Клинком и сердцем. Том 2 - Ирина Успенская

Ну, а так дело обошлось ещё одной чисткой, теперь уже магической. Несколько неупокоенных душ, безумных от долгого заточения, Вороны отпустили под тщательным присмотром Грегора. Гринхилл, выбравший специализацию кладбищенского мастера, проверил остальной подвал и нашёл ещё дюжину очагов, связанных со всякой мерзостью. Убитые сразу после рождения младенцы, замученные домашние животные… Никакой серьёзной магии — но определённо попытки поклонения Барготу. Попытки отвратительно жестокие и полностью бессмысленные, ничего общего с ритуалами того же Морхальта, но Грегор на всякий случай сам перепроверил Гринхилла и только потом вызвал службу безопасности.

А поднимаясь из подвала, он оступился на влажной после дождя ступеньке и потянул ногу. Ну что могло быть глупее?! Целители, укоризненно глядя на главу Ордена, только развели руками, сказав, что повреждения связок нет, но милорду Архимагу придётся несколько дней походить с тростью, чтобы снизить нагрузку. Грегор, про себя ругая последними словами собственную неуклюжесть, послал в особняк за любимой тростью деда, идеально подходящей им обоим по росту…

— Вы совсем себя не бережёте, дорогой Грегор!

Люциус упал в кресло для посетителей, бесцеремонно вытянул длинные ноги, так что подошвы щегольских сапог для верховой езды упёрлись в стол, и взял чашку с дымящимся шамьетом.

— Ценю вашу заботу, дорогой кузен. Надеюсь, вы навестили меня не только для того, чтобы призвать к осторожности?

Грегор вопросительно приподнял бровь, но Люциуса такой мелочью было не пронять. Кузен отпил шамьета, с любопытством оглядел кабинет Архимага и жизнерадостно заявил:

— Отлично устроились, милорд! Наконец-то положение, достойное Бастельеро! Мы с Эрминией чрезвычайно гордимся вами!

— Благодарю, — склонил голову Грегор. — И мои наилучшие пожелания вашей драгоценной супруге. Но хотелось бы всё-таки узнать, что вас привело…

— Грегор! Неужели вы думаете, что я мог приехать исключительно по делу? — возмутился Люциус и в два глотка допил остальной шамьет. — Мы так давно не виделись…

«Ровно шесть лет, — признал Грегор. — И учитывая, как расстались, я предпочёл бы не видеться ещё лет десять, по крайней мере».

— Это небольшое недоразумение, которое нас рассорило… Ах, дорогой Грегор, поверьте, я от всей души в нём раскаиваюсь! — продолжал Люциус всё с той же сияющей улыбкой. — И намерен приложить все усилия, чтобы загладить вину.

«О! Неужели кузен собирается вернуть деньги, которые он десять лет получал от моего поверенного по фальшивому поручению, написанному моим почерком?! — восхитился Грегор. — Вот это и вправду было бы достойным окончанием „небольшого недоразумения“! Но я скорее поверю в раскаяние Денвера, чем моего драгоценного кузена. Ради Претёмной, как же хочется его проклясть… Или хотя бы перетянуть дедовской тростью, раз уж хлыста нет под рукой!»

— Жду с нетерпением, — бросил он вслух. — Простите, но у меня отчаянно много дел.

— Да-да, конечно… — рассеянно отозвался кузен и снова оглядел кабинет, а потом, встрепенувшись, немного подался вперёд и таинственно сообщил:

— Мой дорогой Грегор, я ничуть не сомневаюсь, что вы желаете процветания нашему роду. Ну как может быть иначе?

Помолчал, ожидая ответа, но не дождался и торжественно сообщил:

— Я тоже хочу этого всей душой, поэтому намерен поступить на королевскую службу!

— Желаю удачи, — отозвался Грегор, поражённо размышляя, не зачарован ли дражайший кузен.

На его памяти Люциус первый раз изъявил желание заняться чем-то, кроме посещения борделей и игорных салонов. Баргот побери, он даже покинул кровать до полудня — вот уж невиданное зрелище!

— И какой департамент вы решили осчастливить своим присутствием, кузен? — уточнил он уже не без интереса. — Или вы говорите о военной службе?

«Только бы не гвардия! — мелькнуло у него в сознании. — Чтобы люди вспоминали меня, глядя на этого никчёмного мерзавца?! Да я сгорю от стыда перед Райнгартеном и прежними сослуживцами!»

— Казначейский департамент, — не менее торжественно и очень уверенно провозгласил Люциус, достал золотую коробочку и забросил в рот ароматную пастилку. Прожевал и добавил, явно наслаждаясь моментом: — В налоговом ведомстве как раз освободилась должность главного инспектора по провинциям.

— Неожиданно… — протянул Грегор. — Никогда не замечал за вами склонности к занятию финансами. Ну, если не считать того случая.

Люциус посмотрел так укоризненно, что если бы Грегор сам не швырял в него поддельным письмом, то, пожалуй, поверил бы, что кузена оклеветали.

— Я же сказал, это дело прошлое! — произнёс он с трагическим надрывом третьесортного актёра, пытающегося исполнить главную роль. — Семейная честь требует, чтобы я стал иным человеком, достойным родового имени и положения в обществе, которое мы отныне занимаем. Вы ведь согласны с этим, Грегор?

— Я согласен, что вам давным-давно следовало заняться чем-то полезным, — устало сказал Грегор. — Финансы так финансы, да благословит вас Великий Безликий. — А про себя добавил: «Не зря же он покровительствует не только торговцам и банкирам, но и мошенникам всех мастей». — Но, признаться, не понимаю, причём тут должность главного инспектора?

— То есть как не понимаете? — гораздо натуральнее, чем прежде, возмутился кузен. — Это очень достойная должность! Прекрасные перспективы!

— Например, оказаться на плахе за хищение казённых денег! — подхватил Грегор. — В любом случае, на эту должность наверняка список претендентов, причём имеющих многолетний опыт. Люциус, ради Благих, неужели вы думаете, что главным инспектором по провинциям может стать человек без всяких… — Он покрутил в воздухе рукой, пытаясь подобрать слова, и закончил: — Заслуг на этом поприще?

— А разве заслуги могут появиться сами по себе из ниоткуда? — парировал Люциус. — Все эти претенденты тоже с чего-то начинали! Да, согласен, у меня нет опыта, но я намерен его приобрести как можно быстрее! Ну, Грегор, согласитесь же, что считать я умею!

— За карточным столом, — уже раздражённо ответил Грегор. — Да и там, признаться, слишком часто терпите неудачи. Человеку, претендующему на управление налоговым ведомством, следует хотя бы собственное состояние для начала привести в порядок. И не сверкайте так очами, дорогой кузен, я вам не провинциалка, первый раз выехавшая ко двору. Если бы дед в своё время не лишил вас права распоряжаться наследственным поместьем, оставив только получение дохода с него, вы и его давно проиграли бы. Впрочем… Ещё раз, чем я могу помочь в вашем неожиданном стремлении к вершинам карьеры?

— Ну… Всем известно, что лорд-канцлер вас чрезвычайно ценит! — бодро сказал кузен, по обыкновению виртуозно пропустив мимо ушей то, что слышать не желал. — Он непременно прислушается к вашим рекомендациям. А если даже нет… Неужели лорд-протектор не может решить такой пустяк своей властью?

И он растянул губы в своей обычной очаровательной улыбке, любезной, но совершенно пустой, будучи искренне уверенным, что Грегору действительно стоит лишь поговорить с Аранвеном. А главное, что Грегор это непременно сделает.