Костры на алтарях - Вадим Панов

– Поскольку мы не знаем, чем твой приятель закрывается, мне пришлось использовать самую последнюю версию «NETпоиска», – проворчал Свистун. – Ее только что выбросили на рынок, и противоядия вроде пока нет. – И покосился на Дорадо: – Девятьсот девяносто девять юаней, если тебе интересно.

– Мне интересно отыскать своего приятеля.

– Рад, что мы понимаем друг друга.

Чика-Мария хмыкнула.

– Красавица, прогуляйся в соседнюю комнату, – велел Дорадо.

– Опять важные дела?

– Очень важные.

Она хотела что-то съязвить, но передумала. Вскинула голову и гордо прошествовала в спальню.

– Ты сумел ее приструнить, Дитер, – пробормотал Свистун. – Никогда не видел Чику столь послушной.

– Ты ее избаловал, – объяснил Дорадо. – Готово?

– Да! – Ломщик уселся за «раллер», воткнул в затылок психопривод и пробежался пальцами по клавиатуре. – Жду звонка.

– Начинаю.

Вим старался не думать о том, что Кодацци не носит «балалайку». Правда, Хала дала Дорадо номера двух чипов Чезаре: основного, записанного на Кодацци, и резервного, фальшивого, но ведь у наемника могла оказаться и неизвестная трансеру «балалайка». Или он мог отказаться от чипов, ограничив общение незарегистрированным коммуникатором, который невозможно проследить даже с помощью «поплавков». Или…

Страхи оказались напрасными. Отозвался второй, резервный чип, и Вим, едва соединение состоялось, зашептал:

– Чезаре, это я. Можешь говорить?

– Откуда у тебя этот номер?!

Дорадо понимал, что, если бы вызов пришел с незарегистрированного коммуникатора, Кодацци немедленно оборвал бы связь, а потому говорил со своей фальшивой «балалайки», от которой все равно придется избавиться.

– Хала сказала.

– Сука!

– Не говори так о покойниках.

Нужно сразу удивить Кодацци, не дать ему задуматься о том, что нужно срочно сменить линию связи. Свистун махал рукой: говори, говори!

– Что с ней случилось? – Чезаре повелся на уловку. Видимо, трансер действительно была ему небезразлична.

– На нас напали китайцы. Халу ранили, я сумел ее вытащить, но она умерла.

– Почему ты не позвонил на коммуникатор?

Первый тревожный звонок.

– Мы потеряли тот коммуникатор, которым пользовались, а номер твоей игрушки Хала не помнила, он ведь был прошит…

– Вот номер! – рявкнул Кодацци. – Перезвони!

И отключился.

В правом верхнем углу наноэкрана замигали цифры, но сейчас Вима интересовало другое:

– Ну?!

– Он во Франкфурте, – отозвался ломщик.

– Это все?!

Дорадо едва сдержался, едва не ударил Свистуна. Лишь в самый последний момент понял, что на физиономии машиниста нарисована довольная улыбка, а не виноватая.

– Твой приятель в Zwielichtsviertel, в шести кварталах отсюда. Времени было мало, поэтому я дам тебе три дома.

– Ты герой, – искренне произнес Вим, вытаскивая из головы засвеченную «балалайку». Не хватало, чтобы Кодацци вычислил ее местонахождение.

– «Железо»… – Свистун погладил пальцами обновленный «раллер». – С таким «железом» я могу…

Но Дорадо его уже не слушал.

«Шесть кварталов. Рискнуть или нет? Всего шесть кварталов…»

Рискнуть!

Он схватил коммуникатор, наномаску и бросился в коридор.

– Свистун! Чика! Ждите здесь! Я скоро!

– Где ты сейчас, камрад?

– Как ты велел – в Марселе.

– Что видишь вокруг?

– Стены моей маленькой хижины.

Теперь, когда они говорили с помощью незарегистрированных коммуникаторов, Вим мог не опасаться, что Кодацци прервет разговор.

– Я хочу, чтобы ты подтвердил свое присутствие в Марселе, – медленно произнес Чезаре. – Зайдешь к одному моему другу…

– И не надейся, – отрезал Дорадо. – Я уже заходил к одному твоему другу и едва не словил пулю от поднебесников.

– Может, это ты их навел.

– Тогда бы, Чезаре, тебе позвонил не я, а какая-нибудь милая девушка. И щебетала бы о какой-нибудь ерунде до тех пор, пока вокруг тебя не встали бы ребята из Триады.

– Думаешь, я стал бы их ждать?

– Думаешь, ты заподозрил бы опасность?

«Где он может быть? В своей квартире? В ресторане? У шлюхи? Самое плохое, если звонок застал Кодацци в квартире. В этом случае он ее сменит. Если же он сидел в каком-нибудь кабаке, то у меня есть шанс».

Дорадо понимал, что Чезаре уже покинул место, где его застал первый звонок. Оставалось надеяться, что поиск по горячим следам принесет результат.

– Ладно, – сдался Кодацци. – Теперь у тебя есть номер моего коммуникатора. Связь восстановлена. Объявляй аукцион.

– Мне позвонили всего двое, – соврал Вим. – Арабы и еще кто-то.

– Черт!

– Думаю, надо дать им время до утра.

– Пожалуй.

– А пока я хочу спросить: как изменится моя доля в связи со смертью Халы?

– А ты, камрад, оказывается стервятник.

– Я бизнесмен.

– Очень смешно. – Кодацци помолчал. – Поделим пополам. На другое ведь ты не согласишься?

– Не соглашусь.

– Значит, так тому и быть, камрад. – Еще пауза. – Аукцион нужно провести завтра.

– Что делать, если клиенты потребуют подтвердить, что книга у нас? Пришли мне фотографию обложки.

– Не получится, – ответил Кодацци.

– Почему?

– Эта дрянь не фотографируется.

– Не понял… – недоуменно протянул Дорадо.

– Не понял и не надо, – грубовато прорычал Чезаре. – Скажешь клиентам, что эта чертова дрянь не фотографируется. Если они в теме, то все поймут. Это и станет подтверждением.

«Занятно…»

– Все! Следующий сеанс связи завтра утром. – Кодацци отключился.

Вим опустил замолчавший коммуникатор в карман и вошел в ресторанчик, расположенный на первом этаже одного из указанных Свистуном домов. «Королевский осьминог», натуральные морепродукты. Самый легкопроверяемый вариант.

Наномаску пришлось снять при входе, но Дорадо надеялся, что внутренние видеокамеры ресторана не связаны с общей сетью.

– Дружище, я должен был встретиться с другом, но не вижу его здесь. – Официант, к которому обратился Вим, задумался. – Невысокий, плотный, такой, знаешь, очень уверенный…

Дорадо намеренно перечислял самые общие приметы Кодацци. Хала рассказала, что вскоре после встречи в «Мотыльке» Чезаре сделал пластическую операцию. Новый облик недруга Вим представлял смутно: трансер находилась не в том состоянии, чтобы во всех деталях описать внешность Кодацци, поэтому пришлось импровизировать.