Самоволка - Михаил Тырин

Незнакомец быстро, но внимательно оглядел обоих, затем молча показал пистолет Амира. И без слов было ясно, что он требует объяснений.

У Степана заколотилось сердце.

– Амир был моим другом… – начал он, но человек нахмурился и потряс головой. Степан сообразил, что говорит по-русски.

– Это оружие Амира, моего друга, – заговорил он по-клондальски, с трудом выхватывая нужные слова из памяти.

Прокашлялся, маскируя дрожь в голосе, и продолжил:

– Мы вместе прошли через Врата и направлялись к полярному экспрессу большой группой. С нами шел контрабандист по имени Расул. Он обманул меня и Амира и оставил его замерзать. Все из-за золота. Я слишком поздно понял, что Амира нет с нами. Когда я вернулся, он уже умирал…

Степан говорил и с ужасом понимал, что все глубже уходит в пучину бессвязного вранья. Он уже ждал, что незнакомец остановит его и задаст какой-нибудь вопрос, который разобьет всю историю вдребезги. Например: как он мог не заметить, что Амир остался замерзать?

Но человек слушал, сурово глядя исподлобья.

– Амир передал мне этот пистолет и попросил поклониться святому Мохаммеду. Он сказал, что они братья. Еще он хотел попросить прощения…

Степан неловко замолчал. Он не знал, как закончить свою речь. И так уже много наболтал.

– За что? – впервые заговорил незнакомец. – За что он просил прощения?

Голос у него был неровный и тяжеловесный, словно кто-то скреб бетон ковшом экскаватора.

– Он просил… – У Степана моментально взмокла спина. Он не помнил. В уме почему-то повисло, как огромное облако, имя Клеопатра, заслонив все прочие мысли.

– За что? – повторил незнакомец и чуть надвинулся на Степана. Стало страшно.

– За Исиду! – Имя вспыхнуло в памяти как сверхновая. – Он извинялся за Исиду, больше ничего не знаю.

Незнакомец вдруг едва заметно переменился в лице. Казалось, он был чем-то очень удивлен.

Еще раз смерив братьев грозным взглядом, он молча развернулся, собираясь уходить.

– Подождите! – воскликнул вдруг Борис, и человек с недоумением повернул к нему голову.

У Степана екнуло сердце – он испугался, что брат сейчас все испортит.

– Мы оба хорошо знали Амира, – горячо заговорил Борис. – И мы хотим лично убить того, кто виновен в его смерти. Отдайте нам Расула.

Слова брата показались Степану нагловатыми. Но человек в зеленом, кажется, не обиделся. Просто молча ушел.

Оба сели на скамейку, отдуваясь.

– Бомба тикает, Степа… – выдохнул наконец Борис. – Бомба тикает.

– Какая бомба? – Изнуренный разговором Степан не был настроен разгадывать аллегории.

– Страшная и коварная. Либо рванет, либо пронесет.

Через какое-то время в домик пришел монах – невысокий человек с простым невыразительным лицом. Он принес хлеб, овощи и кувшин, из которого поднимался пряный запах.

Еще он принес вещи. Все – в целости и сохранности, даже деньги. Не было только оружия.

– Ждите, – сказал он, не глядя братьям в глаза. – Вы можете выходить во двор обители. Но вы не должны покидать ее. Здесь есть колодец для омовений и чистая одежда. Направо у стены – гостевая уборная. И не пытайтесь приближаться к воротам.

– Долго ждать? – поинтересовался Борис.

– Сколько потребуется, – бесстрастно ответил монах и ушел.

* * *

…Дни тянулись длинно и бестолково. Вынужденное безделье даже не приносило чувства отдыха. Попробуй отдохни, когда висишь на ниточке, а под тобой накаляется ад.

Степан и Борис мало шевелились и еще меньше разговаривали. Либо валялись в прохладном домике на лавках, либо сидели во дворике под тенью высокого густого кустарника. И аппетит куда-то пропал, хотя кормили тут более чем сносно.

– Я удивляюсь на тебя, – сказал как-то Степан. – Как тебе тут удалось оставаться в живых столько лет? Мы с тобой еще и шагу не прошли, чтобы кто-нибудь не захотел в спину выстрелить или ножом пырнуть. А ведь я тут совсем недолго.

– Ви-идишь ли… – задумчиво протянул Борис. – Я попал сюда не сразу, а постепенно. И при этом оказался в благожелательной обстановке. Было время научиться просчитывать шаги. Видел, как горные козлы по отвесным скалам бегают? Ты бы там и минуты не провисел, а они – живут годами! Потому что с первых дней учатся этому.

– Это ты интересно сравнил… с козлами…

– Ты, Степа, просто попал в самый замес. Так уж случилось. А вообще Хеленгар – спокойное место. Сравнить с тем же Клондалом, где погранцы даже служат под чужими именами, чтоб их сложней было вычислить… У нас тут обстановка тихая, домашняя.

– Да уж… Все-таки жалко, что ты не умеешь открывать Врата. Спокойней было бы обоим. Раз – и нет тебя.

– Ага, а дальше – раз, и глотку перерезали в твоей уютной московской квартире. Нет, Степа. Из этого мира нужно уходить чистым. Не важно – больным ли, здоровым, бедным, богатым… Главное – чистым.

– А почему ты меня послал сюда через Самарканд? Не было поближе проводника, чем этот… как его, Тамерлан, что ли?

– Тимур он. Я решил, что так безопаснее.

– Ха! Угадал, что и говорить…

– Ну, кто ж мог знать… Так действительно безопасней. Ты вывалился в безлюдную местность, где меня никто не знает. Оттуда – прямой рейс до Ривы без всяких проверок. Амир бы с тобой нянчился. В моих планах все выглядело хорошо и ровно, только вот что-то пошло не так.

– Вообще-то все пошло не так, если ты не заметил. Кстати, интересный кадр этот Тимур. Какой-то не от мира сего.

– Интересный – не то слово. Его крошечным мальчишкой нашли в степи под Самаркандом. И он, представь себе, разговаривал. Только никто не мог понять, на каком языке.

– Может, лопотал просто?

– Нет, именно разговаривал. Что-то пытался объяснить. Потом пропал. Потом снова объявился. А теперь он в нашем деле – олигарх, ты ж видел.

– Да уж… – неопределенно хмыкнул Степан. – Вообще неприятный человек, мне показалось.

– Ну, все относительно. Поговорить с ним по душам ты вряд ли сможешь, он в твою сторону даже плюнуть побрезгует. Зато как-то раз к нему через Врата вывалилось восемь раненых погранцов. Все тяжелые – там целую заставу расстреляли. Так вот, шестерых он на ноги поднял. Еще двоих не успел – они раньше умерли.

– Он еще и врач?

– Он – нет. Но зато он такие ходы знает, что нам и не снилось, Степа. Он не врач, он волшебник.

– Так он за кого – за погранцов или за контрабандистов?

– За всех, кто платит. Я и сам последний раз через его подвал сюда уходил. Кстати! Ты учти, если будешь аварийно уходить через Врата – окажешься там же, в доме Тимура. Или где-то около. Не стесняйся, стучи, проси помощи. Они там к таким потеряшкам привычные. Царского приема не гарантирую, но минимальная помощь будет.