Марта. Путь к мечте - Татьяна Бродских

– Марта, зачем ты встала? – подхватил меня у самого пола Бастиан.

– Ты же сам в окно стучал, – от нелогичности ситуации я даже передумала падать в обморок.

– Глупенькая, а магия на что? – сказал он, усаживая меня на кровать. Действительно, я вполне могла бы открыть щеколды и с постели, много сил для этого бы не потребовалось.

– Я о ней не вспомнила, наверное, потому что спала.

– Извини, что разбудил. Днем меня к тебе не пустили, – пояснил Бастиан, поправляя за моей спиной подушку. Рядом с моей щекой оказалась его макушка, я не удержалась и ласково потерлась об нее, напоследок коснувшись губами виска. Мужчина в ответ крепко обнял, его губы накрыли мои, вызывая бурю чувств. Он целовал меня с жадностью, с отчаянием, как будто до сих пор не мог поверить, что я жива. Я отвечала ему столь же неистово, горя от прикосновений его губ, рук, не задумываясь, правильно поступаю или нет. Предложи он в тот момент что-то большее, чем поцелуи, я бы согласилась. Да что там предложи, мои руки уже скользили по спине Бастиана, каким-то чудом оказавшись под его рубашкой.

– Я схожу с ума, – хрипло простонал он, тяжело и прерывисто дыша в сгиб моей шеи. – Марта, останови меня.

– Зачем? – затаила дыхание, потому что губы мужчины целовали мои ключицы и, кажется, собирались продолжить спускаться вниз.

– Так нельзя, ты еще нездорова, – бормотал он, убеждая больше себя, чем меня.

– А может… ах, – это губы Бастиана сомкнулись вокруг моего набухшего соска, что вызывающе торчали сквозь тонкую ткань сорочки. Стон наслаждения невольно вырвался у меня, когда к губам мужчины присоединились и его зубы, а под сорочку скользнула его рука, накрывая горячей ладонью вторую грудь. Сладкая волна дрожи пробежала по всему телу, все мысли вылетели из головы, оставляя только желание принадлежать Бастиану сейчас и всегда. Он только на секунду отвлекся, приподнять мою рубашку, не смог сдержать стона и приник обратно. Он ласкал грудь нежно, иногда осторожно покусывая особенно чувствительное место, я таяла под его поцелуями, хотелось, чтобы они никогда не заканчивались.

Поэтому тихий звон, раздавшийся от какой-то упавшей штуковины, заставил нас обоих вздрогнуть и замереть. По комнате разнесся манящий запах еды, мой рот наполнился слюной, а желудок громко забурчал, напоминая, что последний раз я ела больше суток назад. Мне стало неловко, такой момент испорчен.

– Извини, Бастиан, кажется у меня галлюцинации, – смущенно улыбнулась, опуская сорочку на место. – Или ты тоже чувствуешь запах?

– Марта, никогда не извиняйся за то, в чем не виновата, – ответил он, в глазах у него бушевали нереализованные желания, сжигая изнутри. Но вот он перевел дыхание, помог поправить мне одежду. У него руки дрожали не меньше моих, особенно когда наши пальцы соприкасались. – Запах тебе не почудился, это я принес, знал, что ты проснешься голодная.

– Только не говори, что это твое коронное блюдо? – как большинство мужчин, Бастиан любил мясо и потрясающе его готовил. Коронное блюдо, я его так называла, тоже было мясное, очень вкусное и острое, причем настолько, что даже вода не спасала от «пожара» во рту.

– Нет, твое любимое, – улыбнулся он, наклонился и поднял с пола небольшой мешок. – Повезло, ничего не разлилось, это чугунок о бутылку звякнул.

Он достал из мешка чугунок, завязанный в полотенце, крышка у него немного сдвинулась, отсюда и такой заманчивый запах. Поставил мне его на колени, аккуратно развязал полотенце, снял крышку, и передо мной действительно предстала моя любимая еда. Обжаренное мясо с кусочками тушеных овощей, причем Бастиан готовил это блюдо лучше всех, даже в ресторации, где я иногда бывала, оно не шло ни в какое сравнение. Я много раз просила у Бастиана рецепт, но он отказывался его дать, объясняя это тем, что тогда у него будет меньше возможностей радовать меня. Пока я вдыхала этот потрясающий аромат, как я могла не узнать его, мужчина достал ложку, хлеб, бутылку с вином и деревянную кружку.

– Бокалов не нашел, – усмехнулся он, заметив мои приподнятые брови. Я удивилась не кружке, а ее размерам, в которую вошло бы не меньше бутылки вина.

– Я не хочу вино, ты же знаешь, мне его лучше не пить, – сказала, а сама взяла ложку в одну руку, а хлеб в другую. – А почему ты решил прийти ночью, вы завтра куда-то отправляетесь?

– Нет, у нас отдых на ближайшие дней пять. Вэйлару тоже яда перепало, так что наш руководитель тоже болеет. А вылечить его некому, потому что мэтр Буше истратил все свои силы на тебя, сказав, что такой сильный мужчина, как наш декан, сам справится с ядом. Он у этих тварей не смертельный, действует, как сильное обезболивающее и парализующее средство. Целитель просто пляшет от счастья, такое научное открытие. Кстати, это он настаивал на вине. А ночью, потому что не мог ждать до утра, да и Буше сказал, что сонное заклинание закончит действие после полуночи.

Это было очень интересно, и я с удовольствием поучаствовала бы в этих исследованиях сама, но в этот момент меня больше занимало то, что ложка в моих руках дрожала. Можно было бы склониться над самым котелком, но было неудобно и неловко перед Бастианом. Может сказать, что я не голодна? Желудок тут же ответил разоблачающим урчанием.

– Давай ложку, а то совсем остынет, – отобрал у меня вожделенный предмет куратор.

– Бастиан, только не надо меня кормить с ложечки, я не ребенок, – попыталась воспротивиться я.

– Марта, ты хочешь заляпать соусом себя и кровать? Представь себе, что завтра скажут.

– Скажут, что ведьма ночью кого-то съела, – улыбнулась.

– Съела, вряд ли. А вот то, что ты пьешь кровь младенцев или молодых мужчин, придумать могут. Это основные обвинения в сторону ведьм, – на полном серьезе сказал он. – А еще недавно Вэйлар проболтался о твоем возрасте.

– А что с моим возрастом, мне всего двадцать один год, не сто же.

– Вот и Вэйлар так рассудил. Но в деревнях девушки быстрее взрослеют, и в двадцать один уже имеют от двух и больше детишек. Местных заинтересовал твой возраст, потому что ты выглядишь, по их меркам, лет на пятнадцать. Рот открой.

Я открыла, получила полную ложку мягкого и сочного мясного рагу, улыбка сама расползлась до ушей. Как же я все-таки счастлива, что Бастиан рядом, подарила ему нежный и признательный взгляд.

– Вкусно? – улыбнулся он в ответ, набирая еще одну ложку.

– Ошень!

– Тогда жуй быстрее.

Еще через несколько ложек он налил в кружку вина, дал сначала выпить мне, потом пригубил сам. Я видела, что он о чем-то думает, о чем-то очень значимом для себя, и молчала, давая ему возможность самому решить, говорить мне это или нет.

– Я люблю тебя, Марта, – все-таки решился он. Я давно это понимала, но его признание почему-то заставило меня растеряться. – Мне всегда казалось, что слова не главное, важнее дела и поступки. Но вчера или уже позавчера, когда я думал, что потерял тебя, больше всего меня мучила мысль, что я так и не сказал, как к тебе отношусь. Не сказал, что ты моя жизнь, моя радость и счастье.