Игра в судьбу - Ли Ода

— Да, — согласился он.

— Правильно. А до этого там были лишь следы присутствия каких-то низкорослых племен, которые даже керамику делали крайне примитивную. Хотя… — я задумчиво поглядела на него и озадаченно потрогала кончик собственного носа, — насчет керамики: первые приличные ее образцы с плоским дном появляются только с 2800 года, опять же до нашей эры. Причем вроде бы ниоткуда, как будто эта культура пришла извне. И это самое «извне» не локализовали до сих пор, то есть место, откуда она могла прийти, еще не нашли… А ведь это больше похоже на ваше переселение, правда? Но тогда куда же мы денем предыдущую тысячу лет менгирного строительства?

— Все так, все именно так. Мы же не сразу всеми переселялись туда. До этого долгое время были только колонии.

— Лагеря с валами! — щелкнуло у меня в голове. — Еще одна диковинка, с которой наши археологи никак не придумают, что делать. Ага, ну раз так, все встает на свои места, и дату колонизации мы передвигаем на 2800 год до Рождества Христова, когда появляется та самая бороздчатая керамика с плоским дном, правильно?

В ответ оживленно закивали.

— Хорошо, с этим более-менее ясно. Теперь дальше. В 2400, четыреста лет спустя, там же появляется другая керамика — бикеры, или кубки, которую совершенно определенно соотносят с культурой кельтов. И приходит она с континента. Тут как раз никаких вопросов и загадок нет. Ну что, похоже на ваших дикарей из легенд?

— Несомненно! — в глазах дана прыгали чертики, он явно соглашался принять мою игру.

— Ну и ладно. Продолжим. Сосуществование этих двух культур длится лет двести, а затем, в 2200 бороздчатая керамика пропадает. Ан масс. В смысле, в основном. — Я слегка задумалась. — А не много ли двести лет для вашей войны с дикарями?

В ответ получила лишь пожатие плечами:

— Думаю, даже мало. Данааэ не позволили бы выпихнуть себя обратно без хорошего сопротивления.

— Н-ну… Раз так, вот тебе и время возвращения на острова. Кстати, тогда же начинают перестраивать и ваши хенджи, ориентированные, насколько я поняла, на струны. Теперь же их превращают в астрономические комплексы типа Стоунхенджа, переориентируя уже на светила. Кельты, похоже, были не такими уж и дикарями, просто у них были другие приоритеты…

Я еще раз задумчиво почесала кончик носа:

— Слушай, а почему ты не попросишь привезти книги? Наши, из-за Сферы? Там все это изложено нормально и подробно, а не теми обрывками, что вспомнила я.

— Книги? — он удивился, — ну, я не знаю…

Та-ак, замечательно. Он не знает! Ладно, надо будет сказать Вессаэлю, чтобы из следующего «похода за Сферу» привезли ему книг. А то ведь этот малахольный может и забыть.

Ага! Большей ошибки я не совершала, наверное, за всю свою жизнь. Во-первых, никаким малахольным Вокэнни не был. Наоборот, оказался весьма практичным и целеустремленным. А благодаря мне обзавелся еще и идеей фикс. Он приставал к сьеррину с «ненавязчивыми» напоминаниями по три раза на дню, пока тот не озверел вконец и не стал подумывать об организации специальной поездки, просто чтобы от него отцепились. И виновата во всем оказалась я.

Когда расстроенный в очередной раз Вессаэль попытался не по дански темпераментно предъявить мне претензии, я тоже не выдержала:

— Да не ори ты! Это тебе не подходит. И вообще, не понимаю твоего праведного возмущения. Почему вы не привезли ему этих книжек давным-давно, сами не догадались?

— Зачем? Чему вы можете нас научить?

— Н-да… От тебя, честно говоря, меньше всего ожидала услышать подобное! Уж кто кто, а ты должен был заметить, что мы тоже кое-что можем. Пусть даже и развиваемся в другом направлении… Вот скажи, в каком году ты был у нас в последний раз?

— В тысяча шестьсот сороковом, если не считать самого последнего.

— Эм… Да. — Большинство вопросов как-то сразу отпали, но зато родились новые. — И что, не сожгли вас там?

— Пытались.

— Ага, но вы бегали быстрее?

— Нет, просто нам на организацию аутодафе нужно меньше времени. — Сьеррин недвусмысленно прокатил по пальцам огненный шарик. Но убивать меня все-таки не стал, загасил.

— Ладно, проехали. Но неужели так трудно сейчас съездить на материк и купить ему несколько монографий? Инквизиция вроде кончилась уже. Впрочем, могу попросить Ассиля, пусть начинает отрабатывать свои высокопарные авансы с киданием жизни к чужим ногам.

— Не трогай Ассиля, я сам все сделаю. — скривился он.

— Вот и ладненько. Кстати, думаю неплохо взять и несколько учебников по всей нашей истории. Не детских, конечно. Ему это тоже будет интересно. Только не прихвати случайно фантастических романов, а то у твоего библиотекаря крышу снесет.

В общем, не повезло с этим сьеррину. Зато повезло мне. После нашего хронологического общения в библиотеке я стала желанным гостем. Любая информация, любые книги из этого богатейшего на островах собрания, были к моим услугам по первому же капризу. А в поиске информации Вокэнни творил настоящие чудеса. То ли ему помогала практически фотографическая память, то ли какие неизвестные или забытые боги, но больше получаса у него не уходило никогда и ни на что. Руны меня выучил читать тоже он, и без всяких магических заморочек. По собственной системе, что помогла мне справиться с ними дней за десять, не больше. Именно эти его чудеса навели меня на кое-какие мысли…

Через пару недель размышлений я решила, что стоит, пожалуй, поделиться ими и с Вессаэлем. Но разговор начала лишь тщательно проследив, чтобы нам никто не помешал. И с неожиданного для сьеррина вопроса:

— Не знаешь, из какого клана мать Вокэнни?

— Из воздушных, как и его отец, — озадаченно посмотрел тот на меня. — Он, кстати, довольно близкая родня мне по нему.

— Только по отцу? А по матери? — удивилась я, зная уже, что практически все даны одного клана так или иначе кровно связаны между собой.

— По матери? — он задумался, похоже, сообразив, чем вызваны мои сомнения и пытаясь что-то вспомнить.

Я не мешала.

— Подожди, — вдруг произнес сьеррин непередаваемым тоном, — а ведь его мать изначально не из наших. Она сменила клан.

Чего-то подобного я и ожидала. Что ж, будем копать дальше:

— А в каком она родилась?

— Н-не знаю.

— Думаю, что стоит это уточнить, — настаивала я.

— А в чем дело?

— Да так, возникла тут кое-какая идея относительно дара нашего библиотекаря. И, пожалуй, выскажу я ее не дожидаясь, прояснения ситуации с его происхождением. Не думаю, что это изменит что-либо принципиально.

Вессаэль был само внимание, и я продолжила:

— Есть у меня подозрение, что его дар связан с кланом хрустальных. Он прекрасно чувствует информацию и чуть ли не инстинктивно систематизирует ее, раскладывая по полочкам. Не знаю, понимает ли он сам, что другим это дается вовсе не так легко. Полагаю, копать дальше следует именно в этом направлении.