Месть лорда-палача - Маркус Рид

Орикс, как и все слуги, не знал истинный возраст покойных хозяев. Даже за 50 лет службы гвардеец ни разу не видел ни единого изменения в лицах лорда и его жён. Не было ни морщин, ни единого потускневшего волоска, ни свойственной великовозрастным людям тоске по былому. Будто время для их тел и разума навсегда остановилось.

И лишь иногда оно будто вновь начинало свой ход. Когда госпожа Джувия сидела одна на балконе, когда госпожа Астра с ностальгией осматривала свою брошь и когда военачальник с лёгкой улыбкой наблюдал ночами за звёздами, словно ища среди них... кого-то.

И пока в голове мужчины всплывали картинки прошлого, Анхель вновь стал обычным пареньком, наслаждающимся вкусной выпечкой и не скрывающим при этом своей радости. Копия своей матери, что всегда была приветлива и открыта, но временами тиха и загадочна.

Кровь не водица. Именно этим для себя гвардеец и объяснил такую перемену.

— Ладно, поели и пошли работать дальше. Скажите людям, чтобы заход...

Юнион так и не договорил, услышав шум в коридоре. Были в нём звуки негодования, ругань приближающихся и быстрый топот удаляющейся толпы.

— Встаньте за мной, господин! — пробасил капитан гвардии, вставший прямо перед дверью кабинета и уже ухватившийся за меч на поясе. — К нам приближаются...

— И я знаю даже кто, — морозящим кожу голосом проговорил Анхель, в чьих ещё секунду назад пышущих радостью голубых глазах погасли любые эмоции, оставляя в них лишь чистый холод. — Встань возле меня и не влезай. Я сам разберусь.

В голосе ре-лорда, перешедшему резко на «ты», не было ни просьбы, ни пожелания — лишь чёткий приказ, не терпящий неповиновения.

И Орикс беспрекословно подчинился, как когда-то молча следовал всем указаниям старого лорда.

Но это не мешало ему обдумывать случившееся:

Итак, кто-то — судя по шагам, их двое, — проникнул в заброшенную лечебницу, оккупированную ре-лордом для обещанного исцеления горожан. Прошли через охранные посты гвардии, раз смогли добраться до коридора за дверью. Сильнее их всех вместе, значит ранг примерно от начального «Барона» и выше. А ещё очень самоуверенные, раз решили так вероломно добраться до милорда. А на такое в этом городе могут пойти лишь единицы.

Кто-то вроде «Маркиза»...

...Но уж точно не эти двое...

— Наконец-то мы с вами встретились! — оскалившись, в коридор ввалился молодой парень, немногим старше самого Анхеля.

Коротко стриженный брюнет с густыми бровями и широкой улыбкой, больше походящей на оскал зверя. Позади него с угрюмым видом топал синеволосый паренёк, что раздражённо смотрел на своего товарища. И при этом, глянув на сидевшего за столом блондина, слегка кивнул.

Ни извинений, ни банального словесного приветствия.

Обычный. Сраный. Кивок.

Паладины, а никто другой в городе не носил латы с золотой звездой, вальяжно прошли вперёд. И почему-то были без своей няньки...

Прокашлявшись, черноволосый уже собирался вновь заговорить:

— Позвольте представиться...

— Не позволяю, — перебил его ре-лорд, чем заставил встать в ступор паладинов, не ожидавших такого ответа. — Вам не была назначена встреча, вы не являетесь моими пациентами и уж точно я не желаю разговаривать с теми, кто решил так нагло заявиться сюда. Выход вы знаете где.

— Э-э-э... — единственное, что смог выговорить брюнет, таращась на Анхеля.

— Мы... извиняемся за произошедшее, — синеволосый, что оказался сообразительней товарища, тут же кивнул в качестве извинения, на что итак уже злой Орикс сжал до хруста руки. Этот сопляк думает, что своими кивками ему всё простят?! — Просто мы пытались ещё вчера с вами поговорить, и...

— Вы с первого раза не понимаете? — холодная речь, наполненная толикой презрения, вновь заткнула почитателей Ариссы. — На выход.

— Мы по делу богини! — тут же выпалил весомый по мнению "зверька" аргумент.

И... его не прервали. Анхель продолжил молча и с непроницаемым лицом смотреть на двух "посетителей", в уме принимая решение. Нет, выгонять их сейчас будет слишком... ущербно. Они у всех на виду размотали гвардейцев, нагло завалились к одному из хозяев Кадии и при этом уйдут от него без последствий за свою борзость?

Стерпеть подобное оскорбление подобно расписаться в собственной слабости. А значит и слабости всего рода. И хоть Анхель и не вёл себя как аристократ, но присущая благородным гордость у него была.

Ну уж нет, они заплатят за свои деяния. И лучше всего в искусстве мести разбирался его братец, которому уже точно побежали докладывать о ситуации. Нужно лишь его подождать. Потянуть время.

— ...И что же за дело такое у божественной сущности, раз она решила обратить свой взор на наш город?

Видя что поведение ре-лорда изменилось, парни тут же приободрились и с вернувшейся им уверенностью сели на два свободных стула, стоявших прямо перед столом юниона.

Они даже не обратили внимание на капитана, что чуть ли не пылал возмущением и гневом.

— И всё же позвольте нам представиться, — в этот раз более учтиво склонился синеволосый. И не услышав возражений, продолжил. — Меня зовут Кезеф, а моего брата по вере Эрелим.

Вторые имена, даваемые жрецам и паладинам при посвящении. По книгам из храма, этот ритуал производился для более крепкой связи между смертным и его божественным покровителем.

Но Анхель, которому тоже было дано имя, считал это лишь обычной традицией, никак не влияющей на силы. Да и ему самому было неприятно — возникало чувство надевания чужой личины. Именно поэтому он всегда представлялся истинным именем, никогда не называясь... Уриилом.

— Так что за дело, господа?

— В общем...

— И целом, — вновь перебил юнион.

— Что?

— Правильно говорить «в общем и целом».

— ...Как скажите. В общем... и целом, — прокашлялся Кезеф, взявший лидерство в переговорах, — слышали ли вы когда-нибудь такой термин как «Искра»?

И тут даже пышущий злобой Орикс слегка подостыл, заинтересовавшись темой, что гуляла по миру.

По непонятной причине в мире за последние тридцать лет начали появляться такие дети как «Искры», отличающиеся от других людей меткой в виде звезды на теле и... своим огромным талантом в магии света. Если обычный юнион света ранга «Виконт» мог вызвать лишь небольшой светящийся шарик, то подобное же в руках «Искры» создаст настолько яркий свет, что лишь