Тени над Даирнасом - Татьяна Бердникова

Змея перед нею, не успев издать и звука, вдруг распалась, рассеченная надвое, и Дэвер, такого не ждавший, приоткрыл рот, не зная, что им движет в большей степени — негодование, жалость к погубленному другу или безмерная ненависть.

— Решила показать силу, убивая меньших… — он медленно повел головой из стороны в сторону и, внезапно прижав ладони друг к другу, сейчас же и широко развел их, внутренней стороной к земле, — Что ж. Теперь у меня будет два друга! — эти слова завершил жест: молодой дамнет резко повернул ладони к небу и распахнул глаза.

Змея, разрубленная надвое, обе ее части вдруг зашевелились, удлинняясь, меняясь на глазах и, не прошло и мига, как вместо одной змеи на горной дороге уже шипело две.

Васанта зашипела сама и, немного отступая, вновь занесла руку, готовясь уничтожать врагов.

Ее отец, несколько секунд с безучастным вниманием наблюдавший бой, глубоко вздохнул и, ухмыльнувшись в бороду, повернулся к хладнокровно-равнодушному Себастьяну.

— Что ж, пусть дочь моя пока что развлечется, — говорил дамнет мягко, едва ли не мурлыкал, и молодой феникс насторожился, — А я пока займусь тобою, мальчик…

Меч с разрубленным лезвием, по-прежнему сжимаемый им в руке, вдруг с новой силой полыхнул голубоватым пламенем. Укороченное лезвие вновь вытянулось, возвращая прежнюю форму: в руке Вагранта опять появился меч, полноценное и готовое к бою оружие, могущее быть опасным одинаково и для людей, и для драконов.

Король Ноэль, наблюдающий за этой схваткой со стороны, испытывающий с каждым мигом все большее и большее желание поучаствовать в ней, наконец, не выдержал.

Он рванулся вперед, крепко сжимая меч, избегая смотреть на предавшую его девчонку, не желая сбивать себя новой болью; бросился на Вагранта со спины, по-видимому, не задумываясь сейчас о законах благородства и чести.

Он успел сделать ровно три шага.

Жар огромных огненных крыльев накрыл его, вынуждая затормозить и отступить назад; блеск горячих глаз заставил растеряться, не зная, что предпринять.

Из пламени перед ним внезапно выступил высокий, красивый человек, схожий чертами лица со спасителем Даирнаса и легко, точно надоевший плащ, сбросил пламя со своих плеч.

Ноэль склонился в глубоком поклоне. Он понимал, кто перед ним, знал, хотя никогда доселе не встречал этого человека и, сознавая это, питал безмерное почтение и уважение к герцогу из верхнего мира.

— Ваша светлость…

— Остановитесь, Ваше величество! — говорил Армандт не слишком громко, но так весомо, что не слушаться его казалось просто невозможным, — Остановитесь, сейчас не время вступать в битву с этим человеком. Сюда идет армия, Ноэль, — голос его внезапно зазвучал мягче, — Армия дамнетов, я видел их с вышины. Вскоре на горной тропе станет жарко, и вам лучше экономить силы.

Король растерянно перевел взгляд вперед, за спины готовых сойтись в схватке врагов, на дракона, зависшего над тропой и, нахмурившись, стиснул меч сильнее. За спиной Нейргана, где-то там, вдалеке, ему почудилась тень армии, о которой говорил герцог, и на душе стало неспокойно.

Тем временем, Себастьян, отнюдь не желающий ожидать, когда Вагрант попытается убить его, вскинул правую руку с зажатым в ней огненным мечом, одновременно прикрываясь левой, тоже полыхающей пламенем, принявшим форму щита.

Васанта изо всех сил отбивалась от змей, коих становилось все больше и больше; Кинел наступал, насылая на противницу тех, с кем всегда умел находить общий язык, а войско, не представляющее, что делать, сбилось в одну кучу, ошарашенно созерцая происходящее.

Верный Мервин, разумеется, сопровождающий короля в походе, старательно держался ближе к явственно испуганном единорогу, удерживая его поводья.

Нейрган, предпочитающий в битве не участвовать, справедливо опасающийся меча Вагранта, оставался несколько поодаль, контролируя дорогу спереди и сзади, не желая пропустить появление дамнетов.

Вагрант, мельком оглянувшись на яростно отбивающуюся дочь, бросился вперед, взмахивая мечом; Себастьян ловко парировал удар своим, и попытался ударить щитом, надеясь или ошеломить, или обжечь врага, но дамнет отскочил.

Глаза его засверкали яростью — колдун, рассчитывавший на быстрый конец поединка, был взбешен, что молодой феникс сумел отразить его атаку. Он вновь бросился вперед, теперь метя почему-то в щит.

Вальдштерн извернулся, почти рефлекторно подставляя его, надеясь парировать удар вновь… и внезапно вскрикнул, почти с ужасом глядя, как ледяной меч рассекает созданное им пламя.

Армандт, пристально следящий за сыном, сжал кулаки. Вмешиваться в сражение он не желал, однако, переживаний его это не умаляло.

Себастьян бросился вперед сам, ударил, опаляя одежду противника, и тот, зашипев от боли, отскочил, яростно ударяя его ледяным мечом.

Удар пришелся вскользь по пальцам, и молодому человеку на миг почудилось, что они заледенели. Он вскрикнул, отступил, едва ли не роняя меч, однако, вовремя сориентировался, вспоминая о собственной природе.

Меч вспыхнул с новой силой; пламя его, словно распространившись, накрыло собою и руку молодого феникса, создавая подобие доспехов.

Вагрант ухмыльнулся и внезапно воздел руку к небесам, словно призывая их к себе в союзники. Мгновением спустя стало очевидно, что так оно и было — темные тучи, густящиеся наверху, прошила ослепительная молния и ударила в землю у ног вовремя отпрыгнувшего Себастьяна.

Нейрган, который искренне пытался следить за ситуацией по обе от себя стороны дороги, не выдержал.

— Мерзавец! — взревел он и, не в силах позволить чертову дамнету, проклятому колдуну погубить его друга, одним красивым толчком вдруг взмыл в воздух, взмахивая огромными крыльями и поднимаясь туда, где вновь собиралось статическое электричество, готовое обрушиться на голову юного феникса. Он замер там, в небесах и, с силой махнув крыльями, ниспослал на готовящуюся молнию снежный буран, приправляя его языком ледяного пламени.

Темные тучи, накрывающие собою небо королевства, словно обледенели на миг. Молния, готовая разразиться, погасла; небо замерло в ожидании грозы.

Вагрант, пользуясь тем, что внимание противника отвлечено, бросился вперед и, ловко атаковав, отбросил его мощным ударом к ближайшей скале, обжигая щеку хлестким ударом холодного пламени на лезвии своего меча.

Вальдштерн, такого не ждавший, отлетел назад и, ударившись спиною о скалу, упал на землю, тяжело дыша и стирая со щеки выступившую кровь. Взгляд его упал на хмурого отца, на Ноэля, безмерно взволнованного и, вне всякого сомнения, переживающего за него… парень упрямо сжал губы и, упершись ладонью в землю позади, поднялся на ноги.

— Не думай, что так просто одолеешь феникса из рода Вальдштернов! — резко бросил он, и гнев его внезапно стал осязаем, пламенем разливаясь по всему телу и отражаясь сполохами в глазах. Дамнет, судя по всему, такого не ждавший, немного отступил, явственно начиная опасаться неприятеля.