Будущего нет! Кошмар наяву - Александр Голодный

Скоро добрались и до практики. Здесь Сергей зарекомендовал себя тоже с самой лучшей стороны безукоризненным соблюдением требований безопасности и быстротой расчета в уме потребного количества взрывчатых веществ.

И еще лейтенанту помог случай. Неожиданной проблемой при смене начальства для офицеров учебного центра оказался избыток грузомакетов изделий РВСН. Устаревшие, снятых с вооружения типов, уже списанные на бумаге, они так и лежали в контейнерах, пока не прошла инвентарная проверка. С самими контейнерами проблем не возникло, они несекретные и легко режутся автогеном на металлолом. Но грузомакеты…

По сути, это нормальные корпуса боевых блоков со специально подобранными чугунными отливками внутри. И, как положено корпусам изделий, отличаются исключительной прочностью и повышенной секретностью.

Разумный метод ликвидации один: взрывать. Желательно, в трудно определимые клочья.

Но сначала надо снять днища и извлечь грузы.

Александров без колебаний вызвался на сверхурочную работу. Три дня он с парой прапорщиков до десяти вечера развинчивал в ангаре «на скорость» ставшие ненужными учебные пособия. На модификации насмотрелся от души, сразу столько боевых блоков не видел никогда в жизни. От привычных полутораметровых до моноблочных гигантов за два метра высотой, наверное, тех самых «кузиных мам», которыми пугал супостата Никита Сергеевич. Регулярно с грохотом валящиеся на бетонный пол тяжелые чугунные кольца и цилиндры местные деловитые прапорщики утаскивали на тележке. Что в металлолом, а что и в хозяйство. Очень неплохой гнет для засолки, например. Не забывали про вывинчиваемые шпильки и гайки.

Остальные коллеги по учебной группе под разными предлогами от работы уклонились.

Ничего. Все зачтется.

Изучивший учебное расписание лейтенант знал – последняя практика проходит в среду, экзамен в четверг, подведение итогов и убытие слушателей запланированы на утро пятницы. Необходимо подкорректировать этот график для себя. В виде «исключения», разумеется.

День выпуска Аленки, как и предыдущий, прошел под хлесткий грохот взрывов. Дорвавшийся до пластида, тротила и кумулятивных зарядов лейтенант рвал боевые блоки по четыре за раз. Восстанавливал электрическую схему подрыва, закладывал заряды в свежеподвезенные грузомакеты и рвал снова. Остальная группа работала на подхвате. Перерывы наступали, когда преподаватель ездил на склады ракетно-артиллерийского вооружения за дополнительными партиями ВВ и детонаторов.

И почему-то старлеи и капитаны учебной группы беспрекословно слушались хмурого молодого офицера с горящими мрачным азартом глазами.

Расчет себя оправдал – на среду взрывать было уже нечего. Корпуса изделий кончились. Контрольное практическое занятие оказывалось «ни о чем». Захватив «главный аргумент», Сергей отправился к преподавателю договариваться. Он, практически, не обманывал – надо вернуться раньше в часть, потому что приезжает жена.

Заведомо непьющий, отличник, оказал помощь учебному центру, да и пришел не с пустыми руками…

Капитан возражать не стал, быстро решил вопрос с командованием. Экзамен на «отлично» поставлен «автоматом», получены выписка из приказа по учебному центру с благодарностью (опять!), удостоверение инструктора-подрывника, в рекордные сроки сдано место в общаге и подписан «бегунок».

Единственное, что выдавало офицера – число в штампике «убыл» на командировочном предписании. Но это поправимо, решаться будет там, на квартире Инги.

От оперативного дежурного лейтенант дозвонился в свою часть, прямо до начальника группы. Спокойным голосом доложил, что командировка проходит без замечаний, прибудет, скорее всего, в субботу поздно вечером и попросил записать на выезд в город на ближайшее воскресенье по уважительной причине – наконец-то приезжает жена. И ведь, практически, не обманул.

Учитывая срочность, Александров в Москву из Захолмья рванул на такси. Деньги – пыль.

Привел себя в гражданский вид прямо на заднем сидении резво шурующей по трассе «Волги» – так не зависнешь на некстати попавшемся патруле, и за час до начала регистрации уже был в аэропорту.

– Девушка, один билет.

На деньги и офицерское удостоверение легла большая шоколадка.

– Меня там жена ждет. Я вас очень прошу. Пожалуйста.

Ради таких тревожно умоляющих глаз можно сделать чудо. И чудо произошло – место на рейс нашлось.

Только в самолете Сергей вспомнил, что забыл дать телеграмму.

Ладно, ничего страшного. Зато у них в запасе целых три дня.

Опять взяв такси, чтобы добраться до дому, в двенадцатом часу ночи он услышал из-за двери тревожное:

– Кто там?

– Это я, Аленушка.

Защелкал замок, дверь распахнулась, на шее Сергея повисла счастливая жена. За ней в коридоре стояла улыбающаяся Инга.

Выложив на кухонный стол кучу продуктов, отвечая на вопросы взбудораженных женщин, лейтенант почувствовал, как отпускает державшее всю последнюю неделю напряжение, и наваливается тяжелая усталость. Все-таки он изрядно вымотался. И слава Богу, все получилось.

Уже в полудреме принял горячую ванну и крепко заснул в нежных объятиях любимой жены.

* * *

– Сережа, у вас от формы идет характерный запах. Не сильный, но ощутимый.

Ай да тетушка! И в этом разбирается – внимательный взгляд трудно истолковать двояко.

Александров усмехнулся:

– Вы правы, Инга Михайловна, это взрывчатка. Пластид, тротил… Трое суток подряд на полигоне уничтожали секретную технику. Вонь сработавшей взрывчатки въелась очень сильно, и постирать рубашку времени не было. Кстати, теперь я дипломированный в вопросе подрывных работ специалист.

Взглянув в новенькое удостоверение, Инга успокоенно кивнула:

– А я уже переживать начала – неужели вас на боевые действия бросили?

Да, межнациональные конфликты в южных республиках СССР и не думали затихать, все чаще переходя в локальные вооруженные столкновения. Все шло так, как и представлялось Сергею, все шло к пропасти.

Прогнав тяжелые мысли, лейтенант ответил:

– Нет, что вы! Таких, как я, в бой не бросят до последнего. А про применение моего основного оружия лучше не упоминать – после него воевать будет некому.

– С другой стороны, это хорошо. У меня хоть сердце будет спокойно за вас и Леночку.

Словно услышав последние слова, на кухню зашла Аленка:

– Вот, Сержик, как ты просил. Хлорный раствор, сделала из «Белизны», концентрация, правда, на глазок.

– Сейчас проверим, какой ты химик.

Взяв спичку, лейтенант потренировался на тетрадном листе. Обмакивая деревянную палочку в характерно пахнущую жидкость, провел по начертанным буквам и цифрам. Понемногу синие шариковые чернила стали светлеть и исчезать на глазах. Дождавшись нужной стадии, Сергей положил сверху промокашку и коротко прижал горячим утюгом. Проверил. Вроде нормально.