Гринвуд - Макс Корбин

– Так спроси К-ринн. Ко-оринн. Коринн… – Лиам сделал последний глоток и перевернул бутылку, чтобы показать Финли – пустая. Поставив ее возле дерева, поудобней разлегся на густой траве. – Эй, ты, тавай немного тускней, – сказал он огоньку, освещавшему сумрак.

Сердце леса не для людей, но и на поляне, где их устроили, было все так же уютно и по-прежнему не видно неба сквозь ветви.

– Не слушай его, – улыбнулся Финли уже начавшему затухать огоньку.

– Спать не бдем?

– Дай дочистить. – Финли протянул шомпол с промасленной ветошью через ствол. – С Коринн ты уже не поговоришь.

– Почему?

– Потому что Лиам произнес ее имя.

– Есть, и-ик, другие способы.

– Какие?

– Что такое пятдсят лет для фэйри?

– Ха-ха, очень смешно.

– Я серезно. Со временем таланты открыются сами. Это лучше, чем вечнсть быть должником.

Дуги вновь посмотрел на Финли, а тот вновь кивнул.

– Не помешала?

– Коринн! – удивились все трое.

– Вроде как я, а что, другую сильфу ждали? – Она подлетела к огоньку и легонько дотронулась до него пальцем, и тот же час огонек вспыхнул мириадами цветных искр. – Проводила того человека к поселку. Вы знали, что он говорит по-рукийски? Да так – не отличишь от местных. В общем, приняли его хорошо.

– Стой, – оборвал Лиам. – Хочешь, Финли еще зелья даст?

– Ой, хочу, а Ивет я уже вылечила. Представляете, у нее тройня будет, муженек постарался на славу.

– Нэ знаю, есть ли у Финли такое же. Но можш выбрть.

– Правда? – Сильфа щелкнула Лиама по лбу, и хмель тотчас будто ветром сдуло.

– Правда-правда, – подтвердил Финли.

– Ура! А что вы хотите?

– Скажи, что сделало Дуги ши.

– Смерть.

– А поподробней можно? – спросил Дуги.

– После смерти в мире людей фэйри теряет тело и переносится в Феерию бесплотным духом, не имеющим даже сил пошевелиться. Переносится прямо в то место Феерии, что отвечает земному. Если повезет – найдут свои, помогут восстановиться, но в мир людей путь заказан на долгие столетия. Если же первыми найдут враги, могут погубить окончательно.

– Это ничего не объясняет.

– Коринн уже ответила, – спокойным, пробирающим до костей голосом сказал Голдфаер. – Расплатись, Месячный брат.

– Мне несложно объяснить…

– Ты сказала достаточно, а еще хоть слово – и запрещу помогать местным.

Сильфа выглядела растерянно, она явно хотела помочь.

– Все нормально, Коринн. – Финли открыл сумку и начал выкладывать зелья. – Выбирай.

Мечась между флаконами, сильфа не могла определиться. Давно хотелось и того, и этого.

– Два. Бери два. Второй – как благодарность за отрезвление Лиама, – пояснил Финли Голдфаеру.

Ши не возражал. Наконец сильфа выбрала два пузырька, довольно улыбнулась, поклонилась и исчезла.

– Джентльмены, не задавайте лишних вопросов. Лучше выпейте. – Голдфаер щелкнул пальцами, и на поляне появился столик с несколькими бутылками рома, вина и корзинкой фруктов. – Угощение от хозяев, – пояснил он. – А вы, барон, присоединяйтесь к нам, получите нужные ответы. Честь имею. – Голдфаер склонил голову и исчез.

Тот же час мимо прошмыгнула сильфа и ударила пака ладошкой в грудь. Камень королей засиял сквозь рубашку. Дуги стянул ее и увидел, что вокруг камня таким же светом, только тусклее, на груди змеятся лучи.

– И что это значит?

– А хрен его знает, – сказал Лиам.

– Впервые появилось, когда ударила Таллия. Мы со Зверем удивились, думали, пройдет… Но теперь это все больше похоже на символ солнца.

– Тебя ударила Таллия? – удивился Лиам.

– Можно, – разрешил Финли.

– Да она меня чуть на тот свет не отправила! Холодным железом била, стерва.

– Ого!

– И, кстати, не любила она тебя, просто использовала. Наглая тварь… – Дуги завелся всерьез и явно намеревался высказать все.