Неподвластный богам - Брайан Толуэлл

– До встречи, командир. Утром я приду за Конаном. Тогда ты и получишь свои восемь рубинов. Или смерть, если Конана не будет с тобой.

Беспросветная немедийская ночь приближалась к концу. Зенобия не спала, тщательно обдумывая все детали заговора. Едва предрассветную тишину разрезал первый крик далекого петуха, она легко соскользнула со своего ложа и бесшумными шагами направилась к выходу. Наложницы еще спали. В комнате гарема царил полумрак.

Внезапно костлявые пальцы вцепились в руку Зенобии. Скелетообразная фигура преградила ей путь.

– Куда это ты собралась ни свет ни заря, прекрасная королева? – ехидно вопросил главный евнух Фучин. И тут же он почувствовал, как холодная сталь в его впалую грудь.

– Отправляйся в ад, желтомордая собака! – с ненастью прошептала Зенобия.

Евнух захрипел; из безгубого рта хлынула кровь. Возня у двери разбудила одну из наложниц. Она испуганно уставилась на черноволосую женщину, извлекающую стилет из неудержимо скатывающегося на пол бочкообразного тела.

– Просыпайтесь! Зенобия убила кастрата! – завопила наложница.

– Да, я сделала это! – зашипела королева, угрожая стилетом своим бывшим подружкам. – Кто еще хочет отправиться в ад? Я ухожу. Сидите тихо, и не вздумайте звать на помощь! Слышите: за дверьми маршируют аквилонские солдаты; по моему приказу они мигом наколют вас на шомпола!

И хотя никаких солдат из Аквилонии не было и не могло быть в помине, наложницы в ужасе забились под одеяла, твердо поклявшись именем Митры не вылезать из постелей, пока за ними не придут.

А Зенобия тем временем выскользнула в коридор и правилась к заранее установленному месту, где она должна была встретиться с Квинтием Латортом. Да, очень ко времени она одолжила у старого полководца острый стилет…

По узкому коридору королевских апартаментов тихо скользили семеро хорошо вооруженных мужчин. Шестеро были Золотыми Леопардами, седьмой же, молодой человек с дрожащими от возбуждения губами, был известен как Алкивиад, бедный студент, автор прокламаций против короля Тараска. Неуловимый бунтарь сейчас открыто шел на встречу со своим врагом. В руке у него поблескивал широкий обнаженный кинжал – орудие цареубийцы.

Не встретив никого на пути, заговорщики ввалились в опочивальню Тараска. Король крепко спал; его бледный лик освещал холодный свет ночной лампады.

– Делай свое дело, Алкивиад, – тихо сказал лейтенант Золотых Леопардов. – Немедия давно ждет этого.

– Я хочу видеть лицо тирана, когда он будет умирать, – молвил студент.

Он подкрался к лоху Тараска и решительно сбросил одеяло со спящего короля. Тараск тотчас очнулся и в страхе замер, обнаружив у своей постели сжимающего кинжал человека с горящими ненавистью глазами.

– Пришел твой смертный час, тиран, – громко произнес заученную фразу Алкивиад. – Умри же – во имя свободы и блага Немедии!

Острый кинжал метнулся к груди короля, но так и застыл в воздухе, не дойдя до цели, ибо студент-цареубийца смотрел уже не на Тараска, а на высокого, мертвенно-бледного мужа, возникшего как будто из пустоты прямо над ложем немедийского короля.

Побледнели и отважные Золотые Леопарды. Крик ужаса вырвался из глотки лейтенанта, но его, этот крик, никто не услышал. Заговорщики вмиг забыли, зачем явились в королевскую опочивальню и во все глаза смотрели вышедшего из голубого тумана человека; на синем плаще того блистал огромный серебряный медальон.

– Вы не можете убить короля, – властно сказал Брахо. – Такого приказа не было. Но вы храбрецы и по праву останетесь в истории этой страны.

Он улыбнулся; из серебристого медальона вырвался ослепительный луч. Облако света накрыло заговорщиков. Через секунду свет рассеялся, открыв человеческому Взору семь неподвижных бронзовых фигур…

Покончив с заговорщиками, магистр повернулся к дрожащему от суеверного страха Тараску. Из широкого синего плаща он извлек картину в золотой рамке и передал ее королю.

– Это тебе, – бесстрастно произнес Брахо. – Презент на память от старого друга.

Жуткий сдавленный вопль вырвался из груди Тараска: на картине была изображена громадная крыса, восседающая на Троне Дракона; подпись к картине гласила: «Тараск, милостью Великой Души владыка Немедии». В мгновение ока превратившись в глубокого седого старика, король без чувств повалился на свое ложе.

Гибкие пальцы магистра скользнули к горлу Тараска. Нащупав пульс, Брахо удовлетворенно кивнул.

– Будешь жить. Я тебе не завидую. Сказал – и растворился в голубом тумане.

Квинтий Латорт и Зенобия стояли у толстой, обитой железом двери. В руке у полководца была связка ключей, королева же держала маленькую колбу с пепельным порошком.

– Давай же, Квинтий! – молила Зенобия. – Мне не терпится поскорее увидеть моего Конана!

– Имей терпение, королева. Сначала должен умереть Тараск.

Откуда-то издалека раздался громкий, наполненный ужасом короткий крик. Полководец побледнел.

– Вот и все, – сказал он. – Король мертв. Алкивиад убил его. Теперь войдем.

…Конан Аквилонский лежал на простой деревянной скамье, подобный мертвецу. Неподвижны были могучие члены, незаметно дыхание.

– О, Митра! – воскликнула Зенобия. – Сейчас я оживлю тебя, дорогой!

Она высыпала пепельный порошок на обнаженные мускулы мужа. И, словно по мановению волшебной палочки. Конан ожил!

Подняв голову, он пробормотал:

– Вот ты и пришла, крошка! Ради Крома, не найдется ли у тебя хоть капли вина?

Отрабатывая детали операции, Зенобия как-то упустила из виду этот жизненно важный для киммерийца момент. Хвала богам, рядом с ложем Конана на тумбочке стоял полный кувшин. Конан жадно накинулся на вино. Когда кувшин опустел, киммериец легко вскочил на ноги. Он был сама сила и энергия.

– Ради крови Крома, Зенобия, кто посмел тебя так разукрасить?! – грозно вопросил варвар. Затем взгляд его скользнул по палате и остановился на Квинтий. – А ты что здесь делаешь, старый вояка?

– Это Квинтий Латорт, наш освободитель и новый король Немедии! – вставила Зенобия.

– В самом деле король? А что с Тараском?

– Не далее как десять минут назад он был убит заговорщиками, – сказал полководец.

– Ах так?! Тогда прими мои поздравления, Квинтий! Насколько я понимаю, мы в королевском дворце в Бельверусе?! Тогда самое время выбираться отсюда!

…Конан, Зенобия и Квинтий вместе спешили по коридорам дворца: первые двое – за своей свободой, третий же шел принимать власть. Неожиданно на пути возник патруль Золотых Леопардов.

– Хватайте предателей! – завопил капитан охраны. – Они пытались убить короля!

Пораженный такими словами, полководец остановился.

– Ты спятил, Диоксид, – рявкнул он. – Тараск мертв. Я король отныне!