Битва за Игнис - Ана Адари

… Алвар Гор прибыл в Вестгард внезапно. Наплевав на предупреждение мэтра Леви, воспользовался транспортером. И какое-то время стоял, тяжело дыша и отплевываясь.

- Демонова магия, - выругался он. – Что за неприятные штуки!

Он стоял во внутреннем дворе угрюмой резиденции сира Веста, куда и наводил курсор, транспортер сработал безупречно. Разве что было болезненнее обычного. Но путь из Игниса в Чихуан долог, их разделяет море. Воспользоваться порталом и требовать потом у граты Готы гондолу? Ведь это королева просила Алвара поговорить с Кахиром. Но гораздо лучше все сделать тайно.

- Алвар! – хозяин его заметил и, спускаясь по ступенькам крутой лестницы во двор, расцвел улыбкой. – Как я рад!

- Наместник Вест, - с иронией поклонился он.

Эх, знал бы ты, парень, что тебя ждет, ты бы так не радовался. Но наместник уже решил, что приведет Кахира в чувство. Способ ему, конечно, не понравится, но это самый короткий путь. Времени у Алвара не так уж и много, свои дела ждут.

- Показать тебе город? – гостеприимно предложил Кахир.

- Я вижу, что ты занят, а я нарушил твои планы. Ты обо мне не беспокойся. Я тут поброжу, осмотрюсь. Развлечения я себе найду, и охрана мне не нужна.

- Но тебя не все тут знают.

- Могут ненароко задеть? – наместник рассмеялся. – Было бы забавно. Я давно уже не дрался по-настоящему.

- А со мной? – задорно спросил Кахир. – У тебя все еще нет времени?

- Ты так на этом настаиваешь?

- Да!

- Не терпится стать Первым Мечом империи? – насмешливо спросил Алвар.

- Лучше скажи, что ты боишься проиграть, - подзадорил его Кахир. Наместник Гор сделал вид, что поддался на провокацию. Это входило в его планы.

- Я могу противопоставить твоей мощи только свой опыт, - сказал он. – Но время пришло, ты прав.

- Сейчас? – азартно сказал Кахир.

- Завтра. А сейчас иди по своим делам.

«А у меня есть свои», - подумал наместник, провожая взглядом могучую фигуру Кахира. А сам отправился на кухню.

Женщина стояла у грубого деревянного стола во дворике, под увитым цветущей жаккардией навесом и увлеченно рубила сечкой мясо для фарша. Пряный запах свежей крови мешался с тонким ароматом нежных сиреневых колокольчиков. Сечкой женщина орудовала ловко, движения ее были размеренными, уверенными и сильными. Время от времени она вытирала тыльной стороной перепачканной в фарше руки пот со лба. Фарш иногда приходилось перемешивать, чтобы увидеть целые куски мяса. Работа женщину увлекла, и Алвара Гора она не замечала.

Но тут из-за угла выбежал рыжеволосый веснушчатый мальчишка и с ревом кинулся к женщине:

- Мама! Дуглас говорит, что я девчонка!

Мать перестала орудовать сечкой и все той перепачканной в фарше рукой погладила ребенка по голове, успокаивая:

- Не реви. А то и в самом деле, как девчонка.

Мальчик мигом перестал плакать и отпустил материнскую юбку.

- Я вырасту и побью Дугласа! – азартно сказал он.

- Побьешь, - улыбнулась мать. – А сейчас иди, не мешай мне работать

Мальчик убежал, а Алвар Гор подумал: «Она. Кухарка, вдова, немолода, двое детей. Я начинаю волноваться за парня. Что Кахир нашел в этой простой деревенской бабе? Или ему все равно? С одной стороны, это все упрощает. Его любовница не красотка, значит, и принцесса Летис Кахира вполне устроит. Он за смазливым личиком не гонится. А с другой стороны это все усложняет. Он, похоже, вообще не собирается жениться. И тут права королева Гота: с этим надо что-то делать».

Наместник Гор решительно сделал шаг к столу под навесом.

- Сир? – сечка в руках у женщины замерла. – Вы что-то хотели?

- Да. Пить.

- Вода в доме.

- И есть. Я прибыл только что, Кахир послал меня сюда.

Женщина расплылась в улыбке:

- Ах, Кахир… Хорошо, идемте.

Она бережно сняла фартук, и, обтерев им перепачканные в фарше руки, бросила на лавку, после чего неторопливо пошла в дом. Походка у любовницы Кахира была плавная, бедра широкие, крутые. Алвар Гор шел следом, не отрывая взгляда от этих колышущихся при каждом шаге женщины бедер. В темном коридоре Алвар настиг кухарку и грубо схватил ее за плечо. Потом резко развернул, притиснул к стене и впился в губы женщины настойчивым поцелуем. Его рука задрала юбку.

Кухарка дернулась, было, но руки у Алвара были железные. Он мял женское тело, как тесто, одновременно терзая влажный рот, раздвигая губы своим языком и стараясь проникнуть им как можно глубже. Когда наместник отстранился, чтобы перевести дух, женщина умоляюще простонала:

- Не надо… пустите…

Она не сопротивлялась, похоже, растерялась. Но тело ее протестовало, и Алвар ослабил хватку.

- Я женщина Кахира! – задыхаясь, выдавила кухарка.

- Не жена ведь. Я уверен, что он со мной поделится, - и Алвар снова полез ей под юбку.

- Пустите!