Последняя ставка - Тим Пауэрс

«Озеро отвергает его, – растерянно подумал он. – Это делают рыбы, а может быть, вода изменила свою плотность, чтобы избавиться от головы?»

Крылья летучих мышей хлопали все ближе, все громче, и он решил, что чует их запах, похожий на запах смерти.

«Бежать надо, – сказал он себе. – Иначе они забьют тебя здесь».

Сглатывая рвущиеся из груди всхлипы, он одной рукой вытащил на берег ящик, второй прикрывая лицо от летучих мышей, а потом, держа за веревку блестящую на солнце коробку, из которой лилась вода, пробрался по краю берега к лодке и поставил туда свою ношу.

Когда он почти швырнул коробку на сиденье, вскарабкался в лодку сам и запустил на холостом ходу оглушительно взревевший под плексигласовым капотом автомобильный мотор, летучие мыши вроде бы поднялись повыше. А после того как он повернул руль, включил передачу и направил катер прочь от острова, они не стали преследовать его, а разделились на стайки и разлетелись по сторонам.

Он снова перевел мотор на холостой ход и сидел, дрожа и обливаясь потом во внезапно успокоившейся лодке, глядя, как растворялись в воздухе летающие твари, возвращавшиеся в свои пещеры в горах, где в любой нормальный день они и должны были прятаться до заката.

Впервые с того дня, когда он, сидя в школьной библиотеке, вычислил природу своего мистического западного царства, он подумал о том, что хорошо бы нарушить режим и выпить – по-настоящему, всерьез, напиться.

Через некоторое время он тронул лодку с места и на самом малом ходу, какой только позволял держать прихотливый дроссель, направился обратно к маринам Лейк-Мид-рисорт. На классически правильном лице слезы смешивались с потом.

«Я зря убил Макса, – думал он. – Моя жертва, как и жертва Каина, оказалась отвергнута.

Как такое могло получиться? Может быть, я дисквалифицировал себя, убив Макса? Нет, за старыми королями числились дела куда хуже. Может быть, мне следовало выждать или, наоборот, сделать это раньше? Или в озере Мид уже покоится голова Короля, и тут нет психического пространства для другой?»

Впрочем, к тому времени, когда он добрался до причалов прокатных катеров, ему удалось отогнать от себя острое ощущение потери и безнадежности.

– Я все-таки могу стать Королем, – сказал он себе, направляя катер к причалу с множеством лодок. – Но для этого необходима моя треклятая сестричка – я должен найти Нарди Дин.

В свете склонившегося к западу солнца оранжевые занавески в номере мотеля сделались еще ярче; Крейн перетасовал маленькую несерьезную колоду и сдал на кровати по пять карт себе, Оззи и Мавраносу. Отправляться на поиски супермаркета было еще слишком рано, Оззи наотрез запретил брать в руки настоящие карты, и поэтому Мавранос принес из «Сабурбана» детские карты «безумные восьмерки», купленные в ресторане гамбургеров «У Карла-младшего».

На каждой карте красовалось забавное стилизованное изображение какого-нибудь животного, и когда игра пошла, и карты стали выкладываться лицом вверх, Мавранос восхитился подбором красочных улыбающихся птиц и зверей, разбросанных по койке мотеля.

– Знаете, почему в ковчеге нельзя играть в карты? – спросил он.

Крейн закатил глаза, но Оззи с подозрением посмотрел на Мавраноса.

– Нет. И почему же?

Мавранос отхлебнул пива.

– Потому что карт у Ноя не было – он плыл наугад.

Где-то на юге, над хребтом Маккулох, прогремел разряд сухой грозы.

«Да ладно, – подумал Крейн, – все равно вовсе не смешная шутка».