Игры вышнего мира - Олег Авраменко

Тем не менее, так и остаётся неясной роль во всём этом Нильса. Марк ещё раньше пришёл к заключению, что он совершенно не нужен в качестве транспортного средства, и последующие догадки ничего не изменили. Инга могла сама доставлять Андреа с Гвен на Ланс-Оэли и возвращать их обратно — так и надёжнее, и быстрее, и удобнее. Впрочем…

«А если, — размышлял Марк, — Нильс исполняет при Феликсе обязанности телохранителя, чтобы в любой момент, при первых же признаках опасности, немедленно унести мальчика куда-нибудь в другое место? Только в таком случае кот должен постоянно быть поблизости — а он, похоже, частенько отлучается, чтобы половить мышей в школьном подвале. Ну, положим, в тот день, когда его видела Абигаль, в Кэр-Магни находились Андреа с Гвен. Но в прошлый раз, и сегодня…»

— Леопольд, — спросил Марк, — ты не знаешь, где сейчас Инга?

— Знаю, — ответил он, — на Ланс-Оэли. Ушла после обеда.

Что ж, это говорило в пользу версии о коте-телохранителе. Видно, Нильс приходил в школу охотиться на мышей только тогда, когда рядом с Феликсом кто-то был (Суальда не в счёт, она ведь не колдунья). Правда, он появился на Ланс-Оэли не вместе с мальчиком, а на год позже — но, вероятно, раньше там была другая система безопасности, которую впоследствии сочли не очень надёжной. Например, заключённое в хрустальный шар заклятие вызова — стоило кому-то (той же Суальде) разбить его, и Инга получила бы сигнал тревоги. Кстати, такой хрустальный шар Инга пыталась всучить Марку, когда он отправлялся в путешествие. Но Марк, конечно, отказался — он заверил её, что в случае чего сам сможет её вызвать.

Леопольд попросил ещё молока, и Марк снова налил ему полное блюдце. Занятый едой, кот молчал и не мешал ему думать.

Во всей этой истории был ещё один подозрительный момент — а именно то, как жёстко Нильс отвадил Леопольда от визитов в Кэр-Магни. Такое агрессивное поведение было не в его характере: Нильс, которого знал Марк, отличался весьма добродушным, хоть и капризным нравом, дружелюбием и терпимостью. Он всегда был рад, когда в школу наведывался другой оборотень-самец — либо из местных (в Ольсборге и окрестностях их проживало около дюжины), либо приезжий. А тут вдруг ни с того, ни с сего устроил Леопольду настоящий террор — и это при том, что сам Леопольд далеко не робкого десятка, его не так-то легко запугать. Однако Нильсу, судя по всему, удалось.

«Нет, здесь что-то не так, — решил Марк. — Для этого должны быть серьёзные причины. Очевидно, Нильсу поручили изгнать Леопольда с Ланс-Оэли. Но зачем? Да затем, чтобы он случайно не увидел там кого-то, кого ему видеть не следовало. Наверняка, Андреа. Хотя вряд ли причина только в том, что она похожа на Ингу; их сходство не такое уж разительное. Другое дело, что Леопольд необычайно чуткий. Он мог почуять в Андреа нечто особенное… Если, конечно, он не видел её ещё до появления Нильса».

На сей раз Марк не стал отвлекать Леопольда от еды, а подождал, пока тот допьёт молоко, и лишь потом поинтересовался:

— А за тот последний год, когда Феликс уже жил в Кэр-Магни, но Нильса ещё не было, ты встречал там кого-нибудь постороннего?

— Кажется, нет… Точно, нет. Там вообще не бывает посторонних. Если только не считать приближённых Инны, которых она иногда приводит с собой. А ещё бывает Владислав. Хотя как раз его можно назвать посторонним — он ведь наведывается туда очень редко, в основном на дни рождения Суальды, чтобы поздравить её и что-нибудь подарить. А так в Кэр-Магни бывают одни лишь местные, из соседних сёл. Ну, и кроме того, раз в месяц приезжают люди из далёких сёл — чтобы Инна решила их споры, наказала тех, кто нарушал законы, и всё такое.

— Понятно. А к мальчику кто-нибудь приезжал?

— Если да, то я их ни разу не встречал. Я же нечасто там бывал. Иногда сам, иногда с Инной… А почему ты спрашиваешь?

— Просто так, — пожал плечами Марк. — Хочу понять, из-за чего Нильс так взъелся на тебя.

— Он невоспитанный, вот и всё, — изложил своё мнение кот. — Дикий и некультурный. Небось, в лесу вырос. И что только Инна в нём нашла!

Марк посмотрел на часы. Было лишь начало пятого — а в выходные Андреа поднималась не раньше девяти утра. Но Леопольд так долго ждать не захочет, он слишком деятельный и неусидчивый. К тому же, если догадки Марка хоть частично верны, то Инга, когда узнает, что кот здесь, немедленно заберёт его и запретит ему бывать на Торнине.

— Леопольд, — наконец решился Марк. — Я хочу познакомить тебя с одной девушкой.

Кот посмотрел на него и лукаво мурлыкнул:

— С твоей подружкой?

Марк почувствовал, что краснеет.

— Нет, она просто мой хороший друг. Ей будет приятно с тобой встретиться.

— Мне тоже, — заверил Леопольд. — Твои друзья — мои друзья.

Марк поднялся с кресла.

— Ну, тогда пойдём.

— Ладно, пойдём, — сказал кот. И тут же заметил: — Но сейчас ещё рано. Она, наверное, спит и рассердится, когда ты её разбудишь.

— Ничего страшного. Она так обрадуется знакомству с тобой, что не станет обижаться.

Леопольд, со свойственной ему эгоцентричностью, принял это заверение за чистую монету. Марк взял его на руки, вышел в коридор и направился к квартире Андреа. Он полностью отдавал себе отчёт, что поступает неправильно и даже предосудительно, ведь если Инга действительно стремилась оградить Андреа от встреч с Леопольдом, значит, имела на то серьёзные основания. Но Марк не мог иначе, он должен был распутать эту тайну, которая касалась… ну, скажем, очень дорогого ему человека.

Когда они уже подходили к квартире Андреа, Леопольд внезапно напрягся и тихо зашипел.

— В чём дело? — тихо спросил Марк. — Что случилось?

— Она там, — ответил кот, указывая лапой на дверь. — Я её чувствую.

— Кого?

— Инну.

Марк испуганно выдохнул:

— Ох, чёрт!.. Быстро уходим!

— Поздно, — сказал Леопольд. — Она тоже почуяла меня.

В следующую секунду дверь открылась, и Марк увидел королеву Ингу, одетую в роскошное длинное платье из тех, которые она так любила. Инга смерила его хмурым взглядом, грозно посмотрела на Леопольда и сказала:

— Ну что ж, заходите, раз уж пришли.

Чуть помешкав в нерешительности, Марк вошёл в переднюю. Дверь спальни была открыта; на краю кровати сидела Андреа в цветастом домашнем халате. Выглядела она сонной и взволнованной.

— Вы здесь из-за Нильса? — спросил Марк у Инги, рассудив, что изображать из себя святую невинность, бессмысленно. — Из-за того, что я выследил его?

— Да, — кивнула Инга. — Я заметила, что он ведёт себя виновато, и потребовала объяснений. Нильс признался, что ты его видел. По его словам, ты застал его врасплох, но я не верю. Думаю, он решил немного подразнить тебя.

— Да, — подтвердил Марк. — Так и было.