Шаман - Дэлия Мор

Волной ветра ударило, чуть не сбив ног. Я качнулась к Сергею, и он крепко схватил меня за шиворот куртки. С темного неба на нас спикировала тень большой птицы. Мы оба пригнулись, но хищник, бесшумно хлопнув крыльями, полетел к избе. Арьергард, первая ласточка. Скоро их будет больше. Оюна недвусмысленно отрезала нас от безопасного погреба.

Азыкгай стал стучать в бубен громче и быстрее. Я уже не верила, что нас спасут амулеты. Иннаар молчал, Конт держался за дробовик.

«Уезжай, — должна была сказать я. — У тебя жена и маленький ребенок, вернись к ним. Обезумевший призрак — не твоя забота. Не твоя война. Бери снегоход и уезжай». Но Буран по глубокому снегу шёл слишком медленно. Волки бы точно догнали.

— Merda, — выругался Конт, глядя, как птица уселась на козырек крыши. Крылья сложила, но угрожающе наклонилась вперед. Хищники перед прыжком до жути похожи друг на друга. — Pezzo di merda, — повторил банкир и выстрелил в воздух.

От громкого хлопка по телу прошла судорога. Я сжалась в комок и закрыла глаза. Зря. Реальность вокруг пропала на секунду, а страх чуть не сожрал изнутри. Я видела их всех — серых, голодных, оскаленных, злых. Они шли на мой запах, как на запах крови. Бежали, рвались изо всех сил. Еще мгновение и будут здесь.

Я закричала, схватившись за того, кто был рядом. От собственного визга заложило уши и заболело горло. Я закашлялась и, наконец, открыла глаза.

Галлюцинации не прошли. Глаза хищников горели желтым пламенем. А между морем их огней и нас с Контом вспыхнул белый факел закопанного в снег амулета. Почти костер, только белый. Зверьё качнулось назад, а снег полетел вверх.

— Ты видишь? — истерично дернула я банкира за рукав. — Видишь?!

Вспыхнули еще два амулета — у порога и над дверью. Птица обиженно пискнула и улетела с крыши. Азыкгай все так же бил в бубен, но ритм изменился. Стал похож на музыку. Я радостно окунулась в неё и продолжила дергать Конта:

— У него получилось! Работает!

Пушистые хлопья летели вверх, будто кто-то отматывал время назад. Скоро я увидела купол над избой. Воздух расчистился, снег шел только снаружи, а внутрь ему просачиваться не давала защита.

— С ума сойти, — выдохнул банкир и потер глаза рукавом. — Теперь я понимаю, как себя чувствовала Наталья. Ты тоже видишь?

— Да!

Банкир опустил уже ненужный карабин. Звери отступали, их глаза гасли. Грозные хищники поджимали хвосты, и, глухо ворча, уходили обратно в чащу. Я проводила взглядом двух медведей и вдруг почувствовала пустоту. Азыкгай больше не бил в бубен, все закончилось. Через мгновение уменьшилось пламя амулетов и совсем погасло. Искристая снежинка снова упала на нос.

— Тебя ведут, Ирина, — хрипло сказал старый шаман, прижимая к груди бубен. — Ты нужна миру духов. Умереть точно не дадут. Не сейчас. В нашу маленькую войну жестко вмешались свыше. Оюна больше не причинит тебе вреда. Никому не причинит, её запечатали.

Моя расшатанная психика отреагировала мгновенно. Я стояла и смеялась, зажимая рот и чувствуя, что трясутся плечи. Родному отцу не нужна, а неизвестные духи вмешались. «Тебя ведут, Ирина». Мамочка дорогая, до чего же приятно звучит.

— Спасибо, Иннаар, — зашептала я, надеясь, что дух слышит. Без него точно не обошлось. И без Азыкгая, хоть он и скромно умолчал о своих заслугах.

— Спасибо! — крикнула я уже громко и бросилась на шею к старому шаману. Он едва удержал меня, обнял и погладил по голове.

— Ну-ну, всё хорошо. Всё закончилось.

— Сергей!

Банкир сам шагнул навстречу и поймал меня. Обнимал неуклюже, карабин в руках мешал, но так крепко, что ребра заболели.

— Хорошо поохотился. Так и сказал жене. Отдыхать еду, развлекаться.

— Будет, что вспомнить, — засмеялась я.

— О, да, — кивнул банкир.

Хотелось петь и танцевать. Когда спаслись из дома Изги я такой эйфории не чувствовала, а сейчас проняло. Шампанского! Всем! Но лучше водки. Залпом полстакана, чтобы жар из груди приятным теплом разливался по телу. Спаслись! Мы спаслись!

— А вот и наши едут, — громко сказал Конт и показал рукой в сторону леса.