Ловец видений - Сергей Лукьяненко

– Ну… да?

– Григ… – Клиф вздохнул. – Тебя вообще не смутил ребенок, который вечно болтается возле Черного Замка, так удачно попадается тебе на пути, знает подозрительно много, легко соглашается отправиться в поход через Пустоши, не паникует, когда ему втыкают нож в грудину?

– И еще носит старомодную одежду, разбирается в старых поездах, не знает про смартфоны и атомы… – продолжил Григ. – Ой. Я дурак!

Клиф сказал с сочувствием:

– Ну, немножко. На самом деле ты не то, чтобы дурак. Ты простодушен и наивен. Мне это в тебе нравится.

– Август-Роберт – он не живой мальчишка… – прошептал Григ. – Он же чертов симулякр! Он тварь!

– Конечно. Он такое же творение автора Книги, как и Черный Замок. Можно даже сказать, что он его часть. Приложение к Замку и Спирали Снов. Он способен беспрепятственно брать ее в руки, переносить, передвигаться за пределы Города. Он подчиняется приказам других Снотворцев. Очень хороший симулякр.

– Симулякры не могут ничего приснить! – вспомнил Григ. – А он умеет, только плохо…

– Григ, – наставительно сказал Клиф. – Август-Роберт – очень хороший симулякр. Очень!

– Но он же все равно ребенок, – пробормотал Григ.

Клиф насмешливо посмотрел на него.

– Ты прям как Ганс… Он тоже всегда был против использования Августа-Роберта.

– Но в этот раз вы его уговорили.

– С большим трудом! Ты бы знал, чего это стоило! Но, как видишь, использование симулякра не помогло. Спираль Снов утратила свою силу.

– И где она теперь?

– Полагаю, снова в Черном Замке, откуда мы с Робертом извлекали ее с очень, очень большими трудностями… – Клиф помрачнел. – Мы потеряли два десятка хороших Сноходцев и даже одного Снотворца. Про рельеф и не говорю.

Григ даже расплескал виски при этом известии.

– А ты думал, все было так просто? – спросил Клиф. – Жалел себя, наверное? Тяжелый путь, испытания, предательства – и все напрасно? Думал, что ваш поход и есть самая сложная часть операции? Если бы! Мы планировали извлечение Спирали несколько лет. Нам ведь и касаться ее нельзя было, искушение слишком велико! Изначально мы хотели сделать главным Креча, разработали целый план по его привлечению. Он, видишь ли, настолько непробиваемо самовлюблен и уверен в своей крутизне, что даже искушения Артефакта мог отвергнуть. Но тут очень удачно подвернулся ты, и мы собрали прекрасную команду.

– Увы, не вышло.

– Не вышло. – Клиф помолчал. – Джон – сильнейший из нас. Он сильнее, чем когда-либо был автор Книги. Если бы он действительно захотел уничтожить Артефакт, то смог бы это сделать. Но он ушел в свою идиллию, наотрез отказался войти в Черный Замок…

– Молотком он все-таки стукнул, – заметил Григ.

– Позер, – фыркнул Клиф. – Но будь это настоящая Спираль Снов… бахнуло бы изрядно.

– Чего? – напрягся Григ.

– Я в переносном смысле, – немного фальшиво ответил Клиф. – Это же не бомба… В общем, единственный, кто имеет хоть какой-то шанс уничтожить Великий Артефакт – не вернется в Город. А Спираль не позволяет себя вынести!

– Когда вы зашили… – Григ поморщился, – запихнули ее мальчишке в грудь – она была настоящая?

– Да кто ж знает! – Клиф развел руками. – Там злом несло отовсюду.

Он встал, прошелся со стаканом, посмотрел в окно. Рассеянно сказал:

– Хотя, быть может, это воняли мы сами.

– Мне жаль, что мы не справились, – сказал Григ уже более искренне. – Остальные-то живы?

– Лина, Ли, Мария? Все живы. Мы разговаривали с ними после того, как они вновь заснули.

Клиф тяжело вздохнул и подытожил:

– Что ж, не ваша вина. Будем надеяться, что мы паникуем зря. Что не найдется Снотворца или Сноходца достаточно сильного и беспринципного, чтобы завладеть Великим Артефактом и разрушить Страну Сновидений… Ты, наверное, захочешь отсюда переехать?

– Мне тут рассказали, что Сноходец должен найти свой центр силы, – признался Григ. – Только тогда у него будет шанс стать настоящим Снотворцем.

– Так, – согласился Клиф. – Что ж, я пожелаю тебе удачи. Ищи свое место в Снах. Ну и не забывай старика, наведывайся на глоток холодного сидра. Виски ты не любишь, особенно бурбон, я знаю… Ладно. А теперь обещанная плата!

– Симулякр? – выдохнул Григ.

Он даже не надеялся на то, что неудачный поход все-таки принесет ему награду.

– Три симулякра! – Клиф поднял вверх руку и оттопырил три пальца. – Ты же просил три. Но ты не уточнил, каких именно.

– Да я просто выеживался… – запротестовал Григ.

Но было поздно.

В дверях вдруг началась толкотня, шум. Тявкнуло, гавкнуло, залаяло.

В дом ворвались три собаки.

Снежно-белый мелкий терьер, смешная короткошерстная такса и огромный, будто теленок, английский мастиф.

Отпихивая друг друга (причем размеры не помешали таксе бортануть мастифа), собаки кинулись на Грига и повалили вместе со стулом.

Три пары передних лап уперлись ему в грудь, три пары задних лап заскребли пол. Три хвоста радостно завиляли в воздухе. Три слюнявых языка принялись с упоением вылизывать лицо.

– Стойте, уйдите, фу! – завопил Григ, отпихивая собак. – Клиф! Почему они не слушаются?

– Потому что это хорошие симулякры, – пояснил Клиф, улыбаясь. – Они слишком рады встрече, а когда пес радуется, он не сразу слушается хозяина. Ты же хотел настоящих, живых, а не послушных роботов?

С огромным трудом Григ выбрался из-под ликующей горы шерсти. Такса вилась у ног, уайт-терьер подпрыгивал, мастиф тыкался мордой в грудь.

– Я не думал… – Григ запнулся.

Он хотел собаку.

Он всегда ее хотел. С самого детства.

Почему не завел в обычной жизни?

Потому что любил находить, а не терять. А жизнь устроена так, что ты рано или поздно теряешь все, что нашел.

Наверное, поэтому?

– Оказывается, я хотел собаку, – пробормотал Григ. – Одну собаку. Любую. А не собак.

– Что ж, это урок, – сказал Клиф, улыбаясь. – Не держи на меня зла. Я добрый, но уроки порой бывают тяжелыми.

– Забери двух, – взмолился Григ.

Три пары глаз в ужасе уставились на него. Такса прижалась к полу, терьер попытался запрыгнуть на руки, мастиф спрятал кончик морды под мышкой.

– Нет, не забирай! – завопил Григ. – Или забери! Не знаю!

– Захочешь – выгонишь, – сказал Клиф. – Или продашь. Это очень хорошие и дорогие твари, не всякий Снотворец сумеет создать. Заходи как-нибудь.

Он медленно погрузился в пол, будто тот был жидкостью или сыпучим песком.