Ристалище - Александр Прозоров

Когда армия собралась почти полным составом, поверхность озера у самого берега неожиданно пошла мелкими волнами, из нее выдвинулись острые белые наконечники копий, потом головы, тела, одетые в похожую на циновку ткань, плетеные щиты. Выйдя на берег, озерные жители опустились на четвереньки, исторгли из себя потоки пенистой воды, после чего бодро выстроились в фалангу из трех рядов.

– Сотни полторы, – прикинул Найл. – Вот и свиделись.

Откуда-то сбоку появилась фигура в коричневом обвислом балахоне. Перемещаясь в вертикальном положении примерно в полуметре над землей, она приблизилась к войску братьев по плоти и остановилась. Капюшон откинулся назад, открыв лицо сорокалетней женщины, по коже которой бегали мелкие голубые искорки. Магиня опустилась на землю и требовательно спросила:

– Что вы здесь делаете?!

– Нет, – рассмеялся Найл, – что вы здесь делаете, прекрасная хозяйка Серых гор?

– Это мой город! – вскинула подбородок Магиня.

– Серые горы находятся во-он там, – указал правитель в сторону белых вершин Северного Хайбада.

– Это мой город, – упрямо повторила Мерлью. – Я здесь родилась, выросла. Я никому его не отдам.

– Это владения Смертоносца-Повелителя! – внезапно выдвинулся вперед Дравиг. – Если она хочет жить на его землях, пусть признает его подданство!

В первый миг Найл опешил от такой поддержки, потом улыбнулся и повторил слова смертоносца обычным языком – Магиня не воспринимала мысленных вибраций.

– Да ты совсем с ума сошел, Найл! – сорвалась на фамильярность Мерлью. – Я такая же правительница, как и ты!

– Но не здесь, – напомнил правитель.

Мерлью прикусила губу и, повинуясь какой-то подсознательной мысли, оглянулась на своих воинов. Найл укоряюще причмокнул и кивнул на своих.

Полторы сотни мокрых мужчин, имеющих только плетеные щиты и копья с костяными наконечниками, против полусотни закованных в доспехи бойцов и почти двух тысяч смертоносцев.

– Найл, пожалуйста, – попросила принцесса. Ты ведь знаешь. Это мой родной город. Отдай его мне.

– Как ты собираешься его брать? Своими водолазами?

– Они умеют сражаться.

– Мерлью, Мы же оба знаем, чего они умеют…

– Ты про те старые стычки? – Магиня пожала плечами. Ерунда. Маг был прекрасным ученым, исследователем, изобретателем, мечтателем – но вот командовать не умел. Мои водолазы умеют сражаться. Трусоваты, правда, и опыта нет, но стараются.

– Их всего полторы сотни. А только при тебе в городе жило примерно полтысячи человек.

– Большинство – женщины и дети. Немного стариков. За оружие могло взяться от силы сто мужчин. Не бойся, Найл, я справлюсь. Я знаю все ходы и выходы, все ловушки, все тайники. Я бессмертна. Справлюсь. Ты только не мешай, а?

Посланник оглянулся на Дравига, вздохнул и отрицательно покачал головой.

– Прости меня, Мерлью. Это земли Смертоносца-Повелителя. Они наши, и они нам нужны.

За спиной послышалось покашливание.

Подростки никак не могли понять, друг перед ними или враг. Юную принцессу Мерлью во взрослой женщине они не узнавали, но вот воинов у озера узнали хорошо – приходилось сражаться. Еще дети сознавали в себе несокрушимую силу и никак не могли понять, почему бы не решить проблемы просто и надежно: опустить копья, да и загнать озерных жителей обратно в воду.

– Зачем тебе эти дикие места, Найл? Ты только однажды забрел сюда, пока был свободным, и ни разу не заглядывал, когда стал правителем. Зачем?

– Приозерье, – пожал плечами Найл. – Единственная дорога между нами проходит через этот оазис, здесь единственное место, куда можно посадить «почтового» паука для связи между нашими городами.

– Я согласна на то, чтобы в городе сидели твои «почтовые» пауки, – повысила голос Магиня, – и готова оказывать помощь любому путнику, следующему в твой город или обратно. Такой вариант тебя устроит?

– А вдруг через год ты передумаешь?

С лица Магини исчезли искорки, морщины прорезались глубже, волосы поседели. Теперь она выглядела не меньше, чем на сто лет.

– Хорошо, мой дорогой друг, – проскрипела старуха. Я поняла, что эта дыра в земле имеет для тебя самое первостепенное значение, что это важнейшая стратегическая точка на планете, что ты сегодня же готов перебраться сюда всем народом, и защищать ее от любых бед. А теперь ответь мне, Найл, какую плату ты хотел бы получить на передачу этого невероятного сокровища мне?

– А ты готова держать здесь моих «почтовых» пауков и оказывать помощь путникам?

– Да, Найл, согласна, – Магиня помолодела лет до тридцати, волосы ее потемнели, по ним волнами пробегали зелено-рыжие оттенки. На этот раз ты меня перехитрил. Давай, говори, что ты хочешь?

– Помоги мне захватить Приозерье.

За спиной Посланника прокатился восхищенный гул.

– Тебе нужны эти сто пятьдесят воинов? – кивнула на фалангу Магиня.

– И ты.

– Авантюрист, – сообщила принцесса.

– Почему? – пожал плечами правитель. В городе триста воинов и пятьдесят боевых пауков. У нас получается двести воинов и две тысячи пауков. И ты. А ведь ты бессмертна.

– Ну, я то ладно, – кивнула Мерлью, которая с каждой минутой становилась все моложе и моложе. А ты сможешь провести в Приозерье моих воинов? Они плохо переносят воздух.

– Надеюсь, что да, – потер подбородок правитель. За плато есть небольшое непересыхающее озерцо. Туда день пути. Выдержат?

Принцесса кивнула.

– Ближайший по прямой оазис, это оазис муравьев. В нем есть ручей. От озерца два дня пути. Выдержат?

– Должны.

– Еще день пути на север, и начинаются каменистые россыпи. Там много мелких луж.

– Подойдет, – кивнула Магиня.

– Дальше мы повернем вдоль озера к горам Хайбада, обогнем его под склонами, и выйдем к лесам Приозерья. Реки и ручьи там на каждом шагу. Потом люди перекроют все двери и ворота в городе, а смертоносцы прочешут леса, поймав всех и каждого. Потом пауки волей парализуют горожан, мы войдем внутрь и всех повяжем.

– Хороший план, – с усмешкой кивнула Мерлью. – Я согласна.

* * *

Два дня ушло на подготовку. Братья охотились, вяля на своих щитах мясо в дорогу, водолазы добывали рыбу, после чего коптили ее над дымными кострами среди пышных крон фруктовых деревьев. Местные яблони, груши и абрикосы люди обобрали вместе, рука об руку – братья по плоти вместе с озерными жителями – частично съев на месте, а частью распихав по котомкам и мешкам.

Утром третьего дня объединенная армия двинулась в поход.

Найл выбрал путь низом, вдоль высоких, отвесных стен плато. На этот раз он не решился разделить пауков и двуногих на отдельные группы для ночных и дневных переходов.