Сотворение света - Виктория Шваб

Ленос вытянулся по струнке и начал переминаться с ноги на ногу.

– Силы Осарона не безграничны, – сказал Келл. – Его магия имеет пределы. Сейчас он сосредоточил свою силу в основном на городе.

– Это хорошо, – хмыкнул Алукард. – Ты можешь своей магией вывести «Шпиль» из Лондона?

– Моя магия так не работает, – терпеливо объяснил Келл.

– Тогда какой от тебя прок? – проворчал капитан.

Ленос выскользнул из комнаты. Этого не заметили ни Келл, ни Алукард, только Лайла. А те двое были слишком увлечены перепалкой.

– Ну хорошо, – сказал Алукард. – Мне нужно как-то выбраться из сферы влияния Осарона и потом найти корабль.

– Тебе? – переспросил Келл. – Я не доверю тебе судьбу города.

– Это я нашел передатчик.

– И ты же его и потерял.

– Обменял – это совсем не одно и то же…

– Я тебе не позволю…

Алукард перегнулся через стол.

– Ты умеешь управлять парусником, мас варес? – Титул был произнесен с ядовитой учтивостью. – Не думаю.

– Вряд ли это очень уж трудно, – хмыкнул Келл, – раз это доверяют таким, как ты.

В глазах капитана мелькнул озорной огонек.

– Мне вообще много чего доверяли в жизни. Только попроси…

Удар пришелся ему в щеку.

Лайла даже не успела отследить движения Келла – только на лице у капитана вдруг появился красный след.

Она знала: если маг ударит мага голой рукой – это страшное оскорбление.

Это намек, что противник не достоин того, чтобы тратить на него магическую силу.

Алукард оскалился по-звериному.

В воздухе зазвенела магия…

В этот миг дверь распахнулась, и все обернулись, ожидая, что на пороге появится король или принц. Но в дверях стоял Ленос, держал за локоть какую-то женщину. Странная они были парочка – она раза в два крупнее его; видимо, тощему матросу стоило немалых трудов привести ее. Лайла узнала ее – это была капитанша, которая встретилась им в порту перед турниром.

Джаста.

Наверное, она была наполовину вескийка – уж больно здоровенная. Волосы обрамляли лицо двумя толстыми косами, в темных глазах сверкали золотые искры, и, несмотря на зимний холод, она была одета лишь в штаны и легкую тунику. Рукава, закатанные до локтей, открывали свежие серебристые шрамы. Она выжила в схватке с туманом.

Увидев ее, Алукард и Келл умолкли.

– Касеро Джаста Фелис, – хрипло буркнула гостья – представилась, надо полагать.

– Ван нес, – произнес Ленос и подтолкнул капитаншу. «Расскажи им».

Она метнула на него взгляд, который Лайла хорошо знала, потому что сама не раз одаряла им других. В нем читалось: «Тронешь меня еще раз – останешься без пальца».

– Керс ла? – спросил Келл.

Джаста скрестила руки на груди, блеснув шрамами.

– У нас тут люди хотят уехать из города. – Она говорила на своем родном языке с акцентом, похожим на урчание большой кошки, глотая буквы и размазывая слоги, и Лайла упускала чуть ли не каждое третье слово. – Там, в галерее, я, наверное, ляпнула что-то про корабль. Ваш человек меня случайно услышал, и вот я тут.

– Корабли из Лондона не смогут выйти в море, – сказал король, появившись вместе с Раем у нее за спиной. Он говорил на языке капитанши, и чувствовалось, что он хорошо владеет арнезийский язык, но не любит его. Джаста шагнула в сторону, уступая дорогу, и еле заметно кивнула.

– Анеш, – сказала она. – Но мой корабль не здесь, ваше величество. Он стоит в Тейнеке.

Алукард и Лайла насторожились. Тейнек, последний порт перед открытым морем, находился в устье Айла.

– А почему вы не вошли в Лондон? – спросил принц.

Джаста осторожно покосилась на него.

– Уж очень у меня лодочка хрупкая.

– Пиратский корабль, – напрямую заявил Келл.

Джаста улыбнулась во все тридцать два зуба.

– Как вам угодно, принц. Мой кораблик всё что хочешь возит. Самый шустрый на морях. До Веска и обратно – дней за девять. Но раз уж вы спросили, под красным с золотом мы не ходим.

– А теперь пойдешь, – заявил король.

Через мгновение капитанша кивнула.

– Дело опасное, но я их проведу к кораблю… – Она вдруг умолкла.

С мгновение Максим негодовал. Потом его глаза прищурились, гнев остыл.

– Чего ты хочешь?

Джаста коротко поклонилась.

– Благосклонность короны, ваше величество… и сотню лишей.

От этой суммы Алукард присвистнул, Келл нахмурился, но король был не настроен торговаться.

– Договорились.

Женщина выгнула бровь.

– Надо было попросить больше.

– Надо было вообще ничего не просить, – буркнул Келл. Лайла как будто не услышала.

– Кто из вас пойдет?

Лайла не собиралась упускать такое приключение. Она первой подняла руку.

Потом Алукард и Ленос.

И Келл.

Он поднял руку, твердо выдерживая тяжелый взгляд короля, как будто говорил: «Ну, попробуй, запрети». Но король ничего не сказал. Рай тоже. Принц лишь смотрел на поднятую руку брата и ничего не говорил. А Алукард стоял, сложив руки, и через всю комнату сверлил Келла злобным взглядом.

– Надеюсь, все получится как задумано, – пробормотал он.

– Если боишься, можешь остаться, – огрызнулся Келл.

Алукард фыркнул, Келл ощетинился, Джаста с интересом посмотрела на них, а Лайла налила себе еще бокал.

Похоже, выпивка ей сегодня ох как понадобится.

IX

Рай услышал шаги Келла.

Принц стоял у окна, смотрел на призрачные очертания теневого дворца, причудливо подражавшего линиям его собственного дома, и вдруг увидел в стекле отражение брата. Плащ Келла был уже не царственно-красным, а черным, с высоким воротником и серебряными пуговицами. Обычно он надевал его, когда относил сообщения в другой Лондон. Плащ для путешествий. Для разлук.

– Ты всегда мечтал увидеть мир за пределами города, – сказал Рай. Келл покачал головой.

– Я не думал, что это будет вот так.

Рай обернулся. Келл стоял у зеркала, и Рай увидел в нем свое лицо. Он попытался разгладить морщины на лбу – не удалось, попытался прогнать из голоса печаль – безуспешно.

– Мы хотели отправиться вместе.

– И когда-нибудь отправимся, – заверил Келл. – Но сейчас надо остановить Осарона. Если ему и впрямь нужен только антари, а не весь этот город, если есть хоть малейший шанс увести его отсюда…