Лорд из города теней - Оливия Штерн

Что это с ним сегодня? Опоили чем во дворце?

Подумать над странным поведением мужа мне не дали: гигантский рыб, повинуясь Эрису, поплыл вперед — и вверх, все быстрее и быстрее. Я только сжала челюсти, чтобы не заорать от ужаса. Курчавые макушки деревьев вдруг оказались далеко внизу, под ногами, затем я увидела ярко-синие крыши, белые башни дворца вдали и где-то у горизонта — заходящее солнце, багровым шариком ныряющее в позолоченный пух облаков.

Сама не заметив, я вцепилась в руку Эриса. Сердце замирало. Прохладный ветер трепал волосы, выхватывая пряди из прически. Было… страшно. Но, отдышавшись, и сообразив, что вниз смотреть просто не нужно, я почувствовала и ещё что-то, кроме страха.

— Свобода, — подсказал на ухо муж, — только здесь, под куполом неба.

Выходит, чувствовали мы с ним примерно одно и то же? Как странно… Для двух столь разных, как мы с ним.

— Хочешь его потрогать? — провокационно зашептал он, щекоча теплым дыханием.

— Кого? — я заподозрила неладное.

— Не кого, а что, — кажется, Эрис даже рассмеялся тихонько, — купол неба. Ты забыла? Мы создаем отдельные пространства на основе уже существующего.

Здесь, наверху, было удивительно тихо. И не холодно. Приятно. И особенно приятно от того, как меня обнимал Эрис Аш-исси, как нежно и бережно прижимал к себе, так что я даже перестала бояться того, что выскользну из его рук и упаду. Опомнись, Лора! Ты — навязанная жена, тебе никогда не прижиться в этом городе. Да и вообще, ты уже решила бежать…

— Хочу, — пробурчала я, — хочу его потрогать. Будет что вспомнить на старости лет.

Эрис что-то сделал, и эшти устремился вверх, так быстро, что дыхание перехватило. Я глянула вниз: город Теней был под нами, как на ладони. В центре причудливой друзой замер дворец, вокруг, вперемежку с зеленью, дома с остроконечными крышами. Я увидела извилистую ленту реки, маленькое, словно игрушечное зеркальце озера. И — под нами, куда-то летела стайка птичек, которые казались крошечными светлыми штрихами.

Страх отступал. Я вдохнула полной грудью, воздух был напоен сладкой свежестью. Вдохнула раз, другой — и внезапно в душе согласилась с мужем. Здесь, под куполом неба, ощущаешь себя совершенно свободной, и почти всесильной.

Эшти замедлился, завис, извиваясь всем своим длинным телом.

— Трогай, — весело сказал Эрис.

Кажется, еще ни разу я не слышала, чтобы в его голосе была радость.

Я задрала голову. Оказывается, прямо над нами, совсем близко, переливалась как будто тонкая мыльная пленка, играла буйством всех красок. И казалась она такой тонкой, нежной, что…

— А если я ее проткну? — внезапно охрипнув, спросила я.

Эрис тихо рассмеялся, и вдруг уткнулся носом мне в затылок. Прошептал, выдыхая прямо в волосы:

— Она твердая, Лора. Ее ничем не пробить.

И тогда я решилась. Замирая, леденея от мысли, что могу сделать что-то не так… подняла руку и ткнула указательным пальцем у себя над головой.

Ощущение было таким, словно палец попал в хрустальную вазу. Очень холодную хрустальную вазу.

— Ох, — выдохнула я.

— Ну вот, теперь ты потрогала небесный купол, — голос Эриса мягким бархатом ласкал слух.

— Да, — прошептала я, — теперь… обратно?

— Почему? Замерзла?

Я еще потыкала в небо над городом Теней. Замерзла ли я? Скорее нет, чем да. Но сидеть на руках у Эриса на такой высоте все равно было немного боязно.

— Хорошо, полетели домой, — согласился он.

Его близость… Внезапно что-то откликнулось во мне. Я не хотела, чтобы полет закончился, потому что, казалось, именно тогда и закончится эта хрустальная сказка, разобьется на тысячи осколков. Пречистый меня побери! Я не хотела и не должна была наслаждаться объятиями навязанного мужа, но, помимо воли, наслаждалась.

И вспомнила то, что говорил мне фантом.

Я тоже, как и мой муж, изо всех сил сопротивлялась тому неизбежному, что зарождалось в сердце.

Но ведь… это было единственным правильным решением.

Мне нет места в городе Теней, а ему не нужна жена-человечка.

Да и, в конце концов, разве не воля человека должна решать его будущее? Именно воля, а не… странная смесь ощущений.

Мы больше не разговаривали, пока летели вниз.

Но когда я осторожно сползла на твердую землю из рук Эриса и хотела вежливо попрощаться, он быстро спешился.

— Лора!

Схватил меня за руку, дернул к себе — совсем не вежливо — а потом, не успела я и пикнуть, попросту впился в мои губы настолько диким и жадным поцелуем, что я растерялась окончательно.

Что это, Эрис?

Почему сейчас, тогда, когда мое намерение бежать твердо?

Я задыхалась, чувствуя, как его сильные руки скользят по моей спине, беззастенчиво опускаясь ниже. Он буквально пил меня, голодно дышал моим дыханием, алчно вдыхая воздух рядом с моим лицом, как будто не мог надышаться. Сердце колотилось где-то у самого горла. Ноги подгибались.

И внезапно все закончилось. Эрис почти оттолкнул меня, глядя с бешенством, скрипя зубами… Не говоря больше ни слова, он развернулся и почти бегом бросился прочь.

Мне срочно нужно было погладить Желтка.

Отдышавшись и силой выбросив из головы все мысли, я побрела в дом. Нет, мне определенно не нужно здесь оставаться. Не поймешь, что у моего драгоценного супруга на уме. Нет мира внутри самого себя. И ведет себя так, словно я ещё в чем-то виновата.

Но губы все еще горели от его диких, необузданных поцелуев, а тело помнило… те нежные, крепкие объятия, когда мы летели вверх. Гад он, Эрис аш-исси, как есть, гад.

Попадаются же такие скромным воспитанницам пансиона?

…Когда я вернулась к себе в спальню, Аантэ принесла мне запечатанное письмо от принцессы Сольи Аш-исси. «Выходи в сад на рассвете после бала», — писала она, — «я научилась прокладывать норы. Возьми золото и теплую одежду».