Не хочу жениться! - Мария Сакрытина

— Вася! — перегнулся с заднего ряда Уилл. — Что с тобой случилось?!

— Она замуж вышла, — отозвался Дерек.

Уилл сел обратно, хлопая ресницами. Алеша открыл рот. Миша отвернулся и продолжил что-то помечать в своем конспекте.

— Это что, всегда так после свадьбы? — тихонько пискнул Илюшенька. — Да?

— А ты думал, — рассмеялся Дерек. — Нет жизни после брака, это все знают. Васька еще легко отделалась.

— Замуж? — повторил Алеша. — За кого?!

— За Одуванчика. — Дереку явно доставляло удовольствие это рассказывать.

«Сплетник», — подумала Вася.

— Что-о-о?! — взревел Алеша и с треском оторвал столешницу. В аудитории тут же установилась тишина — все смотрели на «богатыря» с доской в руке.

— А как оно снимается, — спросил очнувшийся Уилл, — твое проклятие?

Ответить ему не успели: в аудиторию вошел Кристофер, и тут же дверь за его спиной замерцала.

— Прекрасно, продолжаем… Алеша, сядьте, пожалуйста, и соберите стол обратно.

Алеша уронил доску и бросился к двери. Ударился, отлетел и принялся остервенело трясти головой.

— Вы забыли, что с моей лекции никто и никогда не уходит? — удивился Кристофер. Оглядел аудиторию, усмехнулся. — О, Дерек, вы почтили нас своим присутствием!

— Я не собирался, — буркнул Дерек. — Это все она.

Кристофер равнодушно посмотрел на Васю — как будто лягушка-студентка на его лекции была обычным делом.

— Что ж, отлично, а теперь продолжим…

Но Дерек вдруг вскочил, схватив изумленную Васю.

— Подождите, профессор, у меня объявление! — Он откашлялся и взмахнул Васей, как знаменем. — Только сегодня и только сейчас у нас вот эта лягушка превратится в прекрасную деву, наследницу огромного состояния Василису фон Бессмертнофф! Сразу после вашего поцелуя! Целуйте сколько угодно, предложение не ограничено! Тогда ее вчерашний брак будет признан недействительным, а вы получите вот это чудо, деньги и титул в вечное пользование!

— Дерек, вы закончили? — ровным тоном спросил Кристофер, когда княжич снова сел.

— Ага.

— Тогда мы все-таки продолжаем… Куда поднялись, сидеть всем! — неожиданно рявкнул он на путевиков. — Целоваться будете на перемене, а сейчас сели и записываем: «Четыре способа узнать правду с помощью магической схемы». Внимание на доску…

— Ты что сделал? — прошипела Вася, когда Дерек ее отпустил. — Ты с ума сошел?!

— Да ладно тебе, так же веселее, — отозвался Дерек и отвернулся. — Илюш, хочешь сыграть в дурака?

Вася повернулась, увидела, как на нее смотрят совершенно все парни в аудитории, а особенно некроманты… И пожелала провалиться сквозь землю. Если бы! Даже сквозь стол не получилось.

* * *

Князь фон Бессмертнофф не любил путешествия. Можно было заказать лучшую карету, лучших лошадей, умелого кучера, но дороги исправить Кощеев был не в состоянии. А дороги были давней бедой империи. «Скорее бы изобрели достаточно прочный портал», — каждый раз отправляясь в столицу или возвращаясь домой, думал князь. Он вкладывал немалые деньги в исследования путевиков, но все, чего они пока добились: порталы из одного района столицы в другой, и чем ближе, тем лучше. А князю приходилось время от времени выезжать из своих топей и мучиться.

«Зато Вася пристроена», — подумал Кощеев и улыбнулся.

И тут же подскочил на подушках, ударившись головой о низкий, обитый бархатом потолок.

Карета еще раз дернулась, лошади замедлили шаг, а потом и вовсе встали.

Кощеев чертыхнулся.

— Ну что еще? — рыкнул он, стуча тростью и выглядывая в окошко под потолком. Обычно из него было видно кучера, но сейчас на улице лил холодный осенний дождь, окошко запотело, и Кощеев, как ни старался, ничего не рассмотрел. Тогда он потянулся к двери. — В чем дело?..

Договорить он не успел: дверь открылась у него перед носом, и в карету залез невозмутимый, а главное, совершенно мокрый Эрик фон Цветкофф. Улыбался он насквозь фальшиво, а вот дрожал вполне честно.

Кощеев посмотрел на него с веселым изумлением.

— Что, зятек, так не терпелось со мной встретиться? А Васька где?

— В академии, — улыбнулся Эрик, устраиваясь напротив. — И если вы не хотите, чтобы ей было плохо, то дальше не поедете. — Он показал горящие от заклинания запястья.

Кощеев стукнул тростью по стене с окошком.

— В академию! Живо!

Кони заржали, карета тронулась.

Эрик скрестил руки на груди.

— Не знаю, о чем ты думал, но я лично тебя высеку за одну только мысль навредить моей дочери, — сказал ему Кощеев.

Эрик пожал плечами.

— Конечно. Только вашей дочери тогда тоже будет больно, вы же помните?

Кощеев выругался.

— Ничего, я что-нибудь придумаю.

— Не сомневаюсь, — в тон ему ответил Эрик. — А пока мы едем, давайте поговорим.

Кощеев презрительно усмехнулся.

— И о чем же с тобой разговаривать, зятек?

— О самом родном и дорогом, — улыбнулся Эрик. — О вашей дочери.