Путь чужака - Андрей Прусаков

Закончив омовение, Элор оделась в принесенную одежду и выглядела великолепно: просторное, с перетягивающим талию узорчатым, вышитым жемчугом поясом платье полностью открывало руки и шею, на которой блестело надетое слугами ожерелье.

Стасу принесли огромные зеленые шаровары и ослепительно-белую рубашку. Штаны кое-как налезли, а рубашка треснула по швам. По растерянным взглядам слуг Стас понял, что большего размера у них просто нет.

— Не беспокойтесь, — Стас махнул рукой и улыбнулся. — И так неплохо. У вас тепло.

Но слуги так не считали. Очевидно, особенности местного этикета не позволяли оставлять гостей с голым торсом. Засуетившись так, что Стасу стало неловко, они изыскали нечто напоминающее халат с достаточно широкими плечами. Любуясь бицепсами, Стас с трудом продел в халат руки. Уф, кое-как влез. Элор с улыбкой наблюдала за его мучениями. Перепоясавшись мягким узорчатым поясом, Стас почувствовал себя Аладдином. Только тюрбана не хватает.

Куда делась прежняя одежда, Стас не знал, но догадывался, что и ей окажут всяческое почтение.

Их провели во двор, где рядом с маленьким, явно не для купания, бассейном стоял матерчатый навес, под которым сновали слуги. Приблизившись, Стас и Элор увидели обеденный стол и обитые материей низенькие скамьи, на них скорее всего было принято не сидеть, а лежать. Ловкие, неслышные слуги, как в сказках «Тысячи и одной ночи», мигом уставили стол едой и напитками в медной и серебряной посуде.

Удобно расположившись, Стас поймал взгляд девушки и понял, что за ними наблюдают. Понятно. Он придал себе как можно более мужественную осанку и ел неторопливо и с достоинством.

— Я скажу, что ты вождь ставров, которые готовы поддержать меня, — проговорила Элор, переходя на ставрский. — Запомни это, Мечедар!

— Но ведь…

— Говори на своем языке. Судя по тому, как на тебя смотрят, здесь вряд ли кто-то его знает. И еще. Говорить с суром буду я!

Стас кивнул. А что ему оставалось? Выросшая при дворе Элор по определению лучше него разбиралась в политике, да и как вести себя с унгольским правителем, Стас не представлял. Со ставрами куда проще.

Они ели и пили. Стас особо не стеснялся и с гордым видом бросал в пасть все подряд, кроме мяса. Давненько он так не ел, вернее сказать — здесь вообще никогда.

— Сур готов вас принять, — светлоглазый бородач явился, едва Стас в изнеможении откинулся от стола. «Готов? Да он всегда был готов, — подумал Стас, — что ему еще делать в таком дворце? Просто хотел присмотреться к нам».

Они последовали за сановником. Роскошные комнаты сменялись еще более роскошными, несколько раз они видели стражей — без доспехов и видимого оружия, но от их взглядов становилось холодно, несмотря на жару.

Наконец их ввели в зал. Сур восседал на троне в виде цветка из алого камня, высеченного с таким мастерством, что, поставь здесь трон из Эрмитажа, на него бы никто и не взглянул.

Сур был не молод, но еще и не стар. Его черные блестящие глаза с интересом рассматривали пришельцев. Одет он был с кажущейся простотой — во все белое, от туфлей до стоячего воротника рубахи. Пальцы владыки сияли драгоценными камнями, лоб украшал обруч с огромным рубином или камнем, похожим на него.

У трона стояли четверо. Слуги или телохранители — Стас так и не понял.

— Приветствую моих гостей, — неторопливо, как и полагается правителю, проговорил сур. — Надеюсь, вы довольны моим скромным приемом. Если бы я знал о вашем прибытии…

Он замолчал, давая понять, что ждет объяснений.

— Я — дочь Бреннора и законная наследница Ильдорна.

Элор говорила уверенно, и Стас поразился тому, как вдруг изменились ее лицо и осанка. Она стала другой, и Стас вспомнил сказку Андерсена о принцессе и горошине. Элор ночевала с ним в лесу на траве, но сейчас не легла бы и на недостаточно взбитую перину. По крайней мере, представить это он уже не мог.

Сур вежливо слушал. Когда речь зашла о том, что трон захвачен не имеющей прав на престол сестрой, он оживился и внимал с неподдельным интересом.

— Вот как, — произнес сур, выслушав повествование. — Теперь мне многое ясно. Так чего же ты хочешь от нас, наследница Элор?

Он не сказал «правительница», что в общем-то было правильно, но Элор вспыхнула:

— Я имею все права на престол Ильдорна, у меня нет только одного — силы, и потому я пришла к тебе, великому суру унголов. Помоги мне занять трон, и я отдам тебе земли или золото — все, что выберешь, и буду твоим другом и союзником на вечные времена.

Она закончила. Сур сидел недвижно, и Стас понимал, насколько трудно тому принять решение, от которого зависело очень многое. Ильдорн — лакомый кусок, на который могут позариться и другие.

— Я думаю… смогу ли я помочь тебе, прекрасная Элор? Унголия ни с кем не воюет, а твоя просьба означает войну. Войну с непредсказуемым исходом. Я знал твоего отца и очень огорчился, услышав о его смерти. Затем пришла весть, что и ты умерла…

— Айрин держала меня в темнице и распространила слух, что я умерла.

— Теперь я понимаю. Я верю тебе, Элор. Скажи: как ты представляешь мою помощь?

— Мне нужна армия, — быстро сказала Элор.

— Насколько большая армия?

— Чем больше, тем лучше.

— У твоего отца была великая армия. Его многие боялись. Теперь она в руках твоей сестры.

— Но ведь великий сур не боится?

«Дерзко, — подумал Стас, — здесь политика, здесь подначки на „слабо“ не проходят».

— Я никого не боюсь, — улыбаясь, возразил сур. — Итак, ты хочешь возглавить армию и изгнать Айрин из Ильдорна?

— Да. За это…

— Об этом потом, — перебил сур. — Что ж, я подумаю над твоей просьбой.

Он намеренно выделил последнее слово, намекая на ее положение просителя.

— Элор, ты можешь отдыхать, я прикажу, чтобы ты не знала ни в чем недостатка: еда, напитки, развлечения. Мои слуги исполнят все, что ты пожелаешь. А я… приму решение.

— Спасибо, великий сур, — сдержанно проговорила Элор. — Я не забуду того, что ты сделал для меня, независимо от твоего решения.

«Молодец, — оценил Стас, — вот здесь — молодец».

— А это — мой сын, Джабир, — вдруг представил сур невысокого молодого парня с лицом видавшего виды повесы и уже заметным брюшком. Стасу он не слишком понравился.

— Ты очень красива, Элор, — сказал Джабир. — Отец, мы должны ей помочь!

— Это надо обдумать. А этот ставр? — вдруг указал на Стаса сур. — Кто он? Твой слуга?

— Он помог мне бежать. Мечедар — вождь одного из кланов, он обещает мне помощь от имени ставров, недовольных правлением Айрин, а таких многие сотни!

— Вот как! Прошу прощения, вождь, — сур взглянул на Стаса по-иному. Облик ставра производил впечатление. Стас это знал и изо всех сил выпятил грудь и расправил плечи так, что затрещала материя.