Суженая мрака - Ольга Гусейнова

— Почему истинность и Тьму видят лишь некоторые? И только светлые?

Келео смотрел на меня слишком долго и изучающе, словно оценивал и прикидывал что-то, прежде чем ответил:

— Темные не способны видеть связь светлых. — В его голосе я опять уловила едва ощутимую печаль или сочувствие. — А светлые… По-настоящему сильные целители могут видеть связи истинных, а вот Тьму и ее суженых могут видеть лишь те, кто в предыдущей жизни умер страшной и мучительной смертью. Смертью, которую перерожденная душа так и не смогла забыть.

Я облизнула пересохшие губы — вот тебе и подарок от высших за муки. Вспомнила вчерашний день и выпалила осипшим голосом:

— А ректор? Маго Лейтар Белый как же?

Келео нахмурился, задумавшись, подбирая слова и, похоже, сочувствуя, другу и коллеге. И говорил про него с уважением и сожалением:

— Я никогда не встречал никого настолько скупого и в тоже время настолько щедрого душой как Лейтар. Никого другого, кто бы до дрожи в руках, со священным трепетом относился к еде, кто бы даже сытым испытывал голод. Кто не может оставить в своей тарелке хотя бы крошку. Знаешь, о чем это говорит?

— Вероятно, он умер от голода в прошлой жизни.

— А чего боишься больше всего ты? — неожиданно спросил Келео, почти поглощая меня черными глазами-омутами.

— Боли, — невольно призналась я.

Мы неотрывно смотрели друг другу в глаза, наконец он хрипло произнес, нет, скорее поклялся:

— Я постараюсь никогда не делать тебе больно, Алера!

Не в силах подобрать нужных слов, я пожала плечами. Келео отпустил меня из плена своих глаз, поднял пузатый бокал с вином и сделал большой глоток. Почему-то показалось, что это откровение про боль и смерть что-то изменили в его отношении ко мне. Самую капельку, но тем не менее.

Я тоже решила промочить горло. Нам, редкостной троице, родители не позволяли пить вино, тем более другие высокоградусные напитки, считая, что дури нам хватает и своей. Только по праздникам, да и то лет пять назад впервые официально разрешили. Признаться, братья и раньше втихомолку пробовали, а я и у них была под надзором. Зато сейчас у меня в руках большой бокал с вином по самый край, чуть ли не с горкой налили зачем-то. Вскоре возник легкий шум в голове. И еще вот прям почувствовала, как развязался мой язык:

— Ваша эльфийка каждый раз жила в этой тем… комнате?

— Да, — расстроил меня Келео.

— Вы с ней были на этой же кровати? — проворчала я раздраженно.

— Нет.

— Неужели хватило совести поменять? — вино явно ударило мне в голову, как и ревность.

Келео окинул меня удивленно насмешливым взглядом и неожиданно разозлился:

— В первый раз она кроватью не воспользовалась; двое суток просидев в кромешном ужасе в углу, прыгнула в пропасть. Во второй — целых две ночи провела в ванной, магически запечатав дверь. На третий день — выбралась из комнаты, но лишь для того, чтобы за последующую неделю обследовать замок и вновь отправиться к Свету, приняв жуткой отравы! Хоронить ее синее в черных пятнах тело было особенно приятным занятием, придавшем остроты и пикантности нашему короткому медовому «месяцу». Самое длительное пребывание моей суженой в замке было предпоследним. Целый месяц «счастья» обретения суженой, светлой эльфийки. Видимо, счастье было настолько глубоким, что ее большое и доброе сердце не выдержало и она снова отправилась в полет без крыльев. Так что поверь, мы не успели разделить не только жизнь, но и кровать. Только ненависть.

— Вы хотели сказать в последний раз! Я — не она! — возразила я, нервно косясь на обозленного воспоминаниями дракона.

— Жизнь покажет, — в который раз ответил он, но поинтересовался: —Меня терзает вопрос: откуда подобное «постельное» любопытство?

Мне вспомнился разговор с преподавательницей Даяной, тот самый, что мы вели в ее комнате после фееричного побега от Ньема. Она тогда говорила, что обыватели не знают правды о положении дел. У драконов бывают только истинные связи, даже если они черные. И Келео подтвердил эту информацию. Значит, он тоже, как и обычный, свою пару будет любить? Хранить верность? Обожать и боготворить? Если полюбит! Ох, что-то меня занесло немного, но интересно! Хочется же, чтобы моя супружеская жизнь была как у Хашера и Фиалы, Кло и Майдаша и остальных! Чтобы все было по-настоящему. По-драконьи! Как в красивой волшебной сказке!

— Да вот, думаю: способны ли черные драконы быть верными? Ведь я привыкла к другим отношениям в семье. Истинная светлая связь подразумевает абсолютную верность, любовь и уважение супругов. А темные такие…

— Какие? — поторопил меня Келео, стоило мне многозначительно замолчать.

Я решилась на чистую авантюру, настоящую провокацию. И нагло соврала:

— Ну… к примеру, вы суженую встречали целых три раза, брачную связь, выходит, образовывали. И в академии все знают, что у вас, маго Келео, имеется суженая, но при этом частенько посещаете ветреных прелестниц в Поднебесном. Ну какое к вам доверие? Измените на раз-два!

— Тогда, аго Алера, вам тоже доверять нельзя, — насмешливо парировал он, криво ухмыльнувшись.

— С чего это такие выводы? — опешила я.

— Ну как же, утром вы заявили, что не целованная. Но ведь буквально пару дней назад, во время ритуала, мы целовались и весьма жарко. А вы так быстро забыли об этом. Какая короткая у вас память, как можно ей доверять? Измените на раз-два и забудете…

Вытаращившись на этого… дракона, я ловила ртом воздух, не в силах ответить, пока не сорвалась на грубость:

— А идите-ка вы прочь, дан Келео, из моей комнаты! Я уже наелась! Вами!

Он бросил салфетку на стол, смерил меня насмешливым взглядом и направился к двери, на полпути остановился и обернулся ко мне:

— Алера, та эльфийка была моей суженой, но наша брачная связь не получила физического продолжения. Мы так и не соединились ни магией, ни сердцем, ни телами. Мы оба этого не хотели. Поэтому глупо хранить верность той, кто готов спрыгнуть со скалы, лишь бы быть подальше от тебя.

— Это не гарантия вашей верности мне, если мы станем супругами, — выплюнула я.

— Не если, Алера, — зло усмехнулся Келео, но такой довольный, что я поняла, сейчас он меня добьет. — Мы уже стали супругами! Нас обвенчала сама Тьма во время ритуала. Ты откликнулась на мой зов, пришла и вступила в связующий темный круг! Поцелуй стал физическим подтверждением, тем самым слиянием тел и магии, дорогая. Все условия ритуала были выполнены идеально, пусть не я его задумал и реализовал! Теперь ты моя перед богами и драконами! Отдыхай… жена, встретимся за ужином!

Сказал и закрыл за собой дверь, а я, оглушенная новостью, осталась сидеть, сжимая салфетку в руке и пытаясь обрести спокойствие, чтобы хорошенько подумать. Получалось плохо — злость бушевала во мне ураганом. В итоге я вышла на балкон и хорошенько прооралась, от всей души. Еще и узнала, что помимо нас здесь есть и другие драконы, замок не пустующий, ведь мимо пролетел незнакомый черный дракон, явно проверял кто тут блажил как погорелец. Убедившись, что со мной все в порядке, качнул крылом и быстренько скрылся с глаз, оставляя дымчатый шлейф из Тьмы. Однако мне полегчало.