Сварог. Чужие паруса - Александр Бушков

– Пришлось взять грех на душу, – сказалПэвер. – Длонго, боец из гарнизона базы, «вспыхнул белым порохом». Так этоназывали у нас в полку. Разорался, что мы нарочно их топим, и в таком духе.Схватил багор, разбил голову своему напарнику, к слову, земляку. Полез наостальных, уже окончательно освирепев. Я еле успел добежать. Вестидушеспасительные беседы бесполезно и некогда. Пришлось пристрелить. И метитьсяв ногу или в руку, чтоб не убить, но успокоить, тоже не было времени. –Пэвер попробовал пригладить почерневший от копоти ежик, который упорно не хотелприглаживаться. – «Серебряный удар» тонет. Мы можем лишь оттянуть исход.Но ненадолго. И то, если ни одна из двух помп вдруг не накроется. Цепочки сведрами ничего не дают.

– Вам ли не знать, мастер Пэвер, что дело не в реальнойпользе цепочек с ведрами, а в том, что людям, приставленным к делу, не допаники, они не начнут один за другим, как говорили у вас в полку, «вспыхиватьбелым порохом». Вернемся к карте. Подключайтесь, мастер Пэвер, – закурив,Сварог прошелся по рубке. – Мы убедились, что скрывается под заштрихованнымисиним цветом эллипсами, под зеленым пунктиром и некоторыми другимиобозначениями. Мы не знаем, что подразумевают под собой зеленые треугольники сострелой внутри, желтое бесформенное пятно и некоторые другие значки. Но онидалеко, «Удар» до них не доберется. А до ближайшего ромба с оторванным угломдотянуть в состоянии. Чем черт не шутит, вдруг остров, вдруг клочок земли. Хотьплавучий кусок плавучей земли. Вытягиваем пустышку, пересаживаемся на шлюпки.

– Если применить приемы дешифровки, – Рошаль взялв руки полный загадок пластик, – то можем предположить, что цвет сам посебе несет некую информацию. Как мы уже отмечали, цветовая символика несовпадает с принятой на Атаре. Но можно действовать по аналогии. Если синимобозначена область темной магии…

– То ромб не область темной магии, – подсказалПэвер.

– Или область магии средней или слабой темности. –Чуть ли не впервые на памяти Сварога Рошаль пошутил и чуть ли не впервыеулыбнулся. Точнее, обозначил улыбку.

– Итак, итожу, – прервал диспут маскап. – Всеравно наши догадки, масграм, сможет подтвердить или опрокинуть только личноезнакомство с ромбом без угла. Вы, мастер Рошаль, берете на себя подготовку квозможной высадке на шлюпки. Снимите с работ человек десять. Из самых надежных.Но действуйте так, чтобы все оставалось в тайне от других, а то бросят работы ичерт-те что начнется. Кулк, немедленно займитесь курсом. Можете сказать сейчасхотя бы примерно, сколько времени займет переход при нынешней скорости?

– Примерно три часа, – сразу же ответил Кулк. –Если…

– С «если» понятно, – перебил Сварог. – Вам,мастер Пэвер, придется разрываться между помпами и паровой машиной. В течениетрех часов мы не должны пойти на дно и обязаны не сбавлять хода. Делайте чтохотите.

– Ха, вы как командир шестого гвардейского, –хлопнул себя по коленям суб-генерал, – можете хоть сами себя в катапультызаряжать, но чтоб крепость к обеду пала. Что ж, и не такое выполнял.

– Лады, братцы. Жмем до проклятого ромба, нет так нет,бросаем «Серебряный удар» и пересаживаемся на шлюпки. Ничего другого неостается…

…Сварог шел по кораблю. Понимая, что совершает прощальныйобход «Серебряного удара».

Даже закрой глаза, почувствуешь, что корабль умирает. Сварогпривык за минувшие дни к нормальному ходу броненосца и теперь каждым касаниемступни железных листов в крупных точках заклепок ощущал, что судно уже не идетпо волнам, а ковыляет. Уши, привыкшие к ровному, слаженному гулу паровыхдвижителей, сейчас вынуждены были прислушиваться к тихому и одновременнонадсадному гудению единственной уцелевшей машины. Воздух – в кои векиприходится о том жалеть – сделался чище. Дым не валил, а вырывался худосочнымиклочьями.

Фальшборт – за который приходилось держаться, так как судновздрагивало от каждой волны – зиял рваными пробоинами. Под ногамиперекатывались обломки труб и обрывки тросов, гильзы от карабинов, осколкичугунных ядер. Стены палубных надстроек вмятинами напоминали лунный пейзаж.«Серебряный удар» хоть сейчас направляй на съемки фильма о легендарных крейсерахрусско-японской войны. И лезла на ум дурацкая врачебная фраза: «Мы его теряем…»

Большая часть экипажа занималась на первый взгляд дурнойработой: выстроившись цепочками от трюма, передавали друг другу наверх емкостис водой, чтобы вылить ее за борт. Мужская цепочка тягала полные ведра, женская– наполненные не до краев, а также чайники, котелки. И стояла даже детскаяцепочка, по которой шла совсем несерьезная посуда. Не только в том суть, чтовсе при деле и нет времени трястись и паниковать, а праздно болтаться попалубам просто небезопасно – броненосец может накренить так, что немудренои вылететь за борт. К тому же ведрами-чайниками вычерпанная вода, возможно,позволит сэкономить минуту на плаву, и кто знает, какая нужда будет в тойминуте.

Теперь Сварогу удавалось подбадривать экипаж гораздоубедительнее, чем давеча Вайгала. Потому что не приходилось лицедействовать.Судовому авралу придана конкретная цель, люди выкладываются не ради отвлеченияот черных мыслей, а ради цели. О том, что цель не менее иллюзорна, чемкоммунизм, маскап, разумеется, никому не говорил. И сам предпочитал об этом недумать.

Сварог спустился к Олесу. Олес заправлял в машинномотделении. Полуголый и чумазый князь злющим чертом носился от топки к углю, отугля к манометрам, от манометров к кочегарам. С его губ слетал уже не крик, агромкий хрип. Пристойные слова наследник гаэдарского престола, казалось,напрочь забыл. В горячке досталось и Сварогу:

– Шли бы к русалочьей матери, маскап! Еще Рошаля быприслали меня зыркалками буравить!

Эти – убедился капитан Гэйр – будут давать жар на всюкатушку до заякорения на месте или пока котлы не взорвутся.

На пороге Сварог столкнулся с Пэвером и пятью матросами.

– Смена кочегаров, – доложил суб-генерал. Бросилза спину: – Чего стоим столбами! Давайте, парни, в темпе! Я, маскап, пошелменять парней на помпах.

Подмену брали из тех, кто «отдыхал» на ведрах.

– Вот что я думаю, маскап, – не сразу отправилсяна помпы генерал. – Пусть наткнемся там, у ромба, на заросли съедобногопланктона или простую песчаную мель, оно и то неплохо будет. Не зря плыли. Мельдаже предпочтительней.

– Черт возьми, еще не хватало, чтоб мастер Пэвер началс судьбой торговаться! – Сварог хлопнул генерала по плечу. – Поди, насуше случались заварухи похлеще нынешней, так чего ж на море раскисать отерунды. Прорвемся!

– Никто не спорит, еще не хватало, чтобы Пэверраскисал! Уж много снега, но не из воды мудрено будет там найти. Значит, я непомру, остальные заодно тоже еще поживут. Все, некогда мне, маскап!

Клади он нашел на артиллерийской палубе. Баронетта утешалаженщину, потерявшую в схватке с броненосцами мужа и дочь. Сварог помнил еедочь. Белокурая девочка, которая бегала за Чуба-Ху и просила: