Седьмой - Вячеслав Грацкий

— Он тут ни при чем. Ключ к замку у тебя на шее.

— Вот как? С чего ты взяла? — Маг сощурился. — И потом, ты ведь говорила, что слабо разбираешься в магии, однако снова демонстрируешь свою поразительную осведомленность.

— Но я же сказала, я очень много слышала об этом амулете, — спокойно ответила Дара. — Если из меня и не получилась ведьма, то не потому, что никто не пытался это сделать. Кое-что в голове осталось.

— И ты полагаешь, что амулетом можно открыть ворота?

— Сила, заключенная в амулете, может очень многое. Мне так кажется. Уж больно сильная волшба струится вокруг него. А отворить ворота, полагаю, не самая тяжелая задача.

— Как же это сделать?

— Я не могу описать это правильно, меня этому не учили, но я чувствую, что могла бы это сделать. Я могла бы попробовать.

— Вот как! Теперь ты уже не только знаешь кое-что понаслышке, теперь ты уже и кое-что можешь?

— Послушай, маг, — Дара нахмурилась, — давай поговорим прямо, в чем ты меня подозреваешь?

Берсень никак не ждал такого поворота и несколько растерялся.

— Ну скажем, подозреваю, наверное, не самое удачное слово, — неуверенно сказал он. — Твое появление было столь неожиданно, да и выглядишь ты довольно непривычно. В общем, должен сказать, очень трудно доверять такой, как ты.

— Вот как? Да, я выросла не в городе и не в деревне, я выросла в лесу. Скажу честно, большую часть жизни я провела в разбойничьей шайке — и ничуть об этом не жалею. Во всяком случае, там никто не подозревал меня в предательстве из-за того, что я одеваюсь не как все деревенские клуши!

В глазах Дары сверкнул гнев.

— Я не говорил о предательстве! — возмутился Берсень.

— Тогда о чем ты говорил? Я еще понимаю тупых селян, вечно трясущихся за свои вековые устои, для которых другая одежда — повод для ненависти, но ты-то? Ты же вроде маг. Ты человек ума и знания, тебе-то что не нравится?

Берсень виновато потупил взор.

— Прости, если оскорбил тебя, — пробормотал он. — У меня и в мыслях не было…

— А может быть, тебя задевает то, что я, недоучившаяся ведьма, знаю больше, чем маг? Может быть, дело все в этом?

— Если бы, Дара. — Берсень вздохнул. — Признаюсь, я такой же маг, как ты ведьма.

— Не может быть! — Она вскинула брови.

— Да вот так уж вышло, — развел руками юноша. Дара подмигнула ему:

— Так мы с тобой, оказывается, одного поля ягода? Она дружески потрепала его по плечу. Ирица, не сводившая с нее глаз, схватилась за меч и грязно выругалась.

— Получается, так, — кивнул маг.

— Что ж, тогда, может, объединим усилия? Вместе мы как раз составим нормального, полноценного мага. Идет? Естественно, на время, пока кто-либо из нас не достигнет своей цели. Согласен?

— В общем, да. Раз уж мы идем вместе…

— Вот и отлично.

Она чуть приобняла мага, и тотчас ее слуха коснулся сдавленный вскрик. Дара кожей ощутила полный ненависти взгляд Ирицы и не удержала улыбки.

— Так как насчет Глаза Демона, Берсень?

— Ладно, попробуй.

Берсень потянулся за амулетом, когда от ворот донесся вопль Горяя:

— Смотрите! Эй, все сюда!

Горяй стоял у самых ворот, радостно тыча в них пальцем. Берсень сначала не понял, чему он радуется, но потом заметил, как тяжелая створка медленно сдвигается с места.

Берсень торопливо вернул Глаз Демона обратно и улыбнулся. Он вдруг поймал себя на мысли, что еще несколько минут назад вовсе не собирался расставаться с амулетом.

Дара уже уходила, но маг проводил ее подозрительным взглядом. Неужели это она расстаралась?..

Когда они собрались у ворот, те распахнулись почти полностью.

— Каким образом?.. Горяй, что здесь произошло? Воисвет осторожно шагнул во двор. Двор был как двор. Просторный, конечно, гораздо просторнее виденного когда-либо князем, но, слава богам, неделю пересекать его не надо было. Саженях в трехстах от ворот начиналась широкая лестница, поднимавшаяся к дверям замка. Таких же циклопических размеров, как и ворота.

— Да ничего я не делал, — объяснил Горяй. — Просто толкнул створку, она и поехала. Потом вторую — она тоже пошла.

— Как же ты догадался?

— Да я и не догадывался. — Горяй пожал плечами. — Прежде чем голову ломать, решил пощупать руками, мало ли…

Двери в замок открылись так же легко, как и ворота. За порогом глазам открылся огромный и мрачный зал. Справа и слева тянулись высокие, стрельчатые окна, забранные черным и совершенно непрозрачным стеклом. Между окнами один за другим зажигались светильники, но разогнать тяжелый сумрак, нависший над головами, они были не в силах.

— Магия? — Воисвет повернулся к магу.

Тот молча кивнул, хмуро оглядывая помещение. Зал был напрочь лишен каких-либо украшательств. Голые стены, черные окна и магические светильники — ничего более.

— Наверное, нам туда. — Маг ткнул пальцем в одинокую дверь, темневшую в самом конце зала.

Они медленно шагнули вперед, когда Берсень вдруг вскинул руку.

— Подождите! — Он чуть ли не бегом кинулся к окну. — Я что-то вижу!

— Берсень! — прорычал вслед Воисвет. — Что ж ты носишься как дите малое!

Голос князя гулко разнесся по залу. Но маг уже навалился на подоконник, вглядываясь в черный провал окна.

За стеклом клубилась тьма. Шевелилась, ворочалась, разбрасывая щупальцы, но сквозь всю эту темную муть все отчетливей и отчетливей проступал человеческий силуэт.

Берсень подался вперед, напрягая зрение, и едва не отшатнулся. Он узнал человека.

Это был он сам. Хмурый, с изможденным лицом, он стоял посреди пустоши, подозрительно напоминающей равнину у замка. Сходство усиливалось знакомыми окаменелыми фигурами воинов, застывшими в ряд вокруг мага.

На щеках Берсеня за стеклом что-то блеснуло, и Берсень, застывший перед окном, понял, что это. Это были слезы. Берсень за стеклом плакал.

Берсень у окна судорожно сглотнул. Он еще не очень-то понимал, в чем дело, но его сердце, его чуткое сердце уже сжалось в недобром предчувствии.

С огромным трудом он заставил себя бросить взгляд на фигуру, застывшую напротив его двойника. И едва сдержал стон.

Это была Ирица. На ее лице застыла гримаса ярости, меч был угрожающе отведен в сторону, но ударить никого она уже не могла.

Судорожно сглотнув, маг перевел взгляд на других и увидел только то, что ожидал. Там стояли все. Булыга, Велена, Горяй, Дежень, Воисвет. Не было только Дары, но она, собственно, и не интересовала мага.

Берсень у окна замотал головой, и наваждение исчезло. За окном вновь клубилась тьма.