Долина драконов. Книга вторая. Магическая Экспедиция - Елена Звездная

И я шагнула вперед, осторожно, как по тонкому льду, я даже попыталась улыбнуться. Холод и злость исчезли из глаз Гаррата мгновенно, словно их там никогда и не было. А я быстро взглянула на друида — его посох был выполнен из серебра, венчал его огромный, с две моих руки бриллиант. А значит, если судить по иерархии жрецов Древуна, определяющейся по посоху, это был не простой друид. Очень непростой. Тот, к чьим словам прислушаются, тот, кто явно станет лучшим подтверждением, что Правящий дракон действительно женился на человечке. И единственное, чего я сейчас не могла никак понять — зачем все это Владыке Долины? Хочет брату отомстить непонятно за что? Или драконам, за то, что не приняли и не оценили его по достоинству? Ведь если бы действительно был любителем человеческих девушек, взял бы что хотел не спрашивая. И не только меня — любая принцесса любого королевства пошла бы к нему безропотно, не возразив даже взглядом. Но Владыка демонстративно выбрал меня — безродную сироту, презираемую даже в человеческом обществе, что уж говорить о драконьем.

Хороший такой способ унизить весь свой народ разом.

И единственное, на что я сейчас рассчитывала — на скрупулезность друидов, о которой легенды ходили.

А потому подойдя к лестнице, я оперлась на протянутую Гарратом руку, поднялась по ступеням, встала перед эльфом и прямо спросила:

— Простите, сколько по времени примерно длится брачный обряд?

Друид странно посмотрел на меня, в глубине его бесцветных глаз промелькнула усмешка и он произнес:

— Не менее часа, дитя человеческое.

Какая радующая меня лично информация!

Я благодарно, вот действительно с искренней благодарностью улыбнулась друиду, повернулась к дракону и тихо сообщила:

— Главнокомандующий здесь.

Гаррат замер, судорожно выдохнул через стиснутые зубы и уточнил:

— Где конкретно «здесь»?

— Конкретно — в храме, — пояснила я.

И Владыка превратился в Вачовски мгновенно.

В следующее мгновение с меня сняли венок, напялили его на голову оторопевшего друида, затем ему же в руки сунули букет белых роз, отобрав его у меня, и перекинувший меня же через плечо, дракон крикнул уже на бегу:

— Свадьба временно откладывается. Шкода, за мной!

Никодим вынырнул откуда-то из толпы и помчался следом за нами, теряя лепестки с букета, который все еще держал. Вслед нам смотрели потрясенные лица людей, нелюдей и прочих рас Средиземья. Друиду очень шел венок из белых роз, если честно.

* * *

Мы неслись по тайной тропе, оставляя позади украшенную цветами таверну, и продолжая пребывать все в том же виде — я на плече у Гаррата, Никодим с рассыпающимся букетом. В какой-то момент, Владыка, не оборачиваясь, спросил:

— Место входа запомнил?

— Да, там горенка растет, — задыхаясь ответил Никодим.

— Беги вперед! — тут же скомандовал дракон.

И студент, теряя букет окончательно, рванул, обгоняя нас. Обогнал, профессионально вглядываясь в обочину тропы слева. И мы продолжили бег. Бежали не долго, вскоре Никодим, красный и запыхавшийся, остановился, указав на неприметную, сине-зеленую мшистую травку, на которой сидел уже знакомый нам кузнечик. Кузнечик задумчиво потирал лапками голову, видимо никак не понимая, что происходит. Боюсь, мы добавили ему непонимания, когда шагнули с тропы в сторону и исчезли с глаз насекомого.

Вышли уже на знакомой заледенелой дороге посреди новопостроенного города Медведково. После чего, все так же не снимая меня с плеча, Гаррат скомандовал:

— Бегом.

— Не могу, — совершенно искренне ответил пошатывающийся Никодим.

И мгновенно оказался на втором плече Владыки. Как ни странно, с удвоенной ношей Гаррат понесся втрое быстрее чем прежде, даже ни разу не поскользнувшись на местами покрытой льдом дороге.

Медведково мы покинули в считанные минуты.

Ворота и двух медведей их охраняющих, Владыка снес даже не оглядываясь, поэтому потрясенно смотреть на ошарашенные зверинные морды и раскуроченные ворота довелось только нам с Никодимом. И то недолго.

В мгновение преодолев тот участок леса, что отделял вход в город от лагеря, который мы организовали для Тихомира и Славена, дракон сбросил Никодима с плеча, осторожно спустил меня, и придерживая, чтобы не свалилась, зло приказал:

— Все в сани, живо.

Раздался жалобный скулеж, и повернувшись на звук, я увидела две горки мяса и слегка припорошенного снегом грасса, который поднял морду и теперь смотрел на нас.

— Ладно, ты тоже, — сдался Владыка.

Голод радостно подскочил, торопливо перенес в сани мясо, следом взяв меня за полу плаща, перетащил туда же, пока парни сворачивали лагерь, а дракон, присев на корточки, чертил что-то палочкой, производя какие-то расчёты.

Не знаю какие, но едва мы все загрузились в сани, Гаррат запрыгнул вперед, после чего что-то произнес, нарисовал символ и сани сорвались с места так, что пару кусков мяса улетели, а сама я едва удержалась на месте.

И мы понеслись в сгущающиеся сумерки прямо напролом лесной чащи, да еще и на огромной скорости.

* * *

Я не знаю, сколько мы ехали. До того как стемнело, смогла лишь определить, что на юг. Прямо строго на юг.

Ночью остановились на дороге. Вышли размяться, и выпустить грасса, который уже некоторое время нервничал, а спрыгнуть с саней опасался, и я его прекрасно понимаю — мы проносились мимо деревьев на такой скорости, что не выжить мог даже Голод.

Дорога на которой встали была расчищена и утоптана — похоже по ней ездили часто. Парни ушли на право, я свернула к кустам на лево, Владыка ушел прямо, предупредив меня уходя, чтобы далеко от саней не отходила.

Я и не отходила — было откровенно страшно. К тому же я была одна, а потому и вернулась быстрее всех. Подошла к черным в темноте и на снегу саням, присела на край бортика, и зажгла маленький огонек, озираясь.

Дорога была абсолютно пустая, белая от снега, но впереди, ближе к повороту, что-то сверкнуло. Я подалась вперед, спуская огонек и тот помчался по дороге, задорный и веселый, поднимаясь все выше и освещая все ярче что-то очень блестящее, заискрившееся десятком разноцветных граней.

Заинтригованная, я оторвалась от саней, и пошла к сияющему предмету, на всякий пожарный сформировав плетение щита и держа его наготове. Огонек, мигнув, послушно вернулся ко мне и начал освещать мой путь, заставив испуганно вскрикнуть, едва я взглянула под ноги.

Я шла по крови!

По каплям, потекам, лужицам крови, разбросанным там и тут. Кровь! Вся дорога была в крови!

И мне бы остановиться, но как завороженная, я все шла, шла и шла, и остановилась только подойдя к повороту и увидев открывшуюся мне ужасающую картину…