Слуги тьмы - Dunkelheit

- Простите меня за чрезмерную заботу, госпожа, - тихо сказала Слуга, - но не хотели бы вы переодеться во что-то более удобное? Ваш нынешний наряд… немного неприличен.

- Зачем? - Бледный Ангел удивлённо посмотрела на Слугу. - Мне нечего скрывать. Я не стыжусь своего тела.

- Но как же этика и мораль, принятые в обществе? Вы с ними не согласны?

- Этика и мораль лишь цепи, сковывающие слабых, - спокойно ответила Бледный Ангел, её глаза засияли ледяным блеском. - Я так долго мечтала стать свободной от оков, поэтому мне плевать на общество и навязанное им мнение.

- Вы выглядите так юно, - проговорила Слуга с уважением, - но в вас столько мудрости.

Неожиданно к ним подошёл молодой лунный страж, чей перламутровый доспех был тщательно вычищен от пролитой крови. Рубин на его шлеме сиял, подобно утренней звезде, а фиолетовый плащ с тихим шуршанием развевался за спиной.

- Не хотите попробовать жареного мяса, госпожа? - спросил он, робко протягивая тарелку с мясом. На его щеках выступил румянец, а глаза сверкали восхищением от встречи с живой легендой.

- Не стоит есть эту грубую пищу! - воскликнула Слуга, едва не выронив расчёску. - Она не предназначена для таких высокородных созданий, как вы.

- И всё же я хочу попробовать, - беззаботно ответила Бледный Ангел, беря ломтик мяса с тарелки. - М-м-м, как вкусно! - улыбнулась она и довольно тряхнула плечами. - Оно такое сочное и хрустящее, со сладкими нотками мёда, в котором его замариновали. Мне совсем не нужна еда, но в ней есть что-то притягательное, недоступное моему пониманию.

И вдруг, внезапный смех воинов, празднующих победу, привлёк её внимание. Она прислушалась к ритмичному топоту сапог, к звону доспехов, к весёлым голосам. И в её голубых глазах, которые ещё недавно смотрели на мир с необыкновенной жалостью и печалью, пробудилось детское любопытство.

Не произнося ни слова, она плавно поднялась со стула, и неспешно направилась к танцующим воинам. Её появление вызвало в лагере мгновенную тишину.

Слуга с удивлением посмотрела на свою госпожу, а Аквилон, не в силах оторвать взгляда от её бледного, прекрасного лица, замер с раскрытым ртом.

По пути Бледный Ангел остановилась возле Плачущего Рыцаря. Он стоял неподвижно, будто базальтовая статуя, его лицо скрывало мрачное забрало. В его молчании и непроницаемости она увидела нечто родственное.

- Не хочешь потанцевать? - хихикнула она, протягивая хрупкую руку к воину. - Я знаю, что ты тот ещё скромняга, но энергии тебе не занимать.

Плачущий Рыцарь немного помялся, но всё же кивнул и принял её руку. Затем Бледный Ангел подошла к Аквилону и выхватила меч с его пояса.

- Я одолжу его на время? - спросила она, улыбнувшись.

- Конечно, госпожа, - кивнул Аквилон.

Бледный Ангел вытянула руку с мечом вперёд, держа лезвие вертикально, остриём к небу. Плачущий Рыцарь осторожно накрыл её ладонь своей, его латная перчатка легла на её бархатную кожу. Клинок, украшенный драгоценными камнями, вспыхнул в свете костров, напоминая горящий в ночи маяк.

Музыка возобновилась. Стоящие рядом воины, заворожённые зрелищем, сбились в кучу и принялись синхронно хлопать в ладоши, задавая ритм танцу. Искры от костров поднимались в ночное небо, словно огоньки молитв, устремляясь к холодному лунному диску.

Бледный Ангел и Плачущий Рыцарь начали танец Бури. Их движения казались размеренными и грациозными, как полёт облаков по небу. Но вдруг ритм изменился. Танец стал быстрым и неистовым, подобно смерчу бушующему в поле.

Бледный Ангел кружилась в танце, её белоснежные крылья следовали за ней, то расправляясь, то складываясь. Её бледное лицо оживилось, на нём появился румянец, а глаза засияли радостью и азартным блеском. Она подбрасывала меч в воздух и ловко подхватывала его, не спуская глаз с острия, и её звонкий смех, точно как у маленького ребёнка, разносился по лагерю. Каждый шаг, каждый поворот были полны силы и грации.

Плачущий Рыцарь, несмотря на тяжесть своих доспехов, умело поспевал за ней. Его движения выглядели точными и безупречными, хотя и лишёнными лёгкости, присущей Бледному Ангелу. Доспехи гремели и скрежетали, создавая свой собственный, уникальный ритм, который вторил биению сердца бури.

Танец продолжался, то ускоряясь, то замедляясь, символизируя переменчивость стихии. Он становился то медленным и изящным, то превращался в вихрь неистовых движений. И в этом танце Бледный Ангел раскрывала свою истинную сущность.

Снаружи она казалась такой холодной и отрешённой, но сейчас она была похожа на тёплую летнюю ночь, освещённую миллионами звёзд. Айрэн невольно любовался этой веселящейся парочкой, и тоска сжимала его сердце. Он тоже когда-то мечтал о таком счастье, о такой беззаботности, но теперь оно было потеряно навсегда…

Не в силах терпеть эти муки Айрэн поднялся со своего места и пошёл прогуляться. Он надеялся, что прохладный ночной воздух поможет ему прийти в себя, но вдруг его догнала Лунотень и он почувствовал, как его душу вновь разрывает на части.

- Послушай, Айрэн! - заговорила она, схватив его за руку. - Я хотела предупредить тебя! Ещё тогда в таверне, и во время плавания эта мысль не давала мне покоя! Я пыталась сказать тебе, но Слуга...

- Больше нам не о чем говорить, - не оборачиваясь, мрачно произнёс мужчина.

- Но ты должен меня выслушать! Прошу тебя! - кричала Лунотень ему вслед. - Я не хотела тебя предавать! У меня не было выбора!

Но Айрэн не