Сотерис - Дмитрий Таланов

Андрей рухнул на стоявший рядом стул и, облокотившись о стол, угрюмо подпер щеки кулаками. Маша села напротив. Расправив сарафан, она зажала ладони между колен.

Сашка спросил ее:

— Кто именно из находившихся в тот день на футбольном поле сказал тебе, что видел в окне кабинета Лилию?

— Сергей Сергеич, — ответила Маша. — Он был тогда судьей, и я спросила его на следующий день вместе с другими. После того, как ты избил Игоря, — чуть замявшись, добавила она.

— Тот самый Сергей Сергеич, что участвовал вчера в аресте Батона, — многозначительно сказал Сашка.

Маша задумалась.

— А для чего ему подставлять Лилию? — спросила она недоуменно.

— Не знаю, — хмуро сказал Сашка. — Но когда-нибудь буду знать. А пока мне достаточно факта, что он Батона сдал.

— Да не факт это! — взвился Андрей и, с грохотом отодвинув стул, стал мерить кухню шагами.

Сашка, который успел взять в руки веник, чтоб подмести осколки чашки, застыл, прислонившись спиной к мойке.

— Сергей Сергеич вполне нормальный мужик! — воскликнул Андрей. — И даже если он шел рядом, это еще не значит, что он участвовал в аресте. — Андрей ткнул в Сашку пальцем. — Может, Батона как раз Лилия вычислила! Я прекрасно помню: когда он завел свою шарманку, она подпрыгнула и волком уставилась на его окна. И только потом повернулась к нам. Она еще орала ему что-то…

— Орала она от боли, — прервала его Маша. — Я тоже орала, когда ты чашку пытался разбить. И, кстати… — Она с сомнением посмотрела на Андрея. — Когда это ты всё заметил? Раньше ты ничего подобного мне не рассказывал.

— Ну, не рассказывал, — буркнул, потупившись, Андрей. — Обо всем не расскажешь. Стрелять по ворону стало нечем, а когда раздался вой, волей-неволей глянул в ту сторону, — объяснил он.

— И что ты там увидел? — Маша насторожилась. Сашка тоже старался не пропустить ни слова.

— Ничего, — избегая смотреть на них, бросил Андрей. — Далеко было. А вот Лилия находилась намного ближе к школе и вполне могла что-то заметить. И потом доложить кому надо! — добавил он значительно.

Пристально глядя на Андрея, Маша негромко спросила:

— Ты очень не хочешь, чтобы она оказалась не при чем, да? Тебе непереносима сама мысль, что тогда мы оба оказываемся в дерьме, да? — еще тише спросила она заалевшего Андрея, который замер посередине кухни, не зная, куда девать глаза. — Думаешь, зажмурился — и мир сразу исчез? — Маша желчно усмехнулась. — Зря! У тебя есть только два выхода: или ты начинаешь признавать свои ошибки, или остаешься на всю жизнь ребенком.

— Какие ошибки? — уперся Андрей. — Я уже сказал, что думаю по поводу Сергей Сергеича. И вообще, надо разобраться, кто такой сам Батон! Сашка просто…

— Оставь его и Батона в покое! — не дала ему закончить Маша. Она вскочила на ноги и шагнула к нему. — Я сейчас о нас говорю. — Она уставилась на Андрея в упор. — Нечего крутиться, как уж на сковородке!

— Никто и не крутится! — огрызнулся Андрей. — Я уже сказал, что Сашкины фантазии не имеют ничего общего с фактами. И вообще, мне всё надоело и просто уже противно. Устал я! — произнес он сердито и, обойдя стоящую на пути Машу, вышел в прихожую. — Я домой пошел…

Андрей натянул кроссовки и взялся за ручку двери, когда появившаяся в прихожей Маша бросила ему:

— Ты можешь быть сколь угодно крут. — Она с жалостью посмотрела на него. — Но пока не научишься признавать ошибки, ты дитя. Я вот тоже устала от твоего «не факт». И еще больше устала от другого твоего любимого высказывания — «тем хуже для фактов». Любой факт ты готов вывернуть наизнанку, только бы снять с себя ответственность. Ты сейчас как ребенок с обгаженными штанишками, ждущий, пока кто-нибудь придет и сделает с ними что-нибудь. Вместо него. Потому что самому ему противно, — не отрывая глаз от Андрея, ядовито произнесла она.

— Иди ты к чёрту! — рассвирепел Андрей и захлопнул за собой дверь.

Маша вздохнула и, постояв секунду-другую, отправилась на кухню, где Сашка только что кончил подметать пол.

Едва завидев Машу, он сказал:

— Я, кажется, понял, как физрук вычислил Батона.

— И как же? — опершись плечом о косяк, устало спросила Маша.

Сашка поставил веник на место, сел за стол и поднял на нее глаза.

— Он стоял у самой школы и, без сомнения, слышал, что вой доносится откуда-то сверху, с левого крыла. Всё, что ему оставалось, это заметить, кто куда смотрит. Помнишь, как он на нас вылупился?

Маша молча кивнула.

— Итак, по крайней мере, Лилия с Андреем бросают взгляд в одно и то же место, — неторопливо продолжил Сашка. — А там, на втором этаже, только кабинеты физики, биологии и математики. Причем математика — сильно в стороне. Мышильда на того, за кем охотится физрук, не тянет. Остается Батон. А на первом этаже в том крыле вообще только спортзал. Так что никакого труда вычислить Батона не составило. Но вот чего я не понимаю, — Сашка нахмурился, — если ворон хотел нас уничтожить, почему ему приспичило делать это на глазах всей школы?

Маша задумчиво уставилась куда-то поверх Сашкиной головы и вдруг усмехнулась.

— Не понимаешь? А ты попробуй метод Механика! — Она шагнула вперед и склонилась над столом. — Вспомни, что мы видели!

Ее пристальный взгляд мешал Сашке, он опустил глаза и стал бормотать:

— Что видели? Когда появился ворон, то с ним появилась и та гадкая вибрация, однако это еще не значит, что она исходила от него… Я в правильном направлении двигаюсь? — подняв голову, спросил он.

— Не-а, — Маша улыбнулась. — Это логично, но я не о том — ты подумай, что мы видели, а не ощущали. Итак, вот появился ворон…

Сашка снова ткнулся носом в стол и стал водить по нему пальцем.

— Появился ворон… Он полетел к нам, и Андрей стал палить по нему из рогатки… Потом у него кончились заряды.

Сашка остановился, а Маша продолжила в тон:

— И тут на крыльцо школы выходит Сергей Сергеич. Причем стоит так, будто ждет чего-то.

И до Сашки наконец дошло.

— Батюшки, да это ж провокация! — прошептал он.

Он вскочил и так же, как Андрей пять минут назад, стал нарезать по кухне круги.

— Так вот зачем надо было делать это на глазах всей школы! — Он повернулся к Маше. — Слушай, а что ж теперь будет? Что, если этот хрен как ни в чем не бывало припрется в понедельник в школу? Он же по моему лицу сразу всё поймет!

Маша хмыкнула.

— Уж постарайся, чтоб не понял. — Скрестив руки на груди, она снова встала у косяка, с иронией наблюдая, как возбуждение на лице Сашки сменяется тревогой. — Кстати, — заметила она, — будет намного хуже, если он не появится.

— Почему? — удивился Сашка.