обидела. — Сказал: пусть все знают, что я такая… ну, в общем, красивая. Но какой парень не считает свою девушку красавицей? А потом мне позвонила Барбара Хаммер из агентства «Ай-эс-эм», поинтересовалась, не хочу ли попробовать сделать карьеру в Голливуде. Отец нас бросил, маме приходилось туго, а из слов агентши выходило, что я смогу посылать домой деньги. Ну, я и приехала.

— Будь осторожна. — «По-человечески», — подумала Доун. Фрэнк сказал бы, что к этой девочке нужно отнестись по-человечески. — Не верь никому, пока не убедишься, что тот, с кем имеешь дело, заслуживает доверия. Запомни, в этом городе никто ничего не делает просто так.

— Печально. А ты не могла бы поделиться со мной опытом? Ты бы очень меня выручила. Не хочу совать нос не в свое дело, но…

Господи, да девчонка совсем зеленая. Ничего не поделаешь, пришлось рассказать ей историю про мудозвона Райдера — естественно, не упоминая имен: Лос-Анджелес хоть и мегаполис, но в том, что касается сплетен, этот город — большая деревня.

— Неужели такое и правда бывает? — спросила Жаклин.

— Это еще что. — Доун отодвинула тарелку с недоеденным пирожным. Аппетит пропал.

— Тебе что, плохо?

— Не-а.

— А вид такой, будто вот-вот упадешь в обморок. Тебе точно не нужна помощь?

Доун провела рукой по лицу.

— Знаешь, мне сейчас не до обмороков. И не до разговоров о том, о сем… Дел по горло.

Подгоняемая кофе и раздражением, она уже собиралась встать и уйти, но вдруг почувствовала на руке ладонь. Прикосновение было утешительным и теплым, как одеяло, под которое можно залезть с головой во время грозы. Простые жесты, обычные люди… Как ей этого не хватало! Еще вчера она думала, что Мэтт Лониган — ее самая надежная связь с реальным миром, который теперь казался таким безнадежно далеким.

— «Чесать пятку, не снимая ботинка». — Жаклин засмеялась — легко и беззаботно, как смеются только те, кто еще не знает, почем фунт лиха. — Китайская поговорка. Мама любит ее повторять. Мне кажется, ее смысл как раз в том, что иногда нужно остановиться и поговорить о том, о сем… или о жизни. Нельзя замыкаться в себе.

Так, стоп. Когда это они успели стать лучшими подругами?

Доун запоздало поняла, что еще не стряхнула с плеча руку Жаклин. Как-то не подумала. Но вместо того, чтобы исправить упущение, Доун сказала:

— Наверно, здорово иметь такую мудрую маму. — В ней вдруг проснулась маленькая девочка, которая потеряла мать и теперь завороженно слушает рассказы о чужих семьях.

— Это точно, — улыбнулась Жаклин. — Жаль, что с твоей матерью случилось несчастье. На твоем месте я бы не вылезала из кабинетов психоаналитиков, а ты выросла сильной. Дипак еще и поэтому тобой восхищается.

— Похоже, вы с ним успели обсудить все на свете.

— Он любит потрепаться. Особенно о том, какие чудесные у него ученики. Иногда он, правда, прерывается — чтобы напомнить, какая у меня ужасная осанка.

Доун невольно усмехнулась.

— Нормальная у тебя осанка. И двигаешься ты хорошо.

Эх, жалко девчонку. Такая простая и милая, но рано или поздно она превратится в одну из них. Жаклин почему-то просияла.

— Неужели ты только что сделала мне комплимент?

Доун пожала плечами.

— Ну надо же! Когда мы только познакомились, я подумала, что ты…

— Стерва, — подсказала Доун. — И ты не ошиблась.

— Доун! — завопил Кико, подлетая к ней. Он схватил ее здоровую руку и дернул, требуя немедленного внимания. — Какая у меня новость! Угадай-ка!

Доун оценивающим взглядом скользнула по его радостному лицу.

— Твоя соседка одержима дьяволом, и у вас скоро родится его ребенок.

— «Ребенок Розмари», — выпалил он, не моргнув глазом. — Слушай, меня пригласили на пробы!

Жаклин захлопала в ладоши, хотя и знакома-то с Кико не была.

— Когда? — спросила Доун. Она тоже обрадовалась за приятеля, но изображать из себя фанатку с помпонами — нет уж, увольте.

— В понедельник, в десять утра. Какой-то сериал в духе «фэнтези». Так что меня ждут протезы, грим и все такое.

— Поздравляю! — сказала Доун, а сама задумалась: интересно, как он собирается сочетать работу частного детектива со съемками? Наверное, для таких случаев у Лимпета предусмотрены запасные варианты.

Между тем телепат уже протянул Жаклин руку.

— Кико Дэниэлс, актер.

— Жаклин Эшли, актриса.

Последовал обычный легкий треп. Кико смотрел на начинающую актрису влюбленными глазами, разве что слюни не пускал. Жаклин, похоже, ничего не замечала.