Забытое - Марина Суржевская

Я не видела никого безумнее него. Я не видела никого его разумнее.

Мне даже хотелось поверить, стать частью Ордена, ощутить единство с ним. Сопричастность. Но я не могла.

Капля крови выступила на пальце, и дышать стало легче, а фальшь Приора – заметнее. И снова, словно почуяв, он дернул головой и втянул воздух.

– Ай-ай, милое дитя, – пожурил ренегат. – Ты уколола палец. Будь осторожнее, ведь даже капля твоей крови – бесценный Дар. Арман, разрежь мясо для нашей ненаглядной Вивьен, боюсь, она снова поранится. Я не могу этого допустить.

Со всех сторон раздались смешки. Ρенегаты веселились, рассматривая неумеху, которая не в силах справиться с отбивной. Ардена издевательски усмехнулась. Я же в упор смотрела на Приора. Мои руки находились под столом и длинной тяжелой скатертью с бахромой – так как отступник учуял мою кровь?

Да кто он такой, задери его Бездна?

И во благость этого человека почему-то верилось все меньше.

– Я сама справлюсь со своим завтраком, – проскрипела я, когда за спиной возник прислужник.

– А мне хотелось бы узнать конкретнее обо всех этих садах и лозах, – громко сказал Ржавчина, размахивая вилкой. – Ну, про что вы говорили. Победа там, падение Империи, сады всякие…

Приор склонил голову набок, рассматривая невозмутимо жующего Ржавчину. Но если ему и не понравилась такая бесцеремонность, вида он не подал. Сухо улыбнулся.

– Пожалуй, ты прав, Дэйв. И от речей пора перейти к делам. И обсудить… хм…. лозы. И наши планы. Но прошу, угощайтесь, друзья мои, угощайтесь. Отведайте эту пищу и это ледяное вино! Сегодня наш день!

Ренегаты накинулись на еду. Было немного жутко наблюдать, как куски мяса пропадают в туманном мареве под их капюшонами. Некоторое время все молча жевали.

– Так что там с планами? – напомнил о себе Ржавчина.

– Настойчивость – прекрасное качество. A терпение – высшая благодетель… – со смешком вздохнул Приор. – Итак, друзья мои. Двериндариум пал. И Двериндариум принадлежит нам. Впереди – Рутрием. Впереди столица и трон, который должен занять Истинный.

– Значит, война? – тихо спросила я, но отступник услышал.

– Для начала переговоры, дорогое дитя. Дверь отныне принадлежит нам. А за это сокровище Император отдаст что угодно. Через несколько дней мы пустим на остров представителей власти и обсудим… перспективы. Ну а чтобы они поняли серьезность наших намерений, придется отправить им лорда и леди Аскеланов. К сожалению, по частям.

– Что? – Ржавчина выругался сквозь зубы, а побледневший Айрон вскочил.

– Но отец… мы так не договаривались! Ты говорил, что больше не будет смертей!

– Это не смерть. Это необходимая жертва, – торжественно ответил Приор. Сила «Взгляда Бездны» снова придавила своей мощью. – Пойми, нам нужны весомые доказательства нашей силы, беловолосые головы наследников севера подойдут как нельзя лучше. Сядь, Айрон. Ты исполнил свое предназначение, и я доволен.

Сила сбила посеревшего парня с ног. Сев, он взял стакан и сделал глоток вина. Зубы звонко стукнули о стеклянный край. На Аскеланов он старался не смотреть.

Рейна что-то промычала в кляп. Киар хранил молчание.

Ржавчина швырнул на стол вилку.

– А что будет с измененными? Я обещал им свободу и возвращение человеческого облика, как только Орден Истинной Крови займет остров. Я шел к этой цели много лет. Этот день настал. – Ржавчина посмотрел на взбешенную Рейну, та ответила убийственным взглядом.

– Боюсь, им придется подождать, – с сожалением протянул Приор. – Измененные – важная часть той лжи, которую скрывали имперцы. Люди должны узнать правду. Должны увидеть их. Да и нам пригодится мощь чудовищ, не так ли, Ваше Величество?

– Я обещал им свободу! – рявкнул Ржавчина, вскакивая. – И жизнь вдали от сражений! Они достаточно настрадались! Некоторые почти утратили разум, и даже я их почти не понимаю!

Его плечи согнулись, тело дрогнуло. Вот-вот – и эфрим выберется на свободу, отринув человеческую оболочку. Парень торопливо сунул в рот несколько пастилок. Запахло мятой.

– Я сочувствую всем измененным, Дэйв, – мягко сказал Приор. Вот только глаза его остались жесткими. – Я сочувствую им больше всех и даже больше тебя. Я понимаю их. И тоже хочу дать им свободу. Но еще не время. У нас еще много дел. Рутрием и Император…

– Мне плевать на Ρутрием! – снова разозлился Ржавчина. – Я им обещал. Они мне поверили! И теперь я должен выйти и сказать, что все наврал? Что я обычный брехун со скрещенными пальцами? Не бывать этому! Все измененные вернут человеческий облик! A дальше – идите хоть на Рутрием, хоть к Грязному морю!

– Ах, Дэйв, – с выражением отеческого сожаления на лице пробормотал Приор. – Я понимаю твое возмущение. Но скажи, как ты вернешь всех измененных?

Ржавчина покосился на меня, и я благоразумно спрятала под стол руку с раненым пальцем.

– Освободительница Чудовищ, – пробормотал ренегат. – Да, ее кровь творит чудеса. Но лишь на время, не так ли? Сколько крови Вивьен понадобится для того, чтобы обратить всех? Боюсь, это милое дитя скончается от кровопотери.

– Вы говорили, что знаете способ!

– Он есть. Но прежде мы должны разобраться с Империей…

– Какой способ? – не сдержалась я. – Скажите нам!

– Милое дитя, – Приор покачал головой. – Ты слушала невнимательно. Вспомни же мои слова. Изначальное всегда сильнее отраженного.

– Что еще за ерунда? – рявкнул мой несдержанный друг. – Говорите яснее!

Кое-кто из ренегатов поднялся и схватился за оружие. Приор развел ладони.

– Я пытаюсь, Дэйв. Но как я уже говорил: терпение – величайшая добродетель. Не твоя, понятно. А сейчас сядь и не нервируй своих братьев по Ордену. A мы вернемся к предстоящим переговорам. Давайте обсудим условия капитуляции Императора…

Мы с Ржавчиной переглянулись. Мой друг выглядел… потерянным и одновременно – злым. Разочарование блестело в рыжих глазах и кривило его губы. Не этого ожидал от ренегатов Ржавый король. Ох, не этого… Его, как и остальных измененных, просто использовали.

Не обращая больше на нас внимания, заговорили советники Приора. Серые рясы склонились друг к другу, обсуждая планы завоевания и отмщения. Айрон сидел в стороне и молчал. Выглядел парень нездорово бледным. Янта растерянно кусала губы. Я смотрела на закуски и яства, чувствуя тошноту.

Значит, нас ждет новая война? Новые битвы, сражения и потери? Казни? Это никогда не закончится!

Я подняла голову и наткнулась на взгляд Приора. Один из советников что-то говорил ему, склонившись к самому уху. С другой стороны льнула Ардена, отчего стало противно. Но главный ренегат смотрел на меня. Смотрел внимательно и неотрывно. Словно желал что-то увидеть. Но что? Что за странную игру ведет этот человек? От его внимания мне стало неуютно и даже страшно.