Закон о чистоте крови. Слуги богини - Александра Черчень

— Знаешь, наверное, ничего и не произошло. Я, и правда, сама во всем виновата. Он мне не лгал, просто говорил то, что я желала услышать… а я толковала так, как мне хотелось. Мои проблемы, верно? Верно… — замолчала я и перевела взор на камин, потому что грустные глаза матери, в которых отчетливо читалась жалость, еще больше располагали к тому, чтобы пострадать на тему "Ох, какая я несчастная".

Я потерла виски и уже наигранно бодрым тоном закончила:

— Когда я услышала его разговор, в котором Иней рассказывал, какие у него на меня планы, то вспылила и придумала, надо признать, весьма дурацкую "мстю". Иначе сие не назвать. Именно "мстя". Детская и глупая.

— Как-то ты излишне самокритична. — Гани склонила набок светлую кудрявую головку.

— Скорее, здравомыслящая, — возразила я матери и вкратце рассказала о "гениальном плане". — Ну, и как еще такое можно назвать? Притом, стоит благодарить Нурикеша, что он успел меня вытащить, потому что если бы я по-прежнему осталавась во власти рыжего змея, еще неизвестно, чем бы все обернулась.

— Ты утрируешь, — нахмурилась Гаррини и провела по подбородку тонким пальчиком с длинным, перламутрово сверкающим ноготком. — Инейран, конечно, тот еще подлец, но не садист. Чего нет, того нет. Как я понимаю, после того, что ты сделала, он был несколько груб?

— Да. — Я опустила глаза и сильно прикусила нижнюю губу. — Правда, он еще в нашем доме говорил, что плохо контролирует человеческую ипостась. Физическая сила иная.

— Тогда все еще проще, Лали. Ты его разозлила, и сильно, а стало быть, самоконтроля, чтобы, как и прежде, носиться с тобой, как с хрустальной вазой, у него не хватило. Да и… если я все верно поняла, он был на взводе из-за желания. Так что мои выводы верны. Не такой уж он и…

— Козел кудрявый, — любезно подсказала я.

Нага смерила меня изумленным взглядом, но потом уголки ее губ дрогнули в улыбке.

— Как ты его неласково.

— А как мне его еще?! — немного сварливо переспросила я. — Поставь себя на мое место. Я — вся такая влюбленная… дура, в глазки его наглые синие заглядываю, каждое слово ловлю. Он улыбается, по головке гладит. И не только по головке… — тут я смутилась и предпочла сменить тему. — А потом я узнаю, что это все — лишь длинная стратегия, которая имеет конечной целью оставить меня в любовницах, пока господин Дальварис не наиграется!

— Я бы тоже кусалась, — согласилась со мной Гаррини. — А теперь скажи мне честно… Ты его любишь?

— Скорее да, чем нет, — немного подумав, выдала я и в ответ на недоуменный маменькин взгляд добавила: — Просто в книгах о любви говорится, что если влюблена, то хочешь постоянно находиться рядом с предметом нежных чувств, какой бы сволочью он ни был. Меня сия кара миновала. Я хочу выучиться, встать на ноги… и малость отомстить.

— Как? — не на шутку заинтересовалась Гани.

— Не знаю, — развела руками я и призналась: — В идеале — выйти за этого гада замуж и портить ему существование всю оставшуюся жизнь!

— Оригинальная месть! — рассмеялась Гаррини и с любопытством глянула на меня. — А что потом?

Я задумалась на эту интригующую тему и, кое-что вспомнив, злорадно улыбнулась.

— А потом у него будут дочки! Пять! — правда, вспомнила, что если женится он все же на мне, то такое количество… — То есть, три. Но дочки!

— Почему? — оторопело поинтересовалась богиня.

— Потому что этот гад просто мечтает о наследнике, — охотно пояснила я. — Говорил, что когда у него будет преемник, то он передаст ему все знания, умения и бла-бла-бла. Якобы, вырастит из него настоящего мужчину! Ну, что же… пусть растит! Из дочерей.

— А я смотрю, некоторые злючки очень даже не против "кудрявых козлов" в супругах и трех дочек, как закономерного итога, — лукаво прищурилась мама, подаваясь вперед.

Я застыла, как-то не готовая к таким необоснованным выводам. Надо что-то делать. И что-то дельное сказать!

— Ну, пошутили — и хватит, — нервно передернула я плечами и с наигранным энтузиазмом посмотрела по сторонам в поисках темы для разговора. Тема обнаружилась в дверях с какими-то вещами в руках и крайне глумливой улыбкой на красивой физиономии.

— Нурикеш…

— Лалидари, — в том же тоне отозвался феникс и вышел из полумрака на освещенный участок комнаты.

— Как-то мало ты гулял, — вдруг сказала Гаррини.

— Могу вернуться и услужливо провалиться в одну из трещин, — вежливо отозвался мужчина. — Это задержит меня минимум на несколько часов.

Я тихо хихикнула от такой изощренный иронии, а Гани погрозила крылатому пальцем.

— Шутник!

Я продолжала улыбаться, глядя на него. Все же, многое от Кеши осталось, в первую очередь это ощущается в манере общения. Хотя я неправильно сформулировала. Это в попугае кое-что оставалось от гордого наследника рода Рубиновой Крови.

— Дочка, тебе, наверное, стоит отдохнуть, — волос коснулась рука мамы. — А мне пора на поверхность, потому что длительное отсутствие в этой ситуации не принесет ничего хорошего.

— Почему? — удивилась я.

— Он ищет, — кратко ответила Гаррини, разом все объяснив.

И правда… В этом свете исчезновение моей матери не останется незамеченным моим бывшимилударом. Который, наверняка, еще не смирился с этим статусом.

— Мама, а как же… — растерялась я, вставая с кресла. — Как же теперь мы… И что дальше?

— Все будет хорошо, — нежно поцеловала меня в щеку Гани. — Явлюсь фантомом, провожу вас в путь. Попытаюсь закинуть поближе к столице. Боюсь, Мышисса на такие дальние расстояния пока не способна переносить, да и ориентиров она не знает.

— Я поняла.

— Вот и отлично. — Она вновь прижала меня к себе.

Я замерла, впитывая ее тепло и легкий цветочный запах, а потом отстранилась и взглянула на стоящего в стороне с непроницаемым лицом феникса.

— Айнир тебя отведет, — подтвердила мои выводы нага. — Он у нас пока за старшего. Кстати, мальчик мой, совсем скоро проснется брауни.

— И что? — с потрясающе холодным и надменным выражением осведомился Нурикеш.

— То, что ты захватишь еще одно полотенце и поможешь девочке, — тихо и властно, не отрывая глаз от его лица, сказала женщина. — Феникс, ты меня понял?

В ответ короткое, сухое и отрывистое:

— Да.

— Вот и чудненько, — вновь беззаботно прощебетала песочного цвета нага и, напоследок чмокнув меня в щеку, выползла за дверь со словами: — Не скучай, совсем скоро встретимся.

Мы с Кешей остались наедине.

— Ну и зачем ты так на Мышь рычишь? Я как-то посчитала, что спасательная операция вас немного сблизила.

— Так и есть, — спокойно ответил Айнир. — Но дело в том, Лали, что товарищи в экстренной ситуации — это одно, а в обычных обстоятельствах — совсем иное. Поэтому я все так же стремлюсь как можно меньше контактировать с твоей подругой. Боюсь, в свете моего психологического состояния она слишком сильный раздражитель. А я не контролирую себя так, как раньше.