Звездный лабиринт - Константин Мзареулов

— Сколько раз повторялась эта история на разных планетах — на Троклеме, Годлане, Тирну… — Коц махнул ладонью, словно отгонял муху. — Виноватым всегда оказывается кто угодно, только не истинный виновник. Например, можно выпустить сто сорок ракет по столице вешша, а потом возмущаться на всю Галактику, что варвары-вешша послали в ответ вдвое большее число носителей.

Двери внезапно распахнулись, и в храм ворвались вооруженные люди.

— Персы? — Таввос удивленно поднял брови. — Уже в городе? Странно, я не слышал звуков битвы.

Вперед вышел солидный немолодой воин в богатых доспехах и презрительно сообщил, что эллины благоразумно решили открыть ворота для непобедимой армии царя Персии.

— Остается, — добавил он, — поставить последнюю точку в этом бездарном мятеже — уничтожить жреца Таввоса, главного зачинщика беспорядков. Обманутые тобой эллины честно признались, что именно ты подстрекал мирных горожан, — сказал персидский военачальник. — Солдаты, убейте колдуна во имя Ахурамазды!

— Сволочи! — рявкнул Коц, выхватывая плазмострел.

Применить оружие он не успел — оба троклемида упали, пронзенные стрелами.

Уже в агонии Коц нажал кнопку самоликвидатора, и пистолет мгновенно расплавился, превратившись в бесформенный комок металлокерамики. Нападавшие бережно уложили корону в ларец, где уже находился глобус. При этом командиры персидского отряда переговаривались между собой: дескать, реликвии будут перенесены в храм истинного бога. Потом крышка шкатулки захлопнулась, и изображение погасло.

Координатор прокомментировал:

— СОГЛАСНО ТАЙМЕРАМ КОНТАКТ-ЛУЧЕЙ, СЛЕДУЮЩИЙ ЭПИЗОД ИМЕЛ МЕСТО СПУСТЯ СТО ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕТЫРЕ ГОДА.

… На объемной картинке была видна часть корабельной надстройки, на которой, кутаясь в плащ, беседовали двое. На заднем плане бушевал морской шторм, по небу неслись тяжелые черные тучи. Украшенный звериной фигурой нос триремы глядел на далекую полоску суши.

Диана сказала, показывая рукой на голограмму:

— Это наш берег. Смотри — Рогатая Скала.

— Похоже, — согласился Аркадий. — Наверное, это трирема, которую мы нашли в августе.

Между тем один из пассажиров древнегреческого корабля произнес обеспокоенным тоном:

— Посейдон разгневан. Напрасно мы выступили против царя и захватили это судно. Может быть, Олимпиада на самом деле родила Александра от самого Зевса…

Второй ответил насмешливо:

— Евдокс, ты смешон. Если Александру хочется, чтобы его считали полубогом, пусть называет себя хоть сыном Фавна и Ехидны. Но я никогда не поверю, что Зевс мог позариться на эту старую корову Олимпиаду!

Он еще долго изощрялся в злословии, понося Александра Македонского, который до такой степени потерял стыд и совесть, что поклонялся в Египте местному демону по имени Аммон, а в Иерусалиме не только принес жертву какому-то Яхве, но вдобавок стоял на коленях перед иудейским первосвященником.

Царь окончательно пал в глазах эллинов, когда принялся читать книгу варвара Даниила и обнаружил пророчество, якобы описывающее его, Александра, деяния. К другим прегрешениям македонского царя-завоевателя мятежники относили позорное заискивание пред знатью покоренных варваров, ношение персидской одежды вроде штанов, что стало смертельным оскорблением старых добрых греческих обычаев.

Наконец царь окончательно лишился рассудка и велел казнить по вздорным обвинениям в измене своих лучших полководцев: Пармениона и его сына Филоту.

Собеседники пришли к выводу, что терпеть такой беспредел было уже немыслимо и мятеж стал неизбежен.

— Ты прав, Монократ, — грустно сказал Евдокс, который жутко страдал от морской болезни и без конца перегибался через поручни, чтобы опорожнить бурливший желудок. — Помнишь, как шесть лет назад на свадьбе Клеопатры, сестры Александра, их отец Филипп, напившись хуже скифа, потребовал, чтобы к статуям дюжины богов-олимпийцев добавили еще одно изваяние — самого Филиппа? В тот же миг молодой Павсаний всадил в царя меч.

— Павсания подослал Александр, — убежденно сказал Монократ. — Когда Филипп разорвал брак с этой блудливой гиеной Олимпиадой и женился в очередной раз, Александр понял, что сын Олимпиады уже не сможет наследовать македонский престол.

— Погоди, Монократ! — вскричал вдруг Евдокс. — Смотри — открылся ларец, который Александр украл в том храме. Надо запереть его и спрятать в трюме, пока сокровища не достались наядам проклятого Понта…

— Ты прав, Евдокс Афинский!

Крышка снова захлопнулась, так что более поздние события, включая само кораблекрушение, не попали в видеопамять контакт-ключей. Координатор сообщил, что следующий сюжет, зафиксированный короной и глобусом, — это сцена в квартире Дианы, когда пятерка Посвященных взломала замок шкатулки и впервые увидела устройства троклемидов.

— К сожалению, это все, — сказала Диана.

— Ничего особенного. — Аркадий пожал плечами. — Мы и раньше догадывались, что там происходило. Извини, я должен заняться главной тайной.

С этими словами он показал ей дискету, на которой Координатор записал результаты вычислений.

— Как ты можешь сравнивать! — гневно воскликнула девушка.

— Ты права, сестренка. — Аркадий с трудом сдержал смех. — Я даже не могу сравнивать. Моя тайна гораздо важнее.