Оружие владыки - Ольга Островская

– Жаль, – произносит Синн, медленно склоняясь. Целует неожиданно нежно в уголочек губ, гладя кончиками пальцев по щеке. – Я жду тебя завтра, Талли. Приятных снов.

И снова я в полном душевном раздрае смотрю, как он уходит, на этот раз через портал. Это что сейчас было?

Впрочем, так можно спросить про весь сегодняшний день, за который столько всего случилось, что в голове всё это не помещается. А надо бы обдумать. Разобраться. Вот только сил что-то уже нет совсем.

За окном уже поздний вечер, можно и спать ложиться.

Долго я у наставника, оказывается, гостила, хоть и пролетело время абсолютно незаметно. Рядом с ним я слишком о многом забываю.

Интересно, меня там не обыскались все? Поскольку Синн явно заранее планировал меня умыкнуть в свой дом, то скорее всего как-то прикрыть этот визит он позаботился. Надо будет завтра узнать что к чему.

Так уже надоело постоянно чувствовать, что я под колпаком и постоянным контролем. Так хочется свободы. Впрочем, наивная надежда. Какое бы меня не ждало будущее – королевы, или щита для короля Эббона, свобода для Аеталь Эббони всё равно не предусмотрена. Остаётся с этим только смириться и добиться того варианта несвободы, на который я согласна. А, ну и выжить, конечно.

Засыпаю я сразу же, стоит только лечь и пригреться под тёплым одеялом, слишком уж устала за минувший бесконечный день. И надо ли удивляться, что снится мне всю ночь несносный магистр, который так старательно и тщательно доказывает мне, что его спальня гораздо лучше, чем моя, что просыпаюсь я ещё до рассвета возбуждённая, неудовлетворённая и злая. Вот ведь гад. И ночью от него покоя нет.

Лицо горит, сердце грохочет, а тело просит продолжения бесстыдных сновидений, в которых Синн творил со мной невообразимо-порочные и сводящие с ума вещи. Я даже не думала никогда о таком, откуда только такие фантазии откровенные берутся? А может это и не мои вовсе? Может я его сон увидела? Ну не могла же я такое сама придумать? Или могла? И не спросишь ведь. Со стыда сгорю.

Позволив себе ещё немного поваляться в развороченной кровати, со смущением и удовольствием вспоминая сон, в котором меня не терзали страхи и сомнения, я всё-таки встаю, чтобы заняться обычной утренней рутиной. Умыться-освежиться, а потом сделать обязательный комплекс упражнений, чтобы разогнать кровь, размять мышцы и почувствовать ток магии в венах. Боевой маг должен быть готов к бою всегда. А я, так особенно.

Сегодня у меня ещё относительный выходной и не считая обязательных тренировок, никаких планов на этот день я пока не строила, поскольку не была уверена, вернусь ли из дворца.

Вот сейчас и пытаюсь решить, чем заняться. Сесть за учебники? Надо бы, но от одной мысли тоска берёт чёрная. Мне до безумия хочется хоть немного передохнуть. От вечной гонки и кони дохнут, не то что принцессы, пускай даже боевые магички. Думаю, я имею полное право хотя бы пару часов в свой выходной день потратить на ничегонеделание. Тем более, что внутреннее чутьё мне настойчиво шепчет, что впереди меня ждёт отнюдь не самые спокойные дни. Значит, нужно набраться сил душевных и моральных, чтобы во всеоружии встретить последствия вчерашних провокаций.

Отвоевав у собственного чувства ответственности и долга утренние часы на отдых, я неожиданно ловлю себя на остром желании сходить в питомник к тасгарам. Так хочется снова увидеть этих умных животных. Вот даже не думала, что буду скучать по тем, кого раньше считала жутиками. Интересно, как там поживает тот малыш, что жался к моим ногам? Подрос, наверное. А вожак? Вспомнит меня?

Отказывать себе в этом желании я веских причин не вижу. Я достаточно надёжно защищена своими и Синновыми щитами, чтобы не сидеть взаперти. Наткнуться на кого-то в такую рань шансов мало, и уж точно никто не ожидает, от меня столь спонтанных действий, так что можно никого из друзей не звать. Тем более, что тасгары сами по себе отличная защита, в питомнике я точно буду в полной безопасности. А мне очень, просто позарез нужно отвлечься, побыть одной и обо всём подумать.

Взвесив всё, я принимаюсь одеваться.

Воскресным ранним утром академический двор встречает меня полумраком и морозным воздухом, скрипом снега под подошвами и такой необходимой мне безмятежностью. В общежитиях многие окна уже светятся, особенно у боевиков, привычных к утренним тренировкам. И у преподавателей тоже.

Интересно, Синн ночует в Академии?

Помимо воли мой взгляд пробегается по окнам стоящего в стороне от остальных преподавательского общежития, и я ловлю себя на том, что пытаюсь угадать, где может быть его комната. В какой-то миг мне даже кажется, что в одном из окон мелькает чья-то тень.

По затылку пробегается холодок и неприятное чувство. Это неожиданно и странно, ведь перед выходом из общежития я набросила на себя отвод глаз и скрывающий щит, не жалея сил, да и идти стараюсь в тени от зданий учебных корпусов, и общежитие это достаточно далеко, чтобы меня даже без отвода глаз возможно было толком рассмотреть. Да и узнать, кто идёт в обычном тёмно-сером плаще, каких у студентов всех факультетов и курсов полно, по-моему весьма затруднительно. Скорее всего мне просто показалось. Но шаг я всё-таки ускоряю.

В питомнике мне навстречу выходит удивлённый мэрт Саегер.

– Тайра, что-то случилось? – восклицает он, когда я снимаю с головы глубокий капюшон, открывая лицо.

– Доброе утро, мэрт. Нет, всё хорошо. Просто за неделю успела соскучиться по вашим подопечным, – улыбаюсь коренастому горняку. – Помочь вам с утренней кормёжкой?

– Неужто так привязалась? – расплывается он в одобрительной улыбке. – От помощи, конечно, не откажусь. Они по тебе, кажется, тоже скучали.

Саегер кивает на вольеры, где уже нетерпеливо мечутся серые тени, сверкая огнями глаз. А ведь действительно скучали. То, что мне безумно рады, я ощущаю сейчас всем своим существом. И так приятно на душе от их радости становится. Вот кому от меня ничего больше кроме любви, заботы и ласки не нужно.