Черная Земля - Кирилл Довыдовский

– Так… – задумчиво согласился Мик. – Гм… Кесса, к людям нужно…

– Чувствуете? – спросил я, не дав другу договорить.

– Что?

– Сквозняк. Вон оттуда, – показал я рукой в сторону, откуда тянуло ветром. Через секунду понял, что этого никто не увидел, и тогда зажег световое заклятие. Темно-синий шар осветил пещеру.

Мы лежали на длинном, довольно крутом каменном склоне. Тоннель шириной в несколько метров шел и вверх, и вниз. Мне сразу захотелось за что-нибудь ухватиться, чтобы, в случае чего, не соскользнуть в темноту.

– Полезли, – сказал я и сам подал пример.

Путь наверх не запомнился. Просто сначала было темно – мое заклятие помогало, но не слишком, – потом мы увидели выход.

– Наконец-то, – почувствовал я на лице настоящий ветер.

В глаза ударило солнце, и, жмурясь от закатного света, я вышел наружу. Впереди шумели волны. Вода начиналась всего в нескольких метрах от моих ног.

– Мы в Такаронии? – Выбравшись из пещеры, Кесса встала рядом со мной. Тут же к нам присоединился Мик.

– Посмотрим.

Зайдя в воду, я повернулся к морю спиной. Выход из пещеры был вовсе не частью горы, а всего лишь одной из сторон небольшого песчаного холмика. Песка здесь вообще оказалось неестественно много. Практически кроме него ничего и не было видно.

– Очевидно, мы в Такаронии.

Парой часов позже

– Ну, Ка-а-ай…

– Заткнись и греби.

– А если я не могу?

– Тогда не греби.

– Я ж утону тогда!

Я не стал отвечать, надеясь, что намек Мик поймет. Подействовало: он стал плыть молча. Обиделся, конечно, но кому сейчас легко? Уж точно не мне. Мне ужасно надоело драться с чудищами, куда-то быстро бежать, плыть. Хотелось остановиться, как-то осмыслить происходящее. Я надеялся, что когда накхи, Черная Земля, Беспокойное море останутся позади, такая возможность появится… Не тут-то было.

Когда мы поняли, что находимся в Сухом море – это не трудно определить: далеко справа – черные Драконьи горы, позади море, а перед лицом бесконечный серый песок, – первой среагировала Кесса.

Глубокомысленно кивнув, она отвернулась от пустыни и быстро побежала в сторону моря. Забежав по пояс, она легла на воду и заработала ногами. Плавала Кесса хорошо, так что раненая рука не слишком ей помешала. Она стала быстро удаляться от берега.

– Что?.. Какого черта?! – Мик явно был ошарашен.

Я тоже не был убежден, что бежать нужно прямо-таки сразу, но уверенность Кессы произвела на меня впечатление:

– За мной.

– Куда… Кай!

Я бросился вслед за Кессой, Мик не выдержал и, конечно же, рванулся следом.

– Какого черта?! – повторил он, нагнав меня, когда мы оба были уже по шею в воде. Точнее, не он меня догнал, а мне пришлось за ним возвращаться. Как и обычно, потеряв опору со дном, Мик начал тонуть.

– Ты не понял? Это Сухое море.

– Да? А где драконы?

Он стал вертеться в воде, пытаясь повернуться в сторону гор.

– Хочешь, чтоб тебя сожрали? Нет тут драконов. По-крайней мере, пока. Хотя, правда, горы рядом…

– Тогда отчего мы плывем?

Так вот это как называется, когда один топит двоих: «плывем». А я-то думал… И как он вообще разговаривать умудряется?

– Что такое Сухое море, по-твоему? – спросил я его.

– Пустыня. Ну и что?

– Говорят, там даже несколько минут нельзя находиться.

– Из-за чего?

– Ну… там бури всякие…

Я и сам точно не знал. Историю про Сухое море я слышал частично от Ирвина, частично от одного из капралов в Алемане. И тот, и тот знали только, что пройти пустыню нельзя. Даже просто находиться в ней практически невозможно.

– Кесса, ты уверена, что мы не сможем пройти хотя бы по краю? – спросил я, когда мы отплыли от берега метров на сорок.

Девушка, расслабившись, лежала на воде и смотрела в небо. Мик от удивления даже перестал тонуть. Не иначе, посчитал Кессин трюк волшебством. Вообще-то я ему уже говорил, что человеческое тело легче воды. Он тогда ничего не ответил – только посмотрел на меня как на идиота.

– Уверена. Смотри, – приподняла она руку, указав мне за спину, на берег.

А берега уже не было. Там, где мы стояли пару минут назад, сейчас неистовствовал ураган. Огромную гору серой пыли пронзало лучами солнце. Высоко над бурей застыло по-вечернему синее небо. Секунду стихия бушевала беззвучно, потом до нас донесся гул ветра, на голову посыпался песок. Пришлось нырять, чтобы защитить глаза.

– В Сухом море постоянно так, – рассказывала Кесса позже. До берега теперь было не меньше 70–80 метров расстояния. – И начинается всегда абсолютно внезапно. Причем это не обычный ураган, а природное заклинание. Заметили, что небо чистым осталось? Накхи эти места много веков назад заколдовали, чтобы никого на свой полуостров не пускать. А Олм, конечно, очень хорошо выбрал, куда нас выбросить, мерзавец…

– Зато тут вроде бы чудищ нет, – порадовался я.

И зря.

Мы проплыли еще немного и увидели дракона. Он охотился. Скользя по воздуху, черный ящер опускался близко к воде, выискивая добычу. Несколько раз он пробовал схватить что-то в волнах блестящими когтями – каждый размером с крюк от корабельного якоря, – но добыча ускользала. Мы трое были куда более уязвимой мишенью, но нас дракон, к счастью не замечал. Расстояние между нами оставалось большим. Впрочем, захоти летучее чудище достать нас, ему хватило бы нескольких мощных взмахов исполинских крыльев.

В очередной раз разогнавшись на высоте, дракон вновь ринулся вниз. Цепанул когтями волны и все-таки добыл себе пищу. В воздухе забилась крупная рыба. Ящер стал набирать высоту, и вдруг абсолютно внезапно его жизнь закончилась. Он поймал рыбу, а спустя всего несколько мгновений кто-то схватил его.

Возможно, это была та же штука, что сожрала наш корабль, возможно, ее сородич, а может быть, и совершенно другая морская тварь – я не успел заметить. Дракона схватило что-то невероятно мощное и гибкое и утянуло под воду.

– Я поплыла, – сообщила Кесса, разворачиваясь в воде и, несмотря на раненную руку, задавая неплохой темп.

Я тоже мешкать не стал. Схватив Мика за шиворот, отправился вслед за Кессой. Плыть еще предстояло долго.