Поцелуй врага - Лана Морриган

– Я и с первого раза расслышал. – Блондин, промокает салфеткой губы, скомкав, закидывает в бумажный пакет, стоящий на моих коленях.

– Ты не ответил. – Я не хочу паниковать, но мое сердце бешено тарахтит, а голос приобретает истеричные высокие ноты.

– Да, мы едем к моим родителям. Они живут на ферме. Мама много раз приглашала провести праздники вместе. Отдохнуть от работы и городской суеты. Почему бы нам не воспользоваться приглашением? Вдруг мы полюбим сельскую жизнь и решим осесть в деревне. Я буду пасти коров, а ты их доить. Как тебе идея?

– Пугающая.

– Не хочешь доить, можешь чистить загоны. – С громким бульканьем Илья допивает мой коктейль, взяв пакет с мусором, пробегает до контейнера и быстро возвращается. – Ну и ветрище, – впускает холодный поток в салон автомобиля. – Сотрясать воздух обещаниями, что все будет хорошо, не стану. Сама все увидишь.

Увижу… услышу… почувствую!

Знать бы, что именно я увижу? Очередную злобу? Презрение?

Оставшиеся пару часов дороги я не могу расслабиться, а тем более уснуть. Каждый съезд, каждая проселочная дорога заставляет набрать побольше воздуха в легкие и ждать, что автомобиль свернет именно туда.

– А вот и колхоз «Светлый путь». – Я не поняла, в какой момент мы покинули трассу. Ровная широкая дорога так и продолжается, не вынуждая сбрасывать скорость. – Заходим тихо-тихо. Так же тихо ложимся спать, высыпаемся, а дальше смотрим по обстановке. Ты меня поняла?

То, что Илья назвал фермой, в моем представлении выглядит как небольшая деревенька с неказистыми деревянными домами, разбитой дорогой и покосившимися заборами. На деле я вижу современное поселение: десяток добротных домов со спутниковыми тарелками на крышах; идеальные дороги; длинные одноэтажные здания с загонами для выгула скота; ангары, возможно, для техники или хранения корма.

Илья придавливает автомобильную дверь плечом и кривится, слыша хлопок:

– Янка, я же просил! – эмоционально шикает, подойдя ко мне вплотную. Он перестраховывается и паркует автомобиль через два дома от нужного. Взяв меня за руку, быстро ведет. – Идти-то тихо сможешь? Погорячился я, назвав тебя кошкой. Слон.

Никогда я еще не делала чего-то более волнительного, будто мы крались не к дому родителей, а задумали совершить дерзкое ограбление.

Илья прикладывает палец к губам и извлекает ключ из кармана куртки. Замок оглушающе щелкает за нашими спинами. В доме пахнет оборотнями, хвоей и тушеным мясом.

Указав на третью дверь от входа, окидывает меня недоверчивым взглядом и, закинув на плечо, бесшумно пробегает.

– Раздеваемся и спать, мама скоро встанет хлеб печь, – вертит меня, помогая снять куртку. Сбрасывает одежду на пол, откидывает покрывало и первый ныряет в постель. – Ну-у-у. – Я следую примеру, прижимаясь к горячему мужскому телу. – Мы смогли, – произносит он с гордостью.

Плотно укутав в свои объятия и придавив меня бедром, оборотень спит глубоким сном. Я осматриваю комнату и бесцельно глазею в потолок.

– Мне не кажется? – интересуется женский голос.

– Нет, – так же тихо отвечает мужской.

Ну почему я не уснула до пробуждения его родителей?

– Наконец-то привез! Давай взглянем, одним глазком.

– Оля-я-я. – Мужской голос осуждающе растягивает имя.

– Так хочется ее увидеть.

– Потерпи.

Диалог, от которого сердце не на месте, а кровь пульсирует в висках, затихает.

Дом оживает.

Закипает вода в чайнике, тихо поскрипывают двери, шаги, льющаяся вода в душе, радио, вещающее о погоде… Надеюсь, я усну!