Эльфы, волшебники и биолухи - Галина Гончарова

— Семьсот перьев, как вы и приказали, великий царь, — Геракл изобразил поклон. Я тут же вцепилась в руку друга. Так, на всякий случай.

Эмрипей спрыгнул с трона и подошел к одному из мешков. Картинно выхватил кинжал. Я на всякий случай напрягла мышцы. Если что — поставлю подножку, или просто уберусь с пути кинжала, а потом разберемся. Заодно и зал царем подметем, а то грязно тут. Но Эмрипей просто вспорол мешок Перья, звеня колокольчиками-переростками, посыпались на пол.

— Ну, молодцы! — протянул царь. — Хвалю! Хвалю!!!

Сорвал с пояса ножны, в которых был кинжал и протянул их вместе с оружием Гераклу.

— Заслужил, братишка! Носи!

Геракл принял оружие, преклонив колено, и тут же повернулся ко мне.

— Держи, Тина! Великий царь, да если бы не она — я б и до сих пор на стимфалийской отмели сидел!

— Кинжал оставь себе, — отмахнулся царь. — А для подруги твоей у меня подарок найдется. Эй, слуги!

Три человека в белых туниках вбежали в зал и поклонились.

— Принесите моей гостье ТО ожерелье. Которое мне апериняне подарили.

Слуги опрометью метнулись из зала. И вернулись через несколько минут с небольшим мешочком.

— Носи, — протянул мне Эмрипей. — А если позволишь, я сам его надену тебе.

— Воля Великого царя — закон для его подданных, — я пожала плечами.

Эмрипей достал из мешочка колье. Красота! Золотой обруч в виде ветки цветущей яблони, а на нем — цветы из розовых бриллиантов. Россыпи цветов. Я только ахнула.

— Великий царь, я не заслуживаю…

— Это мне лучше знать, — оборвал меня Эмрипей. Потом обошел меня и застегнул на шее колье. Бриллианты холодом обожгли кожу.

— Какая красота, — прошептала я. И, кажется, я ошиблась с первым впечатлением. Не такой уж Эмрипей и противный. Может и правда изменить мужу? Если в женщинах местный царь разбирается так же хорошо, как и в драгоценностях — дело того стоит. Ну да ладно. Перед отъездом посмотрим.

— А у меня беда, ребята, — вздохнул царь. — Как вы уехали — амазонки на страну напали. Несколько деревень разграбили и сожгли, женщин вырезали, мужиков тоже, кого с собой увели, кого убили. Воевать будем с ними. Через три дня выступаем.

— Воевать с бабами? — возмутилась я, как-то позабыв, что разговариваю с царем. — Во, блин, заняться людям нечем! А из-за чего они так взбесились? Моча в голову ударила?

— А кто их знает. Бабы — дуры, — изрек Эмрипей, тоже позабыв, что я пока не средний и не

мужской род. — Уж почитай который раз налетают. Редко какой год без них обходится! Приходится собирать войско да двигать за ними, мстить за поруганную честь.

— Это не дело, — уверенно сказала я. — Чего они хотят?

— Как всегда, земли им нужны у Фегорнского залива. Уж третий век из-за земель этих бьемся, народ стонет. Еще прадед мой с амазонками рубился…

— И все равно это не дело, — оборвала я царя. — Великий царь, дайте мне провожатого, я поеду да поговорю с амазонками. Сразу они меня не прикончат, авось и разрулю ситуацию?

— Чего? — не понял царь.

— Поговорим с ними, чтобы войну не развязывали. — Перевел Геракл.

— Они вас прикончат, — припечатал Эмрипей.

Я насмешливо фыркнула. Подумаешь, амазонки! Не был ты, несчастный, у нас на кафедре биологии! Вот где клубок гадюк-то! Шипят, сплетничают, гадят по-всякому, в душу без мыла залезть норовят…

А ты — амазонки! Наивня-ак!

— Великий царь, — с нажимом повторила я. — Дайте мне провожатого.

— Нам, — вмешался Геракл.

— Очень ты мне там нужен! — возмутилась я.

— А кто тебя там охранять будет?! — мгновенно начал разборку парень. Избавила я его от комплексов на свою голову. Раньше бы он перед царем лаяться постеснялся, а сейчас стены дрожат от его рева. — Не-ет, без охраны — никуда не отпущу! Виданное ли дело — к амазонкам — и в одиночестве!

— Да не ты ли со мной хвостом собрался!?

— А хоть бы я!

Мы сцепились, наплевав на царя и на слуг.

— Гера, не борзей! Если у них сейчас критические дни — они тебя на гуляш переработают! А я должна буду им мстить! Нет у меня времени на всякую чушь!

— Тина, это ты увянь! Я что, козел позорный — подругу на такое дело одну отпустить? Вместе поползем!

— Вместе и вынесут!? В одном гробу!? Так, что ли!? Ты жить должен!

— А ты нет что ли?! — передразнил меня этот нахал.

— А я уже взрослая!

— Закрой пасть и слушайся!!! — заорал вконец доведенный Геракл. — Никуда ты одна без меня не поедешь!!! А будешь возражать — царя попрошу, чтобы тебе темницу поудобнее подыскал! И ошейник с поводком!!!

— Что-о-о!?

— Что слышала! Темницу, ошейник и намордник!!! Если мы друзья, тогда слушайся!

Я неожиданно для себя захохотала. Геракл подхватил кувшин с водой, стоявший возле царского трона на столике — и выплеснул на меня.

— Урою!!! — завопила я, забыв про истерику.

— Пришла в себя? — поинтересовался приятель. — Едем вместе.

— Выучила я тебя на свою голову.

— Выучила.

Эмрипей посмотрел на нас, как на опасных сумасшедших, а потом хлопнул в ладоши. Появился слуга.

— Эмпердор, проводи гостей, да скажи Тесею, чтобы к амазонкам их проводил. И на конюшне распорядись, чтобы коней им свежих дали.

Мы поклонились — и свалили к амазонкам.

Тесей оказался этаким зубром, два на полтора метра, в кольчуге и со шрамом на физиономии. Услышав, что мы едем к амазонкам, он покачал головой.

— Вам что — голову сложить негде? Жить надоело — так со стены бы бросились!

— Да мы пробовали. Живы, — отшутилась я. — А как мы старались! Даже стимфалийских чаек ощипывали! И все равно живем.

— Брешете, — не поверил Тесей.

— Сам ты три года не умывался, — огрызнулась я. А, судя по запаху — так и все пять лет. — Вот, видишь!? — я коснулась бриллиантового колье. — Это царь меня наградил, а Гераклу кинжал наградной перепал.

— И все? — уточнил Тесей.

— А чего тебе еще нужно?!

— Нет, правда, все!? — не унимался мужик.

— Да сказано же тебе, все!

Тесей заржал так, что под нами лошади шарахнулись. Его конь аж на дыбы встал.

— Ну, вы и лопухи дорожные, — наконец выдавил он. — Щенки лопоухие! Сколько хоть перьев притащили!?

— Семьсот штук, — мрачно отозвался Геракл.

— Убогие, — решительно приговорил Тесей. — Недоумки, головкой при рождении ушибленные! Где вы жили-то!?