Академия четырех стихий - Лора Рэй

Выудив какой-то ящичек из тайного углубления, Ханна стряхнула с него пыль. Это оказалась резная шкатулка, не имеющая замка.

— Да, как ее открыть? — нервно выкрикнула всегда спокойная земляная, после нескольких безуспешных попыток.

— Дай я попробую! — Алексис выдернула шкатулку из рук Ханны.

— Ну пробуй, — ехидно ответила Ханна. — Ты-то, конечно, посильнее будешь!

— Это называется «хорошая физическая форма»! — ответила колкостью на колкость Лекса.

Однако и у нее ничего не вышло.

— А может это не шкатулка, а просто резное полено? — сделала предположение Ханна.

— Ага, и поэтому его спрятали в этот потайной отсек в стене! — закатила глаза Лекса. — Не смеши!

— А может, ее как-то с помощью зелий можно открыть? — предположила я.

— Мне на ум приходят только взрывательные, — пожала плечами Ханна. — Но так мы ее просто уничтожим.

— Так, давайте поднимемся наверх и там уже решим, что делать, — внесла здравое предложение Чарли.

Никто из парней также не догадался, как она открывается, мы даже чуть-чуть испытали ее огнем, однако это ее даже не повредило.

— О, это явно не кусок полена! — воскликнула Лекса. — Она под мощной защитой!

— Да что ты говоришь! — язвительно заметила Чарли. — Спасибо за озвучивание очевидных вещей!

Девушки прищурились друг на друга, и я даже подумала, что они вот-вот поругаются, но внезапно они коварно улыбнулись друг другу.

— Ханна, неси взрывательные зелья! — потерла ладоши Лекса, а Шарлотта ехидно улыбнулась.

* * *

Вот уже битый час мы бросаем в найденную шкатулку различные зелья, но ей хоть бы хны! Взрывалось все, кроме нее!

— Думаю, пора смириться, тот кто что-то там спрятал, не хотел, чтобы кто-то это нашел, — грустно констатировала Ханна, бросив последнее, и самое мощное зелье.

— Это просто невероятно! — воскликнул Чарльз.

Опять.

Мы слышали подобные его восклицания довольно часто. Он все читал летописи, даже не обращая внимания на нашу находку.

— Вы должны это прочесть…Это просто…

— Невероятно! — хором повторили все мы, закончив за него фразу.

— Я слишком часто это повторяю? — виновато посмотрел на нас мужчина.

— Да нет, всего пару раз, — махнула рукой Шарлотта, вызвав у нас приступ смеха.

После короткой передышки, парни вернулись к разгребанию книг в библиотеке, а мы вчетвером повернулись к шкатулке.

— Кажется, нам пора смириться, мы не сможем ее открыть… — вздохнула Алексис.

— Ты сдалась? — удивилась я. — Не поверю!

Затем я подняла с пола шкатулку и подошла к подругам.

— Может быть подсказка спрятана где-то в узорах? Заклинание, например, какое? — выдвинула предположение я.

— Дай посмотрю, — когда Лекса забирала у меня шкатулку, то случайно коснулась моих пальцев, отчего по телу пробежал разряд и, от неожиданности, мы отпустили шкатулку, которая с глухим стуком упала на пол.

— Что это было? — я смотрела на девушку, надеясь, что у нее есть какие-то догадки, но та отрицательно помотала головой. — Давай-ка еще раз попробуем.

И снова при соприкосновении наших пальцев, мы получили легкий разряд.

— Ханна, Чарли, — позвала Лекса. — Может быть это глупо, но давайте попробуем вместе.

— Что вместе? — недоуменно спросила Шарлотта.

— Коснуться ее.

Девушки пожали плечами и сделали то, о чем их попросили. Каждая из нас взялась одной рукой за шкатулку, после чего начали происходить странные вещи: резная вещица задрожала, а потом начала подпрыгивать. Но мы не отпустили ее.

Щель, между крышкой и дном ярко засветилась белым светом, после чего раздался тихий щелчок. С замиранием сердца, я откинула крышку шкатулки, чтобы мы смогли лицезреть свернутый и перевязанный красной лентой пергамент.

Ханна достала его и тут же развернула. Когда парни поняли, что мы добились успехов, то не придумали ничего лучше, чем столпиться вокруг нас. Даже Чарльз не усидел на месте.

— Что это? — спросил Дерек.

— Кажется… — Ханна облизнула разом пересохшие губы. — Кажется, это пророчество.

«В тот день, когда луна накроет солнце,

И сменится она кроваво-красной став,

Восстанет он, и своего добьется

Весь мир большой своей рукой прижав.

Земля напьется крови сотен пьюров,

Которые падут к его ногам.

Чем больше будет самодуров,

Тем больше воинов он создаст.

Остановить его лишь смогут

Четыре дочери стихий,

Коль им избавиться помогут

От столь глубоких амнезий.

Рожденные в одно мгновенье,

Объединятся силами,

Отправив навсегда в забвенье

Краха с его громилами.

Спасителями те, что названы,

Одной стихией станут вмиг

Злодеи все будут наказаны,

На небесах их будет слышен крик.

Кто клялся в верности, окажется предателем,

Что преломИт исход событий сих.

А небо будет наблюдателем,

Чтобы внести решающий свой штрих»

Ханна закончила читать, и медленно опустила пергамент.

— Это ведь про нас, да? — прошептала она.

— Рожденные в одно мгновенье? — повторила одну из строк Лекса. — Думаю, да. Мы все родились в один день, а возможно и в одно мгновение.

— Одной стихией станут вмиг… — задумчиво протянула Шарлотта. — Это похоже на ту молнию, которую мы можем создавать, когда беремся за руки.

— То есть одну меня только зацепила фраза про «избавиться от глубоких амнезий»? — нервно высказалась я. — Мы что-то забыли? Но, как и когда?

А вот этот вопрос оставался загадкой.