Огонь в твоей крови - Лана Ежова

— Но прежде ты попрощаешься со мной.

Светловолосая красавица, запрокинув голову, подняла руку вверх, чтобы обхватить мужской подбородок и притянуть лицо любовника для поцелуя. Но широкий браслет, сверкнув кроваво-красными рубинами, съехал с запястья, открывая две свежие ранки — и точеные ноздри вампира хищно раздулись. Обхватив девушку за предплечье, Кристиан притянул ее ближе. Блондинка, не возражая, зазывно рассмеялась грудным смехом. Блеснули клыки… Стон неприкрытого наслаждения…

Аня, сжав кулаки, поспешно отвернулась. И вдруг, прислушавшись к себе, поняла, что, кроме омерзения, ничего не испытывает. Ничего! Того, чего боялась столько лет, сейчас не ощущала.

Многочисленные укусы и кровь Аристарха, которую он влил в нее, леча пневмонию, сделали из нее невольную извращенку. Умом ненавидя вампиров, она испытывала противоестественную тягу, если видела, как кого-то кусали. Тело предавало свою хозяйку, томясь в плену темных желаний. И лишь сила воли и опека родных, отгоняющих от нее кровососов, спасала от кошмарной участи…

Теперь же вид вонзающихся в плоть клыков оставил ее равнодушной.

Вопрос о причине подобных поистине фантастичных изменений пришлось отодвинуть на задворки сознания — вампир промокнул губы платком и попросил следовать за ним.

Галантно предложенный локоть магичка проигнорировала, предпочитая обойтись без опоры.

Шагая по длинной, кажущейся бесконечной галерее, Кристиан вообразил себя гидом и поведал гостье историю ее оформления.

— Для украшения стен Филипп пригласил Каналетто, итальянского художника восемнадцатого столетия, мастера городских пейзажей в стиле барокко. И, как видите, принц не прогадал. По-моему, это лучшие работы Джованни.

— Я больше люблю рассматривать портреты, — призналась девушка, посчитав, что в тылу врага молчаливость могут посчитать за оскорбление.

— Почему?

— В них больше жизни.

— Не скажите, юная леди. — Вампир все-таки подхватил ее под руку. — Талантливая кисть создает настолько замечательные полотна, что хочется увидеть изображенный уголок природы собственными глазами.

Аню старались очаровать, подчинить прикосновением. И попытки увенчались бы успехом, не случись с ней чудо, избавившее от страшной зависимости.

— Я не совсем точно выразилась. Портреты мне ближе из-за их эмоциональной окраски.

— О! Вы считаете, что пейзажи лишены эмоций? — Рука Кристиана, лаская, скользнула по предплечью вниз, к ее ладони. Сжала холодные девичьи пальцы, согревая. Затем принялась поглаживать, вызывая ледяные мурашки. — А как же картины маринистов? Посмотришь на корабль, взлетевший на вздыбленной волне, — и у самого внутри поднимается буря.

Магичка аккуратно отняла подвергшуюся домогательствам руку. В другой ситуации заместитель принца получил бы еще и в лоб, но сейчас она могла лишь мысленно послать гнусного соблазнителя в заоблачные дали.

— А теперь вы меня не поняли. Портретист уже изображает чувства, тогда как пейзаж у зрителя их пробуждает или нет, что зависит от самого человека.

— Леди! — Брюнет вновь схватился за девичью ладошку и, пылко ее облобызав, проникновенно признался: — Мне жаль прерывать наш разговор, но мы на месте.

И, предварительно постучав, распахнул перед Анной дверь. Когда девушка скрылась в кабинете, вампир беззвучно расхохотался — дразня огненную, он неплохо развлекся, легко считывая ее истинные чувства. И поэтому искренне надеялся, что Филипп не сразу сломает забавную, но такую хрупкую игрушку…

У Ани, свыкшейся со старинным оформлением помещений замка, контраст с кабинетным интерьером вызвал секундную оторопь. Стиль хай-тек, обилие современной техники, да просто наличие электрического света в комнате поражали.

— Чего зависла? Проходи.

Ворчливый голос напомнил, зачем она здесь. И Аня склонила голову в поклоне перед спиной человека, сидевшего в удобном офисном кресле. В виртуальном шлеме, закрывающем пол-лица, он продолжал рубиться в какую-то игрушку. Джинсы, футболка, короткие вихры на голове, казалось, ее снова разыгрывают, подсунув обычного человека под видом повелителя Нижнего Амстердама. Но отметина на ее плече жгла, как маленькое солнце. И главное доказательство — шею геймера охватывала наполненная магией татуировка в виде колючей ветки, символ власти Короля Терна.

— Присаживайся, — отрывисто скомандовал игрок.

И Данилевская опустилась на краешек соседнего кресла:

— Ваше Высочество, вы хотели меня видеть…

— Ты и даром мне не нужна, — перебил ее неучтиво, — а уж и с проблемами от Совета магов и подавно. Если бы не нытье советников, тебя бы здесь не было. Дай руку.

Аня, все еще шокированная, послушалась.

— Не эту, другую. Ты ведь хочешь, чтобы я убрал печать?

Не останавливая игру, вампир быстро провел ладонью, словно стирая с ее кожи алое пятно, и оно, бледнея на глазах, вскоре исчезло без следа.

— Спасибо…

Принц хмыкнул — и девушка стушевалась, поняв, что поблагодарила за то, что он убрал гадость, которую по его же приказу ей и нацепили.

— Я знаю, что ты убила Блеквуда.

— Меня подставили…

— Да не оправдывайся ты, — насмешливо попросил вампир. — И не отпирайся — на столе лежит папка со снимками, на которых твой кузен отдает китаянке браслет для копирования. И это именно то украшение, которое было на убийце моего поставщика. Поверь, мстить за одного из многочисленных прихлебателей — последнее, что я хочу делать. Так что посиди еще немного — и уходи.

Вот так просто? Посидеть — и уйти? Магичка недоверчиво смотрела на своего собеседника, безразличного и хамоватого.

— Вы меня отпускаете?

— Даю слово. Хотя из-за тебя погиб не только Блеквуд, но и вампирессы, доставившие приглашение.

— Уверяю, Филипп, ваши посланницы напали первыми, а Блеквуда я и пальцем не коснулась. — Аня не лгала, ведь она применила заклинание. — Но мне любопытно узнать, кто следил за моими близкими, чтобы подставить. Детектив Хантингтон?

— Нет, твой собрат-маг Митчелл. Этот толстячок, когда речь идет о деньгах, легко плюет на принципы. А вот Хантингтон, к превеликому моему сожалению, нет. Самый стойкий правдолюбец, которого встречал за много веков. Я не могу его прельстить должностью наместника Нью-Йорка, что тут говорить о шпионаже?

Тем временем на дисплее компьютера толпа монстров достала изворотливого героя, которым управлял Филипп.

— Эх! Все никак не могу пройти последний уровень, — снимая шлем, обиженно пожаловался Филипп. — А пользоваться подсказками других игроков не хочется.

Глядя в синие, до ужаса знакомые глаза, Аня ощутила, как внутри все обмирает, а комната кружится каруселью.

— Судя по твоей реакции, ты та, кого я ждал. Не ощущая в тебе крови Аристарха, забеспокоился, что произошла ошибка.