Сварог. Летающие острова - Александр Бушков

Харчевня именовалась без особых претензий – «Кошка икастрюля». Кошек, помимо той, что на вывеске, обнаружилось целых три –зажравшихся до того, что они дремали под столами, брезгливо игнорируя брошенныеим в приступе пьяной любви к животным мясные огрызки.

Мара легонько придавила одной хвост носком башмака, но таоткрыла один глаз, лениво вытянула хвост из-под подошвы и вновь задремала.

– Не мучай животное, – мельком заметил Сварог безособой укоризны.

– Настоящая кошка должна быть зверем, – Мара нацелиласьна кошачий хвост уже каблуком. – А эта…

– Если она заорет, привлечешь к нам внимание.

Вот это моментально подействовало, и Мара унялась. Сварогглянул на распахнутую дверь – отец Калеб все не появлялся, а пора бы… Ввалиласькомпания, еще с порога заоравшая, что вина им нужно много, а вот закуска вовсеи не обязательна. Судя по гильдейским бляхам, явились речники топить в чаркегоре – «Кошка и кастрюля» располагалась неподалеку от одного из портов, ипопавшие в кольцо блокады речные суда обязаны были встать на мертвый якорь, апаромы – прервать сообщение меж берегами. По этой причине речной народ пил сутра до вечера, но в обличении властей не поднимался выше Речного департамента,августейшую особу не затрагивая, – в любом порту хватало шпиков.

Сварог думал о своем – пытался понять, почему их с Маройбросили. Какие бы там сложные интриги ни плелись среди правящей верхушки, онине объясняли бездействия и деликатности Гаудина, столь несвойственныхначальнику тайной полиции, особенно в столь серьезном деле. Гаудин уже долженбыл знать о призраке, подменившем принцессу. Мог бы и направить связного, могбы помочь. Противники Гаудина были владетельными особами, но их люди оставалисьшпионами-любителями, а у Гаудина имелась в руках Контора. Как показываетисторический опыт, Контора побивает в три хода дилетантов любого ранга…

Поневоле подворачивалась невеселая, но веская гипотеза –Гаудину сейчас не до земной тверди, что бы эпохальное там ни происходило. Натверди небесной случилось нечто столь серьезное и важное, что лихая компанияСварога обречена на автономное плаванье. Вульгарно говоря, наверху шерсть летитклочьями. Так частенько случается, стоит юной императрице надолго увлечьсясильванскими охотами – впрочем, придворные баталии с тем же успехомразыгрываются и в отсутствие старого и сурового, собаку съевшего на кознях иинтригах монарха…

Что, если точнехонько так все и обстоит? При этой мыслистало невероятно неуютно. Но он браво плюнул под стол – благо нравы грязнойхарчевни дозволяли – и подумал, что уж если его за тридцать с лишним лет несмогли угробить в обители развитого социализма, здесь и подавно не слопают,подавятся…

– Ты что это под стол плюешь, барон? – спросила Мара.

– Придумал, как организовать ситуацию, когда всем станет не дооблавы и не до нас.

– Как?

– Поджигаем королевский дворец. Со всех восьми концов.

– Лихо, – Мара посмотрела на него с уважением. –Только мне придется изрядно повозиться, чтобы состряпать «слезы дракона». Естьтакой горючий состав. Даже на воде полыхает так, что любо-дорого. Значит… Смолынемеряно здесь же, в порту, пробежаться по аптекам пошлем Паколета, нашатыря наБараглае полно у любого алхимика…

– Да погоди ты, – сказал Сварог. – Я же шутил.

– Да? А план не столь уж наивен. Послушай, если и в самом деле…

Сварога спасло появление отца Калеба, одетого арматоромсредней руки. Харчевня, хоть и захудалая, делилась на две половины: «пьяную» и«деловую». В первой вино трескали ради самого процесса, а во второй –потягивали, обсуждая дела. Сварог обосновался в «деловой», где разговорышепотом были в порядке вещей, и те, кто беседовал, сдвинув над столом головы,выглядели не заговорщиками, а совершенно приличными людьми – например,контрабандистами, а то и «ночными рыбаками»[26].