Ее королевское пророчество - Наталья Анашкина

— Нет, нет, — спорила молодая богиня, — вы не понимаете! Любовь всегда будет двигать человека вперед, толкать на самые смелые и неожиданные поступки, она будет придавать ему сил, окрылять, делать счастливым.

Но, увы, никто не желал слушать ее доводы, оттесняя в сторону и саму богиню, и ее подарок.

— Вы должны дать ей шанс, — снова вмешался бог Справедливости. — Что, если она права?

Боги еще долго спорили и шумели. Но поскольку выбрать победителя им все равно никак не удавалось — ведь каждый голосовал лишь за свое творение, — было решено установить срок в тысячу лет и посмотреть, чей же подарок действительно окажется лучшим.

Тысяча лет пролетела для богов как одно мгновение. Но для людей это было время явного прогресса и становления как цивилизованного общества.

Впрочем, и боги с тех пор изменились.

Богиня Любви более не была той наивной девчонкой, что когда-то не могла отстоять свое право на участие в соревновании. Теперь она возгордилась собой, вкушая плоды, которые преподносили ей люди в благодарность за обретенную любовь. Подарок богини и правда оказался прекрасен. Во имя любви слагались поэмы и баллады, создавались произведения искусства, человечество шагнуло на путь стремительного творческого развития.

— Вы видели, видели! — все чаще обращалась богиня к своим собратьям. — Готовьтесь признать свое поражение!

Но с ней никто и не хотел спорить, целиком признавая ее правоту и грядущие привилегии.

— Завтра истекает срок, и мы объявим тебя победителем в нашем давнем споре, — услышала богиня заветные слова. — Ты заслужила эту победу, и в качестве приза мы признаем за тобой право решающего голоса по всем вопросам.

Ох! Она и не мечтала о таком счастье! Быть главной среди великих! Вскоре и люди признают за ней первенство, будут строить храмы лишь для нее одной!

Но погодите, что это? Чей-то плач? Или просто громкая молитва?

Боги напрягли слух, нахмурили брови. От молитвы этой совсем молодой девушки так и веяло отчаянием.

— Прислушайся-ка, сестрица, — обратился к богине Любви кто-то из рядом стоящих. — По твою душу пришла гостья.

Девушка с длинными волосами цвета воронова крыла и такими же темными глазами умоляла богиню Любви помочь ее горю.

— Я королевская дочь, я принцесса! Мне надлежит властвовать, править и рожать своему будущему мужу наследников. Но я полюбила сына мельника! За что мне такое несчастье? Мне пришлось сбежать с ним из дворца, ведь король, мой отец, никогда не примет в семью человека без роду без племени. Помоги мне, богиня Любви, услышь мою молитву, заклинаю! Я хочу домой, хочу назад к своей пышной и роскошной жизни, я ненавижу бедность и все, что окружает Лоренцо! Но и без него не могу! Душу рвет на части эта проклятая любовь! Забери, забери ее назад! Вырви из моего сердца и развей по ветру! Не нужна мне она, не нужна!

Девушка плакала так отчаянно и горько, что у богов, что слушали ее молитву, запершило в горле.

— Что ж, сестрица, — недовольно крякнул кто-то из них. — Видать, поспешили мы с выводами. Не всем по нраву твой подарок.

— Она просто глупая девчонка! — побледнела богиня Любви, чувствуя, как легкой призрачной дымкой ускользает от нее желаемое. — Не понимает своего счастья!

— Нет, нет. Тут и говорить нечего, — зашумели боги.

Но вот в храм вошел сын мельника Лоренцо. Боги снова притихли, прислушиваясь.

Он подошел к своей любимой, что в слезах стояла на коленях, и положил ей руки на плечи.

— Не печалься, любовь моя. Утри слезы. Нам нужно спешить, погоня близко.

— Еще чуть-чуть, — торопливо улыбнулась она на его ласковый взгляд, затравленно оглядываясь по сторонам.

— О чем твоя молитва? — вдруг насторожился парень. — Чего ты просишь?

— Конечно же помощи для нас! — горячо откликнулась девушка. — Чего мне еще желать, любимый? — притворно возмутилась она.

— И что? Ты веришь, что боги тебе помогут? — нахмурился Лоренцо.

— Я очень надеюсь на это, но… Воля богов мне неведома.

— Идем, мы напрасно теряем время. — Юноша уверенно потянул свою любимую за руку. — Если боги, которым ты молишься, и правда существуют, то они бы уже давно откликнулись на твои молитвы.

— Нельзя! Нельзя говорить так! — Глаза девушки расширились от ужаса. — Это большой грех! Тем более что мы с тобой в храме!

— И что? — Кривая ухмылка тронула губы Лоренцо. — Раз так, то они уж точно должны услышать. Эй, боги! Вы слышите меня? Хорошо быть всесильными, не правда ли? А каково нам, вы знаете? Хотите помочь, отсыпьте-ка и нам хоть немного вашей божественной силы!

Парень выкрикнул еще несколько откровенных грубостей и потащил за собой упирающуюся возлюбленную.

— Ты просто глупец! — ругала она его, постоянно оглядываясь на иконы. — Боги проклянут тебя за такую дерзость! А может, и меня заодно. Ведь угораздило же меня полюбить такого… такого…

Принцесса не закончила свою мысль. Сын мельника закрыл ей рот жарким поцелуем, от которого ноги девушки подкосились, и она мгновенно обмякла в его объятиях.

Оторвавшись через некоторое время от податливых девичьих губ, Лоренцо вдруг вздрогнул всем телом. В его глазах смешались удивление и страх.

Сцепленные руки влюбленных почти до локтей покрывали странные витиеватые узоры.

— Что еще за вольности? — Боги развернулись к притихшей богине Любви с гневными обвинениями.

— Это не я, не я! — замотала она головой, испуганно и удивленно. — Я ничего не делала!

— Это был я, — услышали боги откуда-то из угла. Там стоял тот, чей голос они слышали крайне редко. — Я подарил людям магию.

— Зачем? — услышал бог Справедливости стройный гул возмущенных голосов.

— Мой подарок так и не был вручен, вы помните? — робко произнес молодой бог. — В последний день истекающего срока я воспользовался своим правом. Люди сами попросили его. Я решил, что так будет справедливо.

— Ты считаешь, что уподобить всех людей богам является справедливым решением? — разгневались боги.

— Никто из них не сможет стать с нами на одну ступень, — успокоил их щедрый даритель. — Кроме того, речь не обо всех людях. Магами будут становиться лишь избранные.

— И кто из этой пары может считаться таковым? — вступила в спор молчавшая доселе богиня Любви. Ее голос дрожал от возмущения и обиды. — Та, что оскорбила меня, отказавшись от моего подарка? Или, может быть, тот, что и вовсе не верит в нас?

— Они обязательно изменятся, — обезоруживающе улыбнулся бог Справедливости. — Им всего лишь по шестнадцать. Уже не дети, но пока и не взрослые. Просто дай им еще один шанс.

— Ну уж нет! — упрямо вздернула свой острый носик богиня. — Отныне этим и всем последующим магам жизнь не покажется сладкой! Пусть все они будут прокляты!