Он съел моего фамильяра - Евгения Бергер

- В общем-то, - подтвердил Демиан, - вас не видели многие годы. Ты, возможно, последний!

Изенгард недоверчиво усмехнулся:

- Ну нет, в Бесконечных горах живут сотни драконов. Заносчивые засранцы, конечно, но дело свое они знают и... Почему вы так на меня смотрите? - удивился он направленным на себя взглядам. Жалостливым, если он верно их понимал...

И Демиан пояснил:

- Мне жаль тебя огорчать, но драконов в пяти королевствах почти не осталось. Мракас уничтожил многих из вас... Я слышал, он хотел перенять вашу магию, научиться ей, если это возможно, но драконы ему отказали. Предвидели зло, что он хочет творить с ее помощью... И Мракас отказа им не простил. Ты, как я и сказал, возможно последний из всех!

- То есть крестные феи больше не являются к детям?

- Больше нет. Магии почти не осталось...

Виктория с дочерью переглянулись: диалог казался им непонятным.

- При чем здесь драконы и крестные феи? - спросила Виктория.

Все-таки стоило просвещаться о реалиях этого мира, как Изя ей и советовал.

И теперь он как будто смутился... Сквозь печаль на его красивом лице с голубыми глазами проглянула улыбка.

- Ты такая невежа, - не преминул он уколоть ее снова. - Я ведь дракон, а драконы -дарители магии. Мы наделяем ей новорожденных от колыбели...

- ... В образе феи-крестной, - вскинул Демиан бровь, не удержавшись от дружеского подкола.

И Изенгард с горячностью защитился:

- Ну и что, дети боятся огромных драконов, зато улыбаются маленьким феям.

Вике казалось, что парни разыгрывают ее, наверное, сейчас улыбнутся и выкрикнут: «Шутка», но, кажется, ни один из них не шутил.

- Драконы - феи-крестные этого мира?! - удивилась она. - И магия исчезает лишь потому, что исчезли драконы?

Демиан подтвердил эту мысль кивком головы. И пока Вика пыталась все это осмыслить, Полина сказала:

- Мне надо идти. Я должна помочь Брегеру!

- И я с вами, принцесса, - откликнулся Изенгард, предлагая ей локоть. И в сторону ее матери: - Я позабочусь о девочке. Делайте свое дело!

Принца не пришлось просить дважды: он знал, что должен был сделать - поговорить с королем.

И уже ровно через минуту они с Викторией направлялись к королевским апартаментам. Демиан глядел строго перед собой, готовился к встрече с родителем, у Вики же шея вертелась, как флюгер, во всех направлениях. Как же, целый дворец, да еще красивый какой! Королевский волшебный дворец. Вон как стены подсвечены мудреными арабесками... Словно руны какие-то. Не отвести глаз!

Чем ярче зеленели узоры на стенах, тем громче слышались шепотки за спиной: «Принц вернулся!», «Его высочество снова в замке», «Мы спасены. Слава богам!» Придворные в скособоченных париках, никак надетых в спешке со сна, выскакивали в коридор и приветствовали Демиана улыбками и кивками... Он молча дергал подбородком в ответ, ни на шаг не сбиваясь с намеченного пути. И вот дверь перед ним распахнулась, и старичок в широком халате раскрыл ему свои отеческие объятия...

- Мальчик мой, наконец, ты вернулся! Я так волновался, - произнес он и притянул парня к себе.

Демиан, на голову выше отца, неловко согнулся, словно прижатое к земле деревце, и вновь разогнулся, стоило тому его отпустить. Радости встречи на лице его не было: слишком был занят другими, более важными мыслями.

- Ваше величество, - заявил он с места в карьер, - я знаю о ваших проделках с поддельной принцессой Брунгильдой и заявляю на полном серьёзе: этому браку не быть.

Я этого не хочу!

Улыбка завяла на королевском лице в то же мгновение, и отец, ухватив отпрыска за рукав, буквально втащил его в свою опочивальню.

Виктория вошла следом.

Дверь захлопнулась у них за спинами.

- Что значит, «Я этого не хочу»? - возмутился король. - Ты в своем уме, глупый мальчишка? Мракас вот-вот будет в столице, а ты заявляешь, что не хочешь жениться... Это просто смертоубийство, ты сам понимаешь, что говоришь?

Демиан ничуть не смутился, разве что внутренне, внешне казался совершенно спокойным. Еще и ладонь Викину стиснул, крепко-крепко... Словно нарочно, чтобы король это заметил.

Или просто черпал в рукопожатии силу! Она не противилась.

Демиан произнес:

- Я понимаю, что хочу быть счастливым, отец.

- Отдельно от собственного народа? - с нотками осуждения в голосе осведомился король. Он видел теперь их соединенные руки, и взгляд, направленный на Викторию, был очень недобр.

- Я уверен, Мракас поймет...

- Что он должен понять?! - взвился король, воздев руки к небу и совершив круг по комнате так, что полы его халата развевались за ним, словно крылья. - Скажи, Демиан, что? Что принц сбежал из дворца, пропадал один тролль знает где, а, вернувшись, приволок за собой... - он снова одарил Вику неприязненным взглядом, - соплячку, ради которой готов пожертвовать не только своим статусом законного принца, но и всем королевством?

«Соплячка».

Вике польстили эти слова, Демиан же ринулся ее защищать...

- Не надо оскорблять Вику, отец. Ты ничего не знаешь о ней!

Король плечами пожал:

- Я вижу, что ей удалось вскружить твою голову, и этого мне довольно. Да и что в ней такого, сам посмотри: принцесса взамен прежней Брунгильды намного красивей.

- В этом я с вами согласна, - улыбнулась Виктория, ничуть этим выпадом не оскорбленная. - Полина всегда была маминой радостью.

Король Люциус прищурил глаза, словно сканировал новую информацию о захватчице.

- Кто ты такая? - впервые обратился он к ней. - Откуда взялась? - И совсем подозрительно: - Приворотное зелье или... любовные чары?

Вика ему улыбнулась.

- Вообще-то он съел моего фамильяра. С этого все началось!

- Фамильяра?

Король явно заинтересовался, однако Вика посмотрела на Демиана:

- Меня вообще не должно здесь быть, - сказала она, - все только ради Полины, ты понимаешь? Позволь мне уйти и делай, что должен.

- Я должен жениться на твоей дочери...

- Полина - хорошая девушка.

- Но не любит меня... Я же хочу быть с тобой! И этот съеденный фамильяр не имеет к этому отношения. Я просто... люблю тебя, Вика. - Он схватил ее за руку и подался к отцу:

- Я люблю Исидору, отец. Я хочу взять в жены ее! У меня есть месяц для этого...

- Ты с ума сошел, мальчик мой. - Король выглядел совершенно шокированным, багрово-алым, под цвет собственного халата. - У нас нет ни дня: Мракас в пути. Ты не ведаешь, что говоришь! К тому же... кто это... такая? Исидора... Так ты назвал ее?