Пыль всех дорог - Наталья Ракшина

Видя, что в уголках миндалевидных глаз девушки собираются крохотные бриллианты влаги, майор добавил уже не просто строго, а максимально холодно, и холодность эта была предназначена ему самому:

— Не обсуждается. Ты отдашь синх морфу, а он вернет на базу хозяевам времени, чтоб успокоились. Когда Мариен будет в своем мире, она даст знать тамошней копии Берт-Таи, что надо вытаскивать домой Того-кто-хорошо-платит, и вашу, почтенный Дзохос, копию.

Представить эту многослойную временую конструкцию было невероятно трудно, как будто Ковалев блуждал в лабиринте из бесконечных зеркальных отражений. У него даже пот на лбу выступил от напряжения и от того, что осталась невысказанной самая главная сложность.

Также его не отпускало ощущение, что приходится решать детскую задачу на банальную логику: в наличие коза, волк и капуста. Как старому дедушке переправить их через реку без напряга, чтобы коза не слопала капусту, а волк — козу?! То, что волк до безобразия лоялен к деду и, видимо, ручной, пусть останется на совести авторов задачки. В лодке только два места… Майор решил задачку для племянницы давным-давно. Основная идея проста: не оставлять волка с козой, а козу с капустой…

— Теперь… Лейксен. Он — узловая точка, на которую завязано окончание алгоритма действий. Нужно найти его и… перевести за руку через воображаемую дорогу, увести в родной мир. Если идея Берт-Таи насчет взаимосвязи света и энергии времени верна, то морф не исчезнет сразу, он сможет закрыть ветку земного времени, как хотели хозяева, и данную ветку — тоже. Крепитесь, Дзохос… Точно узнать, что с ним сталось, мы уже не сможем никогда, потому что реальность будет изолирована. Он готов пожертвовать собой в любом случае, и это решение одобрено вашим сыном.

Вот так… Цена решения, принимаемого человеком, может быть непомерно высока.

— То есть, Лейксен должен исчезнуть, чтобы мне остаться живой?! — С вызовом воскликнула Тая.

Красноречивый взгляд Ковалева прервал дальнейшую попытку высказать то, что девушка думала по поводу плана майора и заведующего лабораторией. Это только в крутых боевиках герой спасает весь мир одним махом, с минимальными потерями или даже вовсе без оных, с непременным вычислением и последующим устранением главного гада. Чутье подсказывало, что вычислить пресловутую личность или нескольких не удастся — слишком малый срок отпущен. Логично предположить, что тот, кто организовал в свое время продажу формул-невидимок Энхгам, делал это как минимум с молчаливого согласия хозяев времени. Они хотели устранить Скворцову как дестабилизирующий фактор. Установить, кто такой Эльгирин, хотелось бы, но задача такая же непростая. Дзохос здесь помочь не смог, никаких особых сведений по Эльгирину Загадочному у него не имелось.

Значит, приходится оставить эти два важных вопроса без ответов и заняться насущными делами, совмещая, как в той детской задачке, все нужные объекты так, чтобы не повредить ни один из них.

Правда, и авторы задачки, и сам Ковалев не учли одного факта: волк в реальной жизни совсем не обязательно должен быть ручным.

* * *

Город Энья, путь к которому лежал через подгорный туннель, был нисколько не крупнее Галлы, да и не отличался особо ничем, разве что тем, что император определил сюда своего наместника, присматривающего за тремя княжествами. Сравнивая в своих отчетах эти города, Кузнецов всегда указывал общность архитектуры, схожую социальную структуру, распределение рода занятий среди жителей.

Два города так похожи, кроме одного факта: княжеский двор находился именно в Галле, то есть политическая жизнь Тхагалы преимущественно протекает там. Род Энхгов, под чьим негласным покровительством была Энья, находился в глухой оппозиции Тхагам, несмотря на то, что среди представителей обеих старинных семей были те, о ком шепотом матери рассказывали страшные сказки своим детям.

Люди-тигры, оборотни, чья истинная природа и возможности оставались тайной даже не за семью, а за добрым десятком печатей. Глухая оппозиция была опасна тем, что рано или поздно должна вылиться в открытое недовольство или кровавую распрю.

Что, собственно, и произошло.

Не будь в этих двух семьях других тайн, включая кровосмешение, глядишь, обошлось бы чем попроще, вроде тихой травли в виде уличных надписей. Не обошлось… В прошлый свой визит в Лангато Кузнецов невольно оказался втянут в те самые события, которые могли полностью перекроить политическую карту Тхагалы. Его полный двойник, наместник Иргрин, только головой качал, получив от правителя Империи строгую директиву: не вмешиваться даже в том случае, если вражда двух семей перерастет во взаимную бойню. Странно, конечно, но высшей власти виднее, а наместник не привык критиковать распоряжения повелителя. Вот разве что немного обсудить с тем, кто за несколько лет общения стал очень полезной в определенные минуты тенью.

Когда у особы, наделенной какой-никакой властью, есть абсолютно идентичный двойник, у которого даже почерк твой собственный, грех сим подарком судьбы не пользоваться! Иргрин получил блестящее образование, предрассудками не страдал и как-то сразу всей кожей ощутил, что чужак пришел извне, из такой чудовищной дали, куда просто так попасть не удастся никому.

Как можно использовать двойника? Самое приятное — находиться сразу в двух местах, удаляясь по своим делам, в то время как Иргрин-второй занят пустячным разговором с умеренно важным человеком. Или даже действительно нужным разговором… Периоды присутствия Иргрина-второго длились от двух до шести месяцев, а прибывал он всегда одним и тем же путем, иногда — в сопровождении наемницы по имени Аиса. Она была одной из тех, кто поставлял из Галлы нужные сведения — от настроений в обществе до вероятности торгового сговора между купцами, собирающимися раздуть цены на тот или иной сезонный товар.

Аиса была полезна.

Прошлым летом, когда завертелась кровавая карусель с открытым противостоянием Тхагов и Энхгов, наемница неожиданно появилась в Энье, намереваясь получить от наместника универсальный документ, служащий одновременно пропуском, средством давления для оказания содействия, да еще и оправданием, если что натворили! Касалось это не самого Иргрина-второго, а какой-то женщины, пришедшей оттуда же, откуда появлялся двойник наместника.

Теперь наместник императора частично был в курсе тогдашних событий, но, как заверил его двойник, события давно завершились и возвращения к ним не произойдет.

Внезапно выяснилось, что это не так. Мало того, что во дворце в Энье появились неожиданные гости, так еще и не в самый подходящий момент, когда император решил посетить Тхагалу лично! В переполненном дворце, конечно, гостем больше, гостем меньше — не так уж и заметно, но не для охраны.

— Советую выйти сюда, — произнес Иргрин странным голосом, подзывая своего двойника, делающего выписки из книги по истории.

Голос выдавал такое изумление, что Игорь Кузнецов не мог не последовать совету. Из-за визита императора с немаленькой свитой он был вынужден стать затворником на ближайшую неделю.